Бойся своих желаний (СИ)

В главные ворота я соваться не стал и сразу пошел к едва приметной калитке у скалы, где стоял особняк. Именно о ней мне говорила Орнелла. Теперь ее надо открыть. 
Набор отмычек лежал в сумке, но как им пользоваться я знал только по фильмам и компьютерным играм, что не шло ни в какое сравнение с реальностью. И ловкость рук, которая отвечала за вскрытие замков и лазанье по карманам, показывала печальную единицу. Вот и прокачаю, решил я и занялся делом.
Сколько я пыхтел у калитки и скрежетал отмычками в замке, сколько раз прятался от стражников за скалой, не представляю – ни считал. Уже занимался рассвет, когда я, весь мокрый, с вспотевшими руками, все же услышал долгожданный щелчок. Неужели.
С минуту я приходил в себя, прислушивался, не поднялась ли тревога от неправильного открывания тайной двери. Когда ничего не услышал, осторожно вошел и прикрыл калитку. Все еще тишина. Приободренный, я отправился в дом по маршруту описанному виконтессой.
В серой мгле предрассветных сумерек слуги меня не видели. Опасное ощущение вседозволенности кружило голову и напоминало вылазку в Расколотых Землях. Только там я казался себе неуязвимым из-за скорости и живучести, а тут невидимость. Главное не шуметь и не делать глупостей.
Дворец делился на две половины, мужскую и женскую. Я едва не пошел не в ту сторону – обилие доспехов и картин с изображением битв остановило. Пришлось возвращаться и красться в другое крыло. «А рассвет уже все заметнее», как пелось в одной старой песне. Очень хотелось поторопиться, но я сдерживал себя, чтобы не наделать ошибок – так и на стражу нарваться можно.
С первыми лучами солнца я уже стоял перед ее спальней. В верности выбора покоев я не сомневался – двойные двери тут были только одни, белые, украшенные резьбой в виде золотых листьев и веток. Я тихо зашел и закрыл дверь. На ключ. Огляделся.
Никогда не понимал тех, кто превращает в спальню огромный зал. Статус, деньги – это я понимаю, но это же не комфортно. Странные все же эти богатые. Почти в пустом зале у левой стены стояла кровать под светлым балдахином. Недалеко расположился туалетный столик и тройное зеркало в полный рост. У других стен полумрак не помешал разглядеть камин, диваны и двери, вероятно в уборную и гардеробную. Плотные занавески закрывали высокие окна.
Я тихо прошел к кровати, отодвинул балдахин и улегся. Ах, как хорошо. Только сейчас я понял, насколько вымотался. А кровать оказалась настолько большой, что тут можно положить троих и они потеряются. Но Орнелла что-то почувствовала – может, сквозняк через занавеску. Или просто время пришло просыпаться. Она заворочалась и потянулась.
– Марси, уже пора? – зевнула она.
– Пора-пора, дела не ждут, – усмехнулся я.
– Кто тут?! – Орнелла вскочила на кровати в тонкой ночной сорочке и с длинным кинжалом в руке.
– Я тут. Дэнтейн, если не забыли, ваша милость, – ответил я, но продолжил лежать, заложив руки за голову.
– Дэнтейн?! Но как… ох… – она забралась обратно под одеяло. – Я не ожидала вас.
– Через калитку у обрыва по вашему же совету.
Поразительно, как я различал цвета в полумраке. И ее тело я тоже успел рассмотреть под тонкой тканью – очень привлекательно. Но мы в разных весовых категориях, так что руками не трогать. А вот она его и спрятала снова под одеялом.
– У меня появился план. Я пришел посоветоваться и приступить к исполнению. Только день обещает быть солнечным, – заметил я. – Кстати, сколько меня не было?
– Два дня. А вы потерялись во времени? – удивилась Орнелла.
– Нет, просто время тут и там течет по-разному.
– Ясно. Так вы только вернулись или что-то успели выяснить?
– Успел, – кивнул я и рассказал о разговоре с юношей и рыжей дамой.
Виконтесса тихо рассмеялась, когда поняла, о ком речь, но перебивать не стала.
– Это одна из младших фрейлин ее величества, – пояснила она после того, как я замолчал. – Она мечтает улучшить свое положение, потому называет другом каждого, с кем лично хотя бы поздоровалась. Она знает все обо всех. Как правило ее сведения достоверны – она не любит сплетничать о том, чего нет. А вот второго не знаю, таких при дворе много. Отвернитесь, мне надо одеться.
 
Орнелла вылезла из кровати и пошла в гардеробную. И вот ей радости так далеко мотаться каждое утро и вечер, подумал я и растянулся на кровати удобнее. С другой стороны прогулка перед завтраком.
– Так какой у вас план поиска этого негодяя? – спросила она, когда вернулась одетой в бело-голубое легкое платье с открытыми руками и довольно глубоким декольте, куда у меня постоянно сам по себе опускался взгляд. – Я не верю, что это Лидия. Она не желает союза с принцем. Но я понимаю, почему грешат на нее – подругами нас не назвать, а вот с Эрардо они в отличных отношениях. Но скорее как брат и сестра.
– Тогда нужно искать дальше. Этот негодяй, как вы выразились, наверняка из высшего света, куда мне не попасть. Но исполнителей он или она будет набирать из числа преступников, как и в прошлый раз, – рассуждал я, а сам смотрел в потолок, чтобы не выглядеть озабоченным подростком. – Посему я планирую внедриться к ним, дождаться заказа и так выйти на него. Но это может занять время.
– Не надо никуда внедряться, – едва не рассмеялась виконтесса. – Я дочь правителя города, если вы не забыли, Дэнтейн, и работаю с общественностью. Плохим бы я была будущим правителем, если бы не знала всех, кто что-то представляет из себя в Вигеранто. Так что с главарем местной преступности я знакома. Он знает обо всем, что происходит в городе.
– Вы в плохих отношениях? – с легкой иронией уточнил я. – Иначе почему он не предупредил вас о первом покушении?
– А это хороший вопрос, – улыбка исчезла с ее лица, но Орнелла решительно тряхнула головой. – Вот и узнаем. Но вечером. Сейчас я распоряжусь о завтраке. Придется уступить вам свою постель. Не беспокойтесь, никто вас тут не потревожит. Отдыхайте.
Обычно после дневного сна я очень плохо себя чувствую, но не в этот раз. Видимо, теневые эльфы генетически приспособлены к ночной жизни и хорошо спят, пока светит губительное для них… нас солнце. Я поднялся, потянулся, умылся. Еще бы душ принять, но он остался в мечтах.
Пока я завтракоужинал, Орнелла переодевалась в гардеробной, сама, что примечательно. А я-то думал, что подобные ей дамы наряжаются исключительно при помощи слуг. Но я очень порадовался, что успел поесть до ее возвращения, иначе бы точно подавился. Я и не подозревал, что виконтесса, этот нежный ангел, может выглядеть так. Легкое светлое платье сменил мужской костюм в черно-коричневых тонах. Брюки облегали стройные ноги, жилет подчеркивал тонкую талию, разметанные по плечам волосы и алая помада дополняли образ роковой красотки. Я глупо похлопал глазами, но стряхнул наваждение и поднялся с дивана.
– Вы восхитительны, ваша милость, – поклонился я со всей возможной галантностью.
– Благодарю, – кивнула она. – Там, куда мы идем, лучше не выделяться.
Это «не выделяться»?!
– Понимаю. Отправляемся? – тем не менее сказал я.
– Да, только воспользуемся другим ходом. И вы впоследствии будете пользоваться им. Его проще показать, чем объяснить.
И она пошла к двери. Невероятно, даже походка изменилась, стала более твердой и уверенной. Вот тебе и ангел. Я спохватился и отправился следом.
Орнелла провела меня тихими коридорами в подвал, оттуда по длинному туннелю под скалой на пляж. А я так и знал, что есть еще один выход, лучше замаскированный и безопасный! И она права – я бы не нашел его даже при наличии карты. Там нас ждали оседланные лошади. Сначала я удивился, но понял, что отсюда до города далековато.
По безлюдным улицам богатых кварталов в свете фонарей мы доехали до района, где жизнь кипела, пожалуй, более бурная, чем днем. На улицах и во дворах пылали костры и факелы, музыканты играли бодрые мелодии, тут и там народ танцевал. Я словно очутился на стоянке цыганского табора или в центре венецианского карнавала, каким его показывали по телевизору. Тут и там хлопали окна и двери. Я увидел вывески. Казалось, целая улица отведена под увеселительные заведения. Кажется, «Кроличью нору» я тоже увидел. Намек понял. Только девиц легкого поведения не хватало для полного комплекта. Может, они внутри, конечно, но на улице никто телом не торговал. Или я не видел. В любом случае от виконтессы я не отставал. Да и как отстать, если она вцепилась мне в руку мертвой хваткой и уверенно вела куда-то.