"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Эм-м-м, господин? — подал о себе знать фурман, когда я шагнул в сторону арочных окон, над которыми висела табличка «Галерея искусств леди Оллроу».
Обернулся и увидел, что Джейн уже выбралась из автомёбиуса и, демонстративно задрав подбородок, с грацией королевы направилась ко входу в свою галерею. Тучный мужчина в дешёвеньком, но чистом сюртуке протянул ладонь, откровенно намекая на оплату проезда. Я пожал плечами, и небрежно бросил:
  
— За проезд оплатит леди. Это же она настояла на данной конечной точке маршрута, я лишь попутчик.
Светловласка сбилась с шага и чуть не споткнулась, затем обернулась и бросила на меня взгляд рассерженной кошки. Её хорошенький ротик скривился в гримасе презрения.
А что ты хотела, крошка? Я же не джентльмен.
Леди Оллроу, громко цокая каблучками по каменной улице, всё с такой же идеальной осанкой вернулась обратно к фурману, достала из кошелька фэрн и протянула мужчине. Он низко поклонился, поблагодарив за оплату, а Джейн резко крутанулась и ещё быстрее зашагала прочь.
— Итак, зачем ты за мной следила? — Я сложил руки на груди и упёрся взглядом в леди Оллроу, как только мы зашли в помещение.
— Я же сказала, что просто зашла сделать ставку на лошадь, — ответила Джейн, с раздражением стягивая длинные гловетты.
Даже при том, что её пальцы подрагивали от негодования, она соврала виртуозно. Плечи абсолютно ровные, никаких повышений или понижений интонаций, чётко поставленный голос. Пожалуй, если бы я не знал мимику этой девушки, то вполне мог бы поверить.
— Врёшь, — отрезал жёстко. — Ты не удивилась, увидев меня. К тому же весьма странный поступок для девушки, которая боится лошадей, не находишь?
Кожаные шнурки на пальто затянулись так туго, что Джейн чертыхнулась и подошла к зеркалу, чтобы их развязать.
— Уж кто бы говорил о вранье, Кай! Ты обещал мне найти Милинду, а сам… а сам…
— Я ищу её!
— Поручил своему помощнику проверять абсолютно бесполезные объявления?! Да даже мне понятно, что Берни там ничего не найдёт! А ты сам проводишь дни напролёт, развлекаясь и делая ставки на ипподроме, а по вечерам напиваясь виски и водя в дом ночных фей!
Ну, предположим, виски я действительно пил от злости на самого себя и то, что не могу нащупать нить в этом деле, а что касается ночных фей, то Риша была у меня всего трижды. И все разы она приходила не по моему желанию, а потому, что ей элементарно негде было переночевать. Я в её проблемы не лез, делая вид, что не замечаю в доме присутствие рыжей вертихвостки. Она же старательно избегала попадаться мне на глаза, ночевала в дальней спальне и убегала раньше, чем я просыпался, словно чувствуя, что буду ей не рад. Но по тому, как лихо краснел Мэтью и старательно отводил от меня глаза за завтраками, я всякий раз точно знал, была ли у меня дома незваная гостья.
— Ты за мной следила, — произнёс очевидное.
— Больно надо. — Джейн дёрнула плечом. — Просто спросила у того милого мальчика, что живёт в пристройке, чем занимается Кай Ксавье последние две недели.
— И он вот так тебе всё рассказал?!
Убью мальчишку.
— Нет, вначале попросил фэрн.
Убью, расчленю и закапаю на заднем дворе. Фэрн?! Всего лишь один фэрн за то, чтобы выдать всё о личной жизни хозяина?!
Джейн побледнела, по моим глазам прочитав намерения относительно Мэтью.
— Кай, не будь с ним так строг. Он хотел есть и попросил денег на еду. К тому же он меня запомнил, ведь я была у тебя… несколько раз. Я сказала ему, что являюсь твоей клиенткой.
Ещё и предам останки церемониальному сожжению. Пускает Ришу, рассказывает всё этой чопорной леди Оллроу. Не удивлюсь, если Грейс даже не пришлось лезть в окно, а он сам перед ней распахнул услужливо двери и предложил обыскать мой особняк.
— Он очень за тебя беспокоился…
— Не важно, — перебил девушку, проходя внутрь галереи.
Кстати, весьма милой галереи. Здесь не было мраморных полов и высоких колонн с безвкусной лепниной, как это можно было бы ожидать от любого музейного помещения. Лишь свежевыкрашенные в белый цвет кирпичные стены, обычный дубовый паркет, скульптуры времён античности и картины в бронзовых рамах. Дальнюю из стен горделиво украшал барельеф, в котором угадывалась рука мастера, создавшего скульптуру с обнажённым аспидом и воином, что находится в стенах главного здания жандармерии. Тонкая и частая паутина украшала экспонат, и лишь вглядевшись, я понял, что он собран из мельчайших осколков.
Опустился в ближайшее кресло, что стояло по центру помещения, не снимая верхней одежды.
 — Сейчас речь не о Мэтью, а о тебе. Чем ты вообще думала, когда решила проследить за мной?!
Джейн нахохлилась, словно птичка под мелким неприятным дождиком.
— Я думала о том, куда тратятся мои триста фэрнов, о том, что легендарный сыщик Кай Ксавье на самом деле шут гороховый и эксцентричный хам, выдающий своё неподобающее поведение за черты характера гения, — произнесла она отчитывающим голосом, а затем добавила неожиданно тихо. — И о том, что я боюсь за Милинду. У меня сердце не на месте. Мне кажется, я так виновата перед ней…
Глаза цвета бушующего океана заволокло влажной пеленой. Девушка отвернулась, но я услышал еле заметный, почти сдавленный всхлип. Ох, как же я терпеть не могу женские слёзы… Резко встал, сдернул с ближайшей скульптуры тряпку и швырнул в леди. Джейн испуганно повернулась, снимая с головы тканевый чехол:
— Что это значит?
— А то и значит! Могла бы сделать хоть что-то полезное, тут одна пылища, чехлы вообще-то хоть раз в жизни перестирывать надо. Неужели и студию тоже приёмные папочка с мамочкой подарили, а ты просто делаешь вид, что являешься хозяйкой заведения?
Конечно, я переигрывал. Среди мельком осмотренных мною картин чувствовалась заботливая рука талантливого искусствоведа с хорошим вкусом. А чтобы собрать барельеф, висящий на дальней стене, даже самому опытному скульптору потребуется не менее полугода.
— Да как ты… — Глаза цвета морского ненастья наполнились гневом, зато она перестала испытывать чувство вины перед подругой. И подругой ли?
— Смею, — вновь перебил. — Вообще-то, всё это время я искал твою ненаглядную Милинду…
— На ипподромах? — На этот раз пришла очередь удивляться Джейн.
— На ипподромах, — жёстко ответил. — Тебе не приходило в голову, что леди Блэр могла специально остаться в городе с целью заработать денег? В своём желании как можно быстрее сколотить состояние она связалась не с теми людьми или же намеренно планировала подставить тебя, Джейн, пользуясь вашим необычайным сходством, после чего занять место леди Оллроу. В копилку доказательств последнего идёт то, что Милинда тщательно скрывала своё присутствие в Лорнаке, а затем написала о приезде, воспользовавшись неотслеживаемой магограммой. Она действительно хотела, чтобы ты в определённый день и час пришла её встречать, но потом что-то пошло не так. Радуйся, что сейчас я занимаюсь делом о поиске Милинды Блэр, а не расследованием убийства леди Джейн Оллроу!
Несколько секунд девушка ошеломлённо молча стояла, судорожно комкая льняной чехол, а потом её как будто прорвало.
— Ты, Кай, просто отвратителен в своих низменных подозрениях. Нельзя судить всех по себе! Милинда не такая! Она бы никогда не сделала мне ничего плохого, а уж тем более то, о чём ты говоришь!
— Это ты утверждаешь, опираясь на то, что последний раз тесно общалась с ней, когда вы ещё играли в куклы? — язвительно отметил.
На это Джейн возразить было нечего, и я нутром чуял, что прав в своих догадках. Несколько секунд девушка возмущённо смотрела на меня, а затем её негодование трансформировалось во что-то иное, что я не смог распознать. Не успел, а потому не был готов к удару. Она шагнула ко мне, всё так же держа дурацкую грубую ткань в руках. В туманно-синих глазах бушевал морской шторм.
— А знаешь что, Кай? Я не удивлена, что ты думаешь о людях так плохо. Мне искренне тебя жаль. Это ж насколько должна быть отравлена душа ложью и лицемерием, чтобы вообще никому не верить? Ах да, я совсем забыла, у тебя же нет друзей. Лишь Берни, которому ты платишь деньги за его работу, и женщины для удовольствия… которым ты тоже платишь. Неудивительно, что в других людях ты видишь лишь омерзительно уродливые отображения собственных мыслей. Ты жалок, Кай Ксавье, жалок хотя бы тем, что неспособен испытывать настоящие чувства.