Хранительница (СИ)

По какому праву тёмная диктует правила и командует светлыми? Да ей доставляет огромное удовольствие руководить нами. Раз за разом заставляя правильно выполнять различные движения. У неё что, в глазу встроен прибор для измерения углов на местности? Как она может говорить, что я не дотягиваю подбородок? Я вообще может, захочу стать королевой эпатажа. Ах, здесь нет такого определения? Значит будет. Бухтела я про себя, семеня, как японские гейши, чтобы создалась иллюзия скольжения. Ведь колыхание платья, это позор! Наивная, она позора ещё не видела. Позор «пукнуть» во время реверанса, или порвать узкие штаны, при наклоне. Но как бы мысленно не костерила эту мучительницу, всё равно выполняла задания, ведь белой вороной в обществе никто себя чувствовать не хочет.
Так прошёл ещё один месяц, и поступление в Академию было не за горами.
В один прекрасный день, вдруг исчезли все рабочие, и наступила благословенная тишина.
- А не отпраздновать ли нам окончание ремонта? – внесла я предложение.
- Ура! Ура! – запрыгали мальчики.
- У вас пара танов, чтобы соответствующе одеться, - донеслось от отца. – Успеете?
- Обижаешь! – оскорбилась Дашуня. – Ещё и останется. А куда мы пойдём?
- В самый лучший ресторан, - мечтательно произнесла Элеонора.
Ротмир приобнял свою жену, и направился вместе с ней наверх, кинув напоследок: «Время пошло. Собираемся в холле».
В назначенный срок все дети стояли при параде. Мы с Дашей навертели красивые причёски, даже по такому случаю облачились в драгоценности. Братья тоже не ударили в грязь носом. Разрядились как дворяне, подвязались перевязями и щеголяли в эльфийских сапожках, подозрительно похожих на наши. Видать маман не сдержалась и достала их из баула. Ведь здесь таких не делают, и только наша семья щеголяет в удобной современной обуви.
И тут мы увидели наших голубков, которые спускались по лестнице и никого вокруг не замечали. Так были погружены в свой разговор, если его можно назвать таковым. Отец что-то в очередной раз мурлыкал матери на ушко, та мило краснела. Сейчас, после моих сеансов лечения они выглядели на порядок моложе, чем во время нашей первой встречи. Прекрасно, что у них до сих пор остались чувства. О таком можно только мечтать и тихо завидовать белой завистью. Где-то в глубине завозилась колючка, и захотелось крикнуть: «Что на ушко, то брехня!» Разрушить волшебный момент, но я со всей силы подавила это, не желая портить великолепный вечер своим гадостным характером.
Огромный Ротмир возвышался как скала, а рядом хрупкая Элеонора – ивушка, предугадывая любое его движение, податливо следовала за своим великаном.
«Трепещи Столица, мы идём веселиться» - мелькнуло в голове, и за ней следом смутное предчувствие, что такое уже когда-то бывало и ничем хорошим не кончилось. Но отогнав беспокойно жужжащие назойливыми мухами панические мысли, решила несмотря ни на что, оторваться по полной.
Мужчины накинули курточки из тончайшей кожи, мы легкие накидки, напоминающие те же плащи, но уже из другого материала.  Все выдвинулись на крыльцо, где нас ожидала карета, по-другому это чудо не назовёшь.
Оглядываясь назад, понимаешь, что в течении малого промежутка времени нами была проделана громадная работа. Полностью восстановлен дом, набран весь штат обслуживающего персонала. С каждым мною был заключён договор о неразглашении частной жизни. Потихоньку восстанавливался сад, хотя уже кое-где были заметны полностью здоровые и цветущие деревья. И это весной, когда они только просыпаются и выпускают свои почки. Прислуга уже устала удивляться, учитывая, что в нашей семье пятеро необученных магов, двое из которых малые дети. Отец же загорелся прикупить в квартале ремесленников землю под кузницу и, наконец, продолжить любимое дело, а именно, ковать оружие, а не подковы для деревенских лошадей и остальную бытовую мелочь. На горизонте наймы учителей для матери и мелких, и наше поступление в Академию. Слава Создателю родители забыли об учителе хороших манер и остальных, необходимых современной девушке.
 
Пока я перебирала в уме прошедшие месяцы, мы подъехали к ресторации. Большое двухэтажное здание на центральной улице заметили давно, но не было причины заходить. Меня немного напрягало название «Светлый путь», подкладывая ассоциации с переходом в иное измерение, а именно, на небо. Поел и откинулся. Но, вероятно, это только моя фобия и никто из жителей города не находит это странным. Кипельно белое здание (камень, что ли магически выбелили?) сверкало окнами и вывеской. Даже деревянные двери и то были белые (и где только взяли?). Войдя вовнутрь, замерли. Каждый по-своему. Кто в восхищении, кто в шоке, а я пыталась не засмеяться. Всё, буквально от пола до потолка, одного цвета. Скатерти, одежда официантов, стены, столы, всё – белое. Даже на персонале надеты несуразные парики из какой-то шерсти, скрывающие чёрные волосы. Жуть. Что-то мне стало не до веселья. Оглядывая зал огромными от ужаса глазами, заметила, что хоть одежда на гостях данного заведения, цветная. Они ещё не додумались до дресс-кода, а то с них станет запускать только в белых одеждах. Пока я окуналась в рай, на грешной земле разворачивалось действие.
Войдя, мы машинально скинули накидки и искали глазами персонал, кому можно их сдать на хранение. К нам поспешил человек, галантно предлагая проводить в зал. Элеонора в восторге последовала за ним вместе с Дашуней. Я задержалась, рассматривая убожество на голове у их сопровождающего и заметила принеприятнейшую картину. Ивара и Карла схватил другой и буквально тащит к выходу, а отца обрабатывает третий. Развернувшись к  мальцам, вырвав их руки у наглого секьюрити, обратилась к стоящему рядом с Ротмиром и чего-то тому втюхивающему.
- Уважаемый, по какому праву вы задерживаете моего отца и не даёте пройти в зал. На каком основании моих братьев собирались вышвырнуть из данного заведения, - на фоне подступившей ярости, не контролируя и не фильтруя свою речь, выдала резко.
Меня заметили и оторвались от отца.
- Госпожа, не беспокойтесь, сейчас всё будет в лучшем виде и тёмные не осквернят ваш взор своим присутствием, - выдало это ч….удо.
Глаза мои и без того большие, сделались огромными, брови подскочили, челюсть отвисла, а слова потерялись. В ступоре простояла недолго. Пока второй не подошёл и не попытался ухватить отца за локоть. Ротмир не хотел портить вечер и пытался решить дело мирным путём, без унизительного рукоприкладства. Братья, первый раз встретившие такое отношение, притихли и ухватились за меня, как за спасательный круг. Причём со стороны Карла уже наблюдалось подрагивание воздуха и моя юбка шевелилась сама по себе, Ивар сдерживался из последних сил, вцепившись в мою руку, со всей своей силы. Его уже ощутимо потряхивало. Вот идиоты, сейчас доиграются в светлых и тёмных.
- Вы, наверное, меня не поняли, - вернулась речь. – Это МОЙ отец и МОИ братья, - сорвалась я на крик. – Убери свои клешни от них, - видя, как тянутся руки к мальчикам, взбесилась окончательно.
Видимо сейчас весь смысл сказанного дошёл до охраны, и в глазах промелькнуло сочувствие, сменившееся упрямством.
- Госпожа, вы простите, но тёмных мы не обслуживаем. Им нет места в нашем заведении, - залебезил он.
- То есть, вы хотите сказать, что мать, сестру и меня накормите, - издевательски протянула, - а мальчиков нет?
Окончание фразы услышали и наши девочки, которые насладившись великолепием зала, не досчитались за столом нас. Элеонора ожидаемо охнула, приложив ладошку к губам. Даша подошла, встав с другой стороны от Карла, взяла его за вторую руку, оказывая так необходимую сейчас поддержку. Свою я сразу же отпустила, машинально погладив брата по голове. Вдруг понадобится в челюсть кому-нибудь вмазать? С меня взятки гладки. Я девушка, к тому же блондинка. Лишь бы отец не оказывал сопротивления, а то к нам уже направляется какой-то блондинчик-натурал, видать администратор. Да и гости заведения перестали предаваться чревоугодию и обратили свои взоры на нас.