Капитали$т. Часть 6. 1992 (СИ)
Бизнес с авизо был привлекательным, доходным, но в то же время — смертельно опасным. Убивали банкиров за «косяки» и «крысятничество», за то, что отказали в «помощи» и за то, что не отказали — рубили концы, убирали ненужных свидетелей. Убивали директоров фирм-однодневок, через которые проходил обнал, а чеченские и славянские гангстеры азартно убивали друг друга. Потому что на кону большие деньги — сотни миллионов и миллиарды долларов.
«Чехам» почти удалось завалить финансовую систему страны. В схемы были включены сотни банков и тысячи предприятий, выводимые суммы были соизмеримы с областными бюджетами, а центробанку, чтобы заткнуть дыры, образовавшиеся после хищений, приходилось снова и снова напрягать печатный станок, разгоняя инфляцию все больше и больше… То, что в девяносто втором государственные финансы полностью не рухнули — это было чудо.
К слову, воспользоваться похищенными сотнями миллиардов отважные, но не очень финансово грамотные вайнахи в полной мере не смогли. Конечно, какие-то средства они вывели в Турцию и Саудовскую Аравию, но тонны денег так и сгнили в горных аулах. Без смысла и пользы.
И вот, теперь у нас банк. А значит, мы находимся в зоне повышенного риска… Под банк мы выбили в городском исполкоме здание бывшей женской гимназии, которое несколько лет пустовало и ветшало. Подобрали мы и директора — энергичного и сообразительного кандидата экономических наук тридцати пяти лет. Кандидат наук был счастлив — у него теперь зарплата не в двадцать долларов в месяц, а целых две «штуки», у него персональная иномарка (Миша Афганец подогнал «Форд Скорпио») и личная секретарша модельной внешности. А еще — собственный кабинет с компьютером и невиданной офисной мебелью, водитель, охрана… Звали нашего директора банка Соловьев Максим Юрьевич.
— Мутный тип, — подвел итог собеседования Серега. — Это сейчас он двум штукам «зелени» счастлив. А прикинь, придут к нему жгучие брюнеты и скажут — дорогой, одна маленькая помощь от тебя нужна, совсем пустяковая, Миллион баксов получишь! Думаешь, откажется? Хрен там, Леха! По глазам вижу — у него глаза хитрые!
— Перетопчется, — сказал я твердо. — Там в офисе «жучков» больше, чем блох на собаке. Мишины ребята уже подсуетились. Так что, будет наш Максим Юрьевич под полным и неусыпным контролем…
— А тема с авизовками интересная вообще, — сказал Валерик, задумчив глядя в стол. — Я слушаю все это и понять не могу — как такое вообще может быть? Государственный банк по левой бумажке хрен пойми кому отгружает сотни лимонов? Слышь, Леха? Эта лавочка по любому скоро закроется… Может, пока не закрылась… А?
Я показал Валерику кулак.
— Никаких «может»! Мы который год здесь бизнес и отношения выстраиваем — для чего? Чтобы хапнуть лимон «зелени» и свалить в Грецию? Ты серьезно, что ли, Валер?
Валерик виновато шмыгнул носом.
— Не, ну а че? Такие бабки за просто так раздают. Люди за один день имеют столько, сколько мы за годы труда. И риска! Сколько раз уже могли и завалить, и посадить!
Определенная логика в словах Валерика была. Фальшивые авизо были большим искушением. За несколько дней заработать годовую выручку! И профинансировать все свои проекты, закрыть все финансовые дыры, да и тем же рабочим подкинуть… Действительно, вечной эта тема не будет, окно возможностей скоро закроется. И банк у нас имеется с зиц-председателем!
— Ты, Валера, неправильно оцениваешь ситуацию, — сказал я. — «Чехам» в этом плане проще. Получил бабки и свалил. А с Грозного выдачи нет. Мы сейчас более-менее в рамках закона…
Валерик мрачно ухмыльнулся.
— А чего ты смеешься? Мы играем по общепринятым правилам. И вполне успешно играем! Впереди приватизация, бабки у нас есть, купим, что захотим. Лучше понемногу, но постоянно, чем хапнуть один раз много, а потом всю жизнь прятаться.
— Так-то оно так… — сказал Валерик, в голосе которого слышалось сомнение. — Вот все верно ты говоришь, Леха! Но…
— Завязывай, Валера, — сказал я устало. — Мы сейчас со всеми дружим, со всеми в хороших отношениях, и с властью, и с ментами. Если влезем в тему с авизо, по любому начнут крутить, еще и старые дела повсплывают. По сути, ты предлагаешь существенно увеличить риск для того, чтобы получить бабки, которые мы и так заработаем за пару лет вообще без риска.
— Я ничего такого не предлагаю, — сдался Валерик. — Я просто говорю, что сама по себе тема интересная!
— Интересных тем будет еще много, — сказал я. — Какие наши годы…
Валерик недовольно пожал плечами.
— Вообще, — сказал я значительно, — у нас и других проблем хватает.
Мои партнеры напряглись.
— Чего еще случилось? — спросил Серега недовольно.
— В общем, говорю сразу суть, — выдохнул я. — Есть информация, что Матвей помогает азерам торговать дурью.
Серега изумленно уставился на меня, а Валерик недоверчиво усмехнулся.
— Не, Леха, — сказал Серега. — Не может быть. Откуда знаешь?
— Я тоже думаю, что не может быть, — сказал Валерик. — Матвей спортсмен, барыг всегда ненавидел. Это обвинение серьезное. Что у тебя конкретно есть?
— Сам видел, — ответил я, — как его пацаны встречают грузы азеров из Москвы. На вокзале. Так что… Встречают и сопровождают. И там не только пацаны, а и менты прикормленные.
— Лично видел? — поднял брови Серега.
— Лично, — подтвердил я.
Валерик долбанул кулаком по столу.
— И не хотел сегодня нажираться, — сказал он, — а придется, походу! Но я все равно не верю. Мало ли, чего там везут азера!
— Помидоры, наверное, — подхватил я. — Или бананы-апельсины…
— Нет, ты погоди, — перебил Валерик. — Мне самому не нравится, что Матвей с ними мутит… Но здесь нужно разбираться. Вопрос это серьезный, если не знать на сто процентов… Некрасиво может получиться.
Некоторое время мы молчали. Серега налил воды из графина, залпом осушил стакан.
— А Миша Афганец что говорит по этому поводу?
— Ничего не говорит, — ответил я. — Вообще, вокзал — это его территория. Но Матвей наш партнер. Вот он и поставил меня в известность, что его люди встречают азеров с грузом. А дальше, чтобы мы уже сами смотрели, по обстоятельствам.
— Понятно, — мрачно сказал Серега. — Короче, запутался какой-то клубок, теперь хрен распутаешь. Нужно вызвать Матвея и все это обсудить. И по Вайсману, и по этому вопросу…
— Нужно, — повторил Валерик.
— Нужно, — согласился я. — А если что-то из этого подтвердится? Что делать будем?
Валерик длинно и затейливо выругался. Серега мрачно молчал.
— В таких делах, — сказал Валерик медленно, — старые заслуги значения не имеют. Есть проступок, а есть его следствие. Если Матвей имеет отношение к тому, что Вайсмана замочили… Дадим знать торговой братве Вайсмана. Они там уже на киллера сбросились, пусть сами решают. Вайсман нам никто, несостоявшийся партнер, но дело не в Васймане, а в том, что интрига за нашими спинами…
— Резонно, — кивнул я. — А если подтвердится наркота?
— А если подтвердится наркота, то это уже нас касается. Это нашу водочную тему под удар ставит. И опять же, за нашими спинами… Такое прощать нельзя.
— Ты сделаешь? — жестко спросил я.
— Дело наше общее, — ответил Валерик. — Вместе и сделаем.
— Если подтвердится, — бесцветным голосом сказал Серега.
— Нужно розничную сеть готовить по водке, — сказал я. — Прямо завтра начинаем. Валера, займешься? Киоски, точки на рынках, продавцы… Для начала, сделай смету и ориентировочный план.
— Сделаю, — кивнул Валерик.
По большому счету, мы уже не нуждались в помощи бандитов в торговле водкой. Из недавнего постановления правительства следовало, что водку теперь имеет право продавать частник вполне легально и по той цене, по какой посчитает нужным. Государство сдавало оставшиеся позиции своей монополии.
— Серега, ты матвеевскую банду хорошо знаешь, — продолжил я. — Подумай, кто там самый опасный. Потом дадим список ментам, пусть занимаются.
Серега нервно пригладил прическу.