"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
Половцы появились в этих краях только четверть века назад и не могли называть себя их полноценными хозяевами. Все это время они проводили в беспрерывной борьбе с другими кочевниками, русичами, природой. Осваивались в своем новом доме и приноравливались к его особенностям. Позже, возможно, и станут кочевать аилами. Но пока только такими вот крупными силами.
Михаилу в очередной раз повезло. Обустроив стойбище, не меньше трети куреня вновь засобирались в дорогу. На этот раз не так чтобы и далеко. Всего-то один дневной переход к стойбищу куреня Белашкана. Оказывается, намечались празднества, знаменующие окончание сытого периода и преддверие сурового испытания зимой.
Прибыв в стойбище хана, люди Теракопа разбили временный лагерь. А сам куренной отбыл пред светлы очи Белашкана, чтобы сообщить как о своем прибытии, так и о появлении посланца.
С приемом хан тянуть не стал, решив совместить его с вечерним пиром. Вот так. Весь день в трудах, походе, не покидая седла. А вечером пир в кругу соратников. Нормальный такой распорядок дня.
Сначала они отдали должное еде, успев запить свежее мясо тонким ромейским вином, и только после этого наконец вспомнили о посланнике то ли Комнина, то ли князя Ростислава, ну или все же Горыни. Мальчишку брать в расчет еще долго никто не будет.
— Меня зовут Михаил из рода Романовых, и я прибыл к тебе с миром, хан Белашкан, — когда перед главой орды разложили подарки, произнес парень.
Набор, можно сказать, стандартный. Доспехи, оружие. Разве еще и седло. Намеренно не стал дарить Ростиславу или Горыне, а приберег для этого случая. Вообще-то пришлось помучиться, пока сумел воссоздать конструкцию казачьего седла. Спасибо все тому же парнишке из его строительной бригады.
Любил Андрей рассказывать. Вот и про седла заводил речь. Помнится, с пеной у рта доказывал, что казачье не имеет ничего общего с черкесским. Что конструктивно они различаются. И вообще, горцам ли учить казаков — исконных наездников — искусству создания седел. Доводилось Михаилу видеть это изделие и самому. Пощупать, так сказать, своими руками.
Впрочем, и шашка, по его же словам, это глубоко модернизированная казачья сабля. А что до черкески, так крой да, позаимствовали у горцев, но не казаки, а царь. Вот захотелось ему обрядить казаков в такую одежку, он и расстарался. Зато газыри это чисто казачье изобретение.
Вообще-то ерунда все это. Но переубедить парня так и не получилось. Да и бог бы с ним. Главное, что удалось удивить хана, как и других присутствующих. Легкое седло, не стесняющее движений всадника и лошади. Уж кто-кто, а кочевники прекрасно знали как анатомию, так и особенности лошадей. Поэтому преимущества новой конструкции усмотрели сразу.
Хан даже закруглил пир, выйдя на улицу, куда высыпали и все его сотрапезники. Ему подвели коня, и он тут же начал седлать вороного. После чего, быстро разобравшись что к чему, скоренько подрегулировал высоту стремян. Вскочил верхом и умчался прочь. Михаил счел это хорошим признаком.
Ждать пришлось где-то с полчаса, пока хан накручивал круги. Когда же вернулся, начал расседлывать. И все сам. Сгрудившиеся вокруг куренные и не подумали вмешиваться в процесс. Романов даже предположил, что подобное может быть воспринято как оскорбление. Ну, как вариант.
Сняв седло, хан несколько раз подбросил его в руках и перекинул одному из гостей. Тот деловито взвесил изделие, повертел и передал следующему. Пока одни крутили и мяли седло, другие придирчиво осматривали лошадь.
Одобрительные перешептывания и цоканье языками подсказали Михаилу, что его подарок только что успешно прошел короткий тест-драйв. Простота, легкость и удобство. Вот три слагаемых успеха. Ну а как им не появиться, если это результат многовекового опыта.
— О чем ты хотел просить? — когда они вернулись обратно в шатер, благодушно поинтересовался хан.
— А разве я говорил, что хочу тебя о чем-то просить, хан? — вздернул бровь Михаил.
Подобный ответ вверг Белашкана в замешательство. Он явно такого не ожидал. Но тут дело такое, конечно, Михаил заинтересован в спокойном соседстве. Но и выставлять себя в роли просителя не лучшая политика. Не давая ему прийти в себя, Романов продолжил:
— Я хотел предложить тебе дружбу и доброе соседство, хан. По повелению князя Ростислава я буду ставить град у слияния Псёла и Славутича. И тут уж мы можем либо договориться о взаимной выгоде, либо не договориться.
— И что ты хочешь мне предложить?
— Десятая часть от всего, что будет произведено в моем граде, будет твоя.
— А что взамен?
— Взамен ты возьмешь град под свою охрану и отвадишь от него своих соплеменников. Я готов иметь дело с тобой, но не желаю делиться с другими.
— А что, если я решу, что мне нужно забрать все?
— Ты можешь так решить, — согласно кивая, произнес Михаил. — И получить много. Один раз. А еще заплатить за это большой кровью. Теракопа был в Царьграде и слышал обо мне.
— Но ты можешь и не вернуться. Теракопа уже просил у меня твою голову.
— Конечно, ты можешь меня убить. Но тогда мои люди не придут сюда, — равнодушно пожал плечами Михаил.
Самое смешное, что ему реально было не страшно. Дело даже не в том, что он не боялся умереть, так как окончательная смерть ему не грозила. Просто он вдруг осознал, что в какой-то момент все же переступил грань. Вид всех присутствующих свидетельствовал о том, что он уже труп. А раз так…
Михаила лишили оружия, прежде чем впустить в ханский шатер. Но не обратили внимания на заклепки его пояса, которые являлись навершиями стальных метательных стержней. Так что уж кого-кого, а хана он с собой заберет.
— Теракопа, ты был прав. Он редкий наглец. Ну что же, ты хочешь его голову, тебе ее и охранять. Сажай его рядом за пиршеством, а потом веди его в свой шатер, — озвучил свое решение Белашкан.
Хм. А ведь все не так печально, как ему начало казаться. Вообще-то подобный подход изначально был авантюрой. Но, похоже, выгорело. Ну по меньшей мере пациент скорее жив, чем мертв.
Глава 8
Союзник
— У вас так не бывает, — покачав головой, возразил Теракопа.
— С чего бы? А как же вольные городки да слободки.
— Тамошних мужчин назвать воинами нельзя. Если брать на силу, то один русич, пожалуй, и с двумя половцами управится. Но в бою один половец побьет двух русичей.
— Ой ли? — впиваясь зубами в кусок мяса, возразил Михаил.
Отлично приготовлено. В меру жесткое, чтобы откусывать и жевать, а не размазывать по нёбу языком или терзать зубами полусырое. Половцы знают толк в приготовлении мясных блюд. Вот это, к примеру, конина. Пришлось зарезать состарившуюся кобылу. И ничего. Вкусно настолько, что пальчики оближешь.
— Мы же сейчас говорим о тех, что в слободах да городках, — пожав плечами, возразил куренной.
— А к чему моих людей сравнивать с ними?
— Ты сам говоришь, что вы пашете землю и занимаетесь ремеслами.
— Это не мешало нам бить турок и норманнов.
— Мы тоже били турок и норманнов, — возразил Теракопа.
— Хочешь сказать, что они плохие воины?
— Среди них есть разные. А половцы все хорошие бойцы.
— Ну что же. Вы всегда можете попробовать, каковы мы в деле.
— А разве ты к нам пришел не за миром?
— Один мудрец сказал: «Хочешь мира, готовься к войне». Думаешь, я не понимаю, к чему все твои разговоры, — хмыкнул Михаил. — Кажется, Белашкан решил не довольствоваться десятой частью, а забрать себе все. Захватить мастеров и заставить их работать на него. Только ваша орда ничего не получит, кроме стали в живот. Конечно, мы сами не выстоим даже против одного твоего куреня. Тысяча воинов это серьезно. Но за победу вам придется заплатить большую цену. Потому что даже наши женщины, дети и старики будут метать в вас стрелы и колоть копьями. Потеряв многих, вы кого-то захватите. И даже приберете все наше добро. Но если сделаете так, то возьмете лишь раз и не так много, как думаете. Так что поступите глупо.