Вик (ЛП)

— Боже мой. Как поменялись роли. — Его голос стал ледяным. — Ты когда-нибудь задумывалась о том, что, может быть, я не хочу тебя?
И поскольку ему было больно, я сдержала свои хрупкие эмоции и кивнула, откровенно говоря:
— Я не прошу никаких обязательств. — Я не могла поверить, что сказала это. — Я прошу тебя использовать меня, чтобы облегчить твою боль. Дай мне то, что я заслуживаю. Я знаю, что ты хочешь, и я даю тебе полную свободу действий. Не сдерживайся. Я могу это вынести. — Его широкая грудь дернулась под моими пальцами. Мое сердце застряло в горле, когда я прошептала едва слышно: — Накажи меня.
Челюсть Саши сжалась, и когда он наклонился ко мне, давление заставило мое дыхание сбиться в свист. Он возился со своим ремнем, тыльная сторона его пальцев касалась моей обнаженной киски, когда он посмотрел мне в глаза и сказал:.
— Мы делаем это по моему или никак. Ты меня понимаешь?
Я быстро кивнула.
Как только он освободился, его член подпрыгнул, ударив мою чувствительную плоть, и я так отчаянно хотела это увидеть, но из-за того, как он прижал меня к твердой стене своего тела, все, что я могла сделать, это сосредоточиться на его гневном, наполненном похотью взгляде. Без предисловий он взял себя в руки. Я не могла этого видеть, но по движению я поняла, что он дрочит. И моя киска сжалась. Он не терял времени даром. Наклонился, зацепил свободной рукой мое колено и поднял его высоко, чтобы оно легло чуть выше его бедра. В тот момент, когда кончик его члена коснулся входа в мою киску, мои глаза блаженно закрылись.
Внезапно его рука обхватила мое горло. Не настолько сильно, чтобы задушить, но достаточно твердо, чтобы предупредить. Мои глаза распахнулись, и его лицо оказалось в миллиметре от моего. Он говорил осторожно.
— Ты откроешь глаза. Ты увидишь меня. Ты слышишь меня, Аника? Ты увидишь меня. Не его. Меня.
Мои щеки вспыхнули, и я согласилась с придыханием:
— Я вижу тебя.
Его взгляд задержался на моих губах, и, хотя его лицо смягчилось, он воспользовался моментом легкости, чтобы прижаться ко мне, входя в меня одним резким толчком. Его толстый член растягивал меня, наполняя меня так, как я и не подозревала, что это возможно.
Все мое тело сжалось на мгновение, прежде чем мои глаза затрепетали, и я выдохнула:
— О, мой Бог.
Саша вздрогнул, его лицо повернулось в сторону, когда воспользовался моментом, прежде чем обхватил одной рукой мою поясницу, притянув меня ближе и войдя еще глубже, и я не смогла остановить свой стон, даже если бы захотела. Он украл его у меня. И на мгновение мы просто остались такими, какими были, связанными самым интимным образом. Его член пульсировал внутри меня, и мне нужно было, чтобы он двигался.
Итак, я медленно моргнула сквозь полуприкрытые веки и тихо попросила:
— Пожалуйста.
— Пожалуйста, что? — Он приблизился, говоря мне в щеку.
— Пожалуйста, трахни меня, — были слова, которые я выдохнула, и когда его глаза пылко вспыхнули, моя киска сжалась вокруг его твердого члена, отчего его лицо скривилось от боли. Низкий стон, вырвавшийся у него, отдался вибрацией через его грудь в мою, и я никогда не слышала более сексуального, более эротического звука во всей моей жизни.
Знание того, что я была причиной этого, заставило меня чувствовать себя настолько всемогущей, что я не могла выразить словами.
Когда он восстановил концентрацию, то медленно вышел, пока только его кончик не остался внутри меня, и посмотрел мне прямо в глаза, когда снова двинулся вперед.
И это была маленькая смерть, которую я готова терпеть снова и снова, добровольно.
— Да.
Я знала, что это будет хорошо, но ощущение его пристального взгляда и то, как он приятно растягивал меня, это был экстаз.
Его лоб нахмурился, и он казался почти удивленным, когда пробормотал:
— Бл*дь. Ты такая мокрая.
Я была. Насквозь. Мне даже не было стыдно. Вот такой эффект он произвел на меня.
Как будто ему нужно было свести счеты, он начал толкаться в меня, рыча:
— Как ты себя чувствуешь? Скажи мне, что я заставляю тебя чувствовать, Ани.
 
Он сводил меня с ума. Мое тело пылало.
— Ты заставляешь меня чувствовать себя горячей и нуждающейся, и такой наполненной, что я едва могу это вынести. — Я не собиралась говорить то, что сказала, но черт с ним. Это было так. Мой мягкий взгляд встретился с его неумолимым, и мое горло сжалось, когда я тихо прошептала: — Ты заставляешь меня чувствовать себя красивой.
В тот момент, когда я сказала это, он приостановил свои толчки. Его лицо изменилось, стало расслабленным, но, прежде чем он позволил теплым эмоциям взять верх, его губы скривились, когда он снова погрузился в мою влажную киску. С непревзойденной страстью он трахал меня жестко и быстро, и звуки, которые эхом раздавались вокруг нас, должны были смутить меня, но шлепки по коже вместе с тихим хлюпанием разожгли меня больше, чем я хотела признать.
Он яростно трахал меня, глубоко вонзаясь, и я чувствовала, как он набухает внутри меня, его толчки становятся прерывистыми. Мы смотрели друг другу в глаза, и когда он сильно прикусил нижнюю губу, мое естество сжалось вокруг него.
— Прикоснись к себе, — потребовал он. Когда я заколебался, он прорычал: — Сделай это.
И я так и сделала, наклонившись, чтобы потереть кончиками пальцев нервный узел, требующий немедленного внимания. Через минуту я тяжело дышала, мои глаза были широко раскрыты от того, что я знала, что произойдет.
Мой рот округлился, и его грудь вздымалась, когда его толчки замедлились, стали более точными.
— Ты так сладко сжимаешь мой член. Мне нравится.
Мысль о том, чтобы доставить ему удовольствие, была всем, что мне было нужно, чтобы подтолкнуть меня ближе к краю.
Моя сердцевина сжалась, почти болезненно, когда мои пальцы работали с клитором все быстрее и быстрее.
— Бл*дь, — простонал Саша. — Крепче, чем в тисках.
Моя кожа была словно в огне. Обнажено каждое нервное окончание. И с каждым толчком он гнал меня все выше и выше, приближая к точке освобождения.
— Так близко, — выдохнула я.
Он трахал меня сильнее, быстрее, и мое дыхание стало тяжелым. Мне казалось, что по моему позвоночнику ползают муравьи. Тепло пульсировало из моего центра наружу, и когда мое зрение затуманилось, я подняла голову и тихо заскулила.
Звуки, ощущения, аромат его одеколона — все это вознесло меня на невиданную ранее высоту.
Мое освобождение пришло тяжело и быстро. Я закричала, когда оно ударило меня. Мои колени подкосились. Бесконтрольно пульсируя вокруг его тяжелого члена, я схватилась за переднюю часть его рубашки, чтобы не упасть, и застонала от смеси удовольствия и боли.
Саша победно усмехнулся, но мне от этого не стало легче. На самом деле это звучало издевательски.
— Хорошая девочка. Вот и все, — выдавил он, ныряя в мою мокрую киску и выходя из нее. — Выдои мой член. Возьми меня туда.
Мои эмоции зашкаливали, но я отказывалась показать ему, насколько сильно это на меня подействовало.
Его лицо скривилось, когда я постоянно пульсировала вокруг него, и когда его бедра судорожно дернулись, я знала, что он был близко. Внезапно он стиснул зубы, прижался кончиком носа к моему и потребовал:
— Скажи мне, кто тебя трахает, Ани.
— Ты, — ответила я с придыханием.
Но это был не тот ответ, который он хотел.
— Кто? — Он говорил медленно, четко выговаривая каждое слово, когда он прорычал: — Кто тебя трахает, Аника? — С глазами, излучающими ярость, его голос повысился на ступеньку выше. — Скажи мое имя.
Мое сердце бешено колотилось, но я дала ему то, что он хотел.
Я воспользовалась, возможно, своим единственным шансом поцеловать его, наклонилась и мягко выдыхохнула его имя ему в губы.
— Саша.
Его губы прижались к моему мягкому, манящему рту, и его глаза сузились за мгновение до того, как этот сердитый рот врезался в мой также яростно, как он трахал меня. Я ахнула, и он воспользовался моей секундной паузой, чтобы скользнуть своим языком по моему, отчаянно посасывая его, и он вошел в меня, как сумасшедший.