"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
Я сильно растёр вдруг заболевшие виски кончиками пальцев и посмотрел на настенные часы — три пятнадцать утра. Выпить ещё чаю? Да ну его к чёрту! От этого недоступного многим дрянного псевдо «Липтона» меня уже подташнивает — пью пятую или шестую кружку, точно не помню. На уроки завтра, то есть уже сегодня не пойду — буду отсыпаться. Досижу до утра — смысла ложиться спать уже нет, накормлю близняшек завтраком, провожу их в школу и дождусь маму. Она вернётся с ночной смены, поест нажаренных мной тостов с горячим чаем, погладит устало меня по голове и отправит спать. Почему я не пошел в школу она спрашивать не будет — за прошедшие два года мама смирилась с тем, что я фактически стал главой семьи и не будет ни чего говорить. Не пошел в школу — ну и не пошел, значит так надо. И волноваться и спорить с сыном по этому поводу бессмысленно — посмотрит серьёзно своими зелёными глазищами в упор и тихо скажет:
— Мама, не волнуйся — всё будет хорошо. Я обещаю.
Да, именно так и скажу. И обязательно всё будет хорошо, это непреложная истина. Я не позволю никакому крысёнышу с комсомольским значком на лацкане под громкие выкрики трескучих лозунгов, с античеловечными принципами на перевес, вторгнуться в моё маленькое отечество и вытоптать мои поля, разорить мои сады и сжечь мой дом. Не позволю.
И всё-таки, кто же натравил на меня этого волчонка? Липцев, этот не допи…ар Фредди или старый аджарец Гунто? Кто мне позавидовал, кому я перешел дорогу? Или…. Или кто оказался настолько умным, что смог просчитать меня и мои планы и испугался? Кто?
Старый уголовник Гунто по прозвищу Князь на это не способен. Вечно мрачный, хитрый и по-звериному жестокий, он не способен на многоходовые комбинации. Его уровень — гоп-стоп, квартирные кражи, обкладывание данью барыг, разборки в своей среде, многочасовые качания «рамсов» и в итоге банальное — «бритвой по горлу и в колодец». Не любит он сложностей, да и ума несколько недостаёт для этого. Обычный горный «зверёк» волею военкомата изъятый со своей скалы и начавший свой преступный путь с банального побега с призывного пункта. Потом кража в магазине, сопротивление при аресте, первая ходка на «общак», поддержка «воровских традиций», красная полоса в личном деле, ПКТ и через несколько лет просим любить и жаловать — Князь, кандидат в «воры в законе». Жестокий, хладнокровный, но не очень умный. Нет, не он. Не позволит себе Князь связаться с «комсюком», ему проще будет отправить ко мне двух «торпед» и забыть о том, что был, жил, дышал и путался под ногами некий Сова. Князя — вычёркиваем.
Липцев Олег Дмитриевич? Директор оптовой базы «Плодовощторга», два высших образования, лощёный и холёный джентльмен, презрительно оттопыренная губа, очки в золотой оправе, одно развалившееся уголовное дело, дура-любовница и неимоверный апломб. Тоже не он. Этот наоборот довольно умён и любитель многоходовок — торгаш, это у них в крови, но вот его непробиваемая уверенность в собственном превосходстве над всеми его партнёрами, когда-нибудь сыграет с ним дурную шутку. Во мне он ни противника, ни соперника не видит. Знает, учитывает в своих раскладах и гешефтах, но….
«Дима Олин? Это тот самый ершистый мальчик, которого вы, уважаемый Артур Алексеевич рекомендовали мне для сбыта мелких партий дефицита? Тот малыш, у которого глупое птичье прозвище Сова, сын матери-одиночки? Он, разве, ещё никого не ограбил и не убил? Ха-ха! Да, что вы говорите!».
Ничего я, пока, не скажу вам Олег Дмитриевич, спите спокойно. Кушайте с аппетитом, тискайте на даче свою грудастую куклу Жанну, которая давно нашептывает на ухо красавчику Григорию инфу обо всех ваших делах. Вас я также вычёркиваю.
Фредди, Фредди. Мой лысый, вечно потеющий, с маслеными глазками слащавый приятель с тщательно скрываемой любовью к юным мальчикам. Вот ты мог. Ты ведь вряд ли забыл, как задушено хрипел и по твоему красному от прилива крови лицу текли слёзы, а связки твоей вывернутой руки неприятно похрустывали и были готовы вот-вот порваться. Такое не забывается. Также ты всё никак не можешь забыть о потери почти пятидесяти процентов рынка сбыта «жвачки» и своих побитых «мальчиков», что вдруг решили сунуться на мою территорию с поганой румынской косметикой. Это для тебя был удар. Мощный, пробивающий мышцы пресса, боковой в туловище. Вроде бы, что такое жвачка? Кусок жевательной пластинки с клубничным, апельсиновым или ментоловым ароматизатором в красивой упаковке. Банальный бубльгам. Стоит копейки, продаётся за рубли и в этом-то вся суть. Блок «жвачки» DubbleBubblе или BubbleYum в Клайпеде можно купить за пятнадцать рублей и в нём ровно двести пластинок. А вот у нас в городе всего одна пачка, где пять тоненьких пластинок, продаётся за один рубль ноль-ноль копеек. Почти триста процентов прибыли без малого. Вот и считайте, сколько он потерял.
За столь жирный кусок, вырванный из его пасти, Фредди, в девичестве Бабин Фёдор Сергеевич, мог и убить. Но на убийство у толстозадого Фредди не хватает духа. Не способен он на поступок. А вот попробовать устранить конкурента и обидчика путём интриг и чужими руками он может. И вполне способен осуществить это необычным путём, нетрадиционно, он ведь п….р по своей сути, гнилой до костного мозга человек, с вывернутым на изнанку разумом. И я совершенно не сомневаюсь, что он давно под крылышком очень серьёзной конторы глубокого бурения и регулярно «барабанит» своему куратору обо всех. Не забывает он пожаловаться и на обидчиков своих.
Хм, схема вырисовывается довольно невесёлая. Фредди жалуется на меня, куратор его внимательно выслушивает, думает, размышляет и через некоторое время у товарища получается сыграть на флейте без отверстий, то есть его озаряет. Выстраивается комбинация, где Фредди — источник информации обо мне, наш юный комсомолец — карающий меч правосудия, а товарищ чекист — пожинатель плодов операции и претендент на внеочередную звёздочку. Вполне логично получается и этот Владик лишь разменная пешка и его устранение мне ничего хорошего не даст. Но устранить хочется до сжатия пальцев в кулаки и осколков зубной эмали. Как говорил мой ротный: «Ты жив, пока твой враг мёртв». Верно он говорил, светлой ему памяти и хорошего места там, за облаками, за сотни выживших, благодаря ему, щеглов с тонкими шеями. И говорил и делал. Мы подражали ему, впитывая как молоко эти уроки бездушия, доходя до того, что фигурка человека в круге прицела становилась для нас лишь ростовой или поясной мишенью. Не человеком и даже не врагом. Просто мишень. Многие из моих сослуживцев так и не смогли избавиться от этого восприятия мира и закончили свою жизнь нехорошо, грязно и кроваво, но суть в том, что тогда они выжили.
Хорошо, если не убивать, то что? Дискредитация? Подсунуть девку, помочь ему влюбиться и опутать паутиной растлевающего достатка? Малореальная схема. Во первых, для всего этого нужно немалое время, людские и финансовые ресурсы, во вторых наш неизвестный друг из комитета государственной безопасности отбирал наиболее надёжного и морально устойчивого кандидата для своей операции. Отказывать в уме и предусмотрительности товарищам с Лубянки смертельно опасно и невероятно глупо. Что же делать? Кто виноват, ясно, а вот что мне делать с этим непредвиденным фактором в виде неукротимого Корчагина? Ох, прав был дядюшка Мюллер, когда неприязненно отзывался о любителях. Эти нагадят так, что всему отделу районного ОБХСС за год не творить! Да, кстати, а почему КГБ, а не ОБХСС? Товарищи оттуда нервы треплют, но в меру — несколько мелких дел в год, пара громких и снова колосятся спекулянтские нивы до следующего сенокоса. До моей сети им пока нет дела — размах мелок и хожу я под более серьёзными людьми. Да и на роль жертвенного барашка ещё не подхожу — худоват, жирком не оброс, ну и возрастом для возбуждения уголовного дела не вышел. Значит, однозначно, контора.
Итак, что же нужно чекисту? Вернуться в областной город? Звезда на погон? Или он просто спустился с небес, аки ангел мщения и, обведя пылающим взором грешный наш удел, решил: «То хорошо, а то плохо! И быть скверне искорененной!». И раз мечом, пылающим, по головам! Ибо не можно такому на земле пребывать. Ух, зараза! Вот что он за человек, а!? Что ему всё-таки надо?