Золярия (СИ)

– Так я же, уважаемый, не из того экипажа, который вас забирал, – пилот повернулся к Лене. – Ты помнишь место? Сориентируй, пожалуйста.
Лена вздрогнула, выходя из глубокой задумчивости, и пилот повторил просьбу.
– Да, конечно помню... Летим на пятнадцатый километр трассы.
– Понял, – ответил пилот, и через несколько минут челнок завис над дорогой прямо напротив тех кустов, где Башка с Ефимкой и Свистом устраивали наблюдательный пост.
Башка начал крутить головой от одного иллюминатора к другому.
– Непривычно с высоты-то... Как с колокольни смотришь... – виновато бубнил Башка. – Ничего, сейчас непременно распознаю, откуда мы сюда пришли... Ну-ка, подними малость... А-а, вона та поляночка, где мы ночевали последний раз! От неё вон к той сосенке кривой заворачивай... Тама мы проходили...
Командир уступил деду своё место рядом с пилотом, и тот повёл челнок от одного ориентира до другого, на которые уверенно указывал проводник.
– Ну, вот и прилетели, – удовлетворённо закончил Башка. – Вона, полверсты от нас... – и он указал пилоту пальцем через лобовое стекло. – Вона, где два пенька торчат у берега... У той косы, под дубочком, что у самой воды... Тута и должны ждать мои други. Всё, прилетели! Сажай свою чудо-карету прямо на косу у ручейка.
– Но радар не показывает людей, – обратился пилот к командиру. – В радиусе пяти километров нет ни одного теплокровного существа, если не считать зайцев, птиц и всякой лесной мелочи. Людей точно здесь нет, – уверенно заявил пилот.
– Как это нет? Время ещё не вышло... Ждать должны... – возмутился Башка, но в его голосе прозвучала тревога. – Они ребята понимающие, уговор исполнят обязательно...
– Садимся. Осмотрим местность, – приказал командир. – Ты – оставайся в машине, – велел он пилоту.
– Вон и шалашик ихний, в десяти шагах, правее от дубка! – обрадовано вскрикнул Башка, как только вышел из кабины, но тут же насторожился. – Сидите в карете, – попросил он. – Не топчите землю... Я сперва осмотрюсь... Кажись, здеся много народа побывало сегодня утром... По росе ещё ходили... – Башка присел у кострища и начал ощупывать угли. – Вчера вечером огонь разводили... Сегодня не зажигали...
Лена первая выпрыгнула из кабины и кинулась к сидящему на корточках Башке.
– Дедушка, в чём дело? Где твои молодцы?
– Стойте на месте! – властно крикнул Башка Лене и командиру, который выскочил за ней. – Землю не топчите! Всё расскажу... Дайте срок малый...
Башка, кряхтя, поднялся на ноги и направился к шалашу. Через некоторое время он махнул рукой, приглашая подойти к нему.
Лена и командир подошли к понурому Башке.
– Похоже, беда приключилась... Вона, шалашик повреждён, кусты помяты, кровь на листьях и траве... Человек десять, не меньше, здесь побывали сегодня утром... Драка была... Но без поножовщины – крови мало... Видать, просто нос разбили или зубы выбили... Стало быть, живы наши ребятки... В полон, видать, забрали. В этих местах много ватаг разных безобразничают. Деревушки мелкие разоряют, людей хватают и перекупщикам продают.
– Утром, говорите, Фёдор Дмитрич? – командир задумался. – Так они ещё уйти далеко не успели... Поднимись и просканируй местность в радиусе тридцати километров, – отдал он приказ пилоту.
Гравитолет тут же взмыл в небо, а командир уселся на поваленный ствол берёзы и принялся изучать карту местности, вспыхнувшую на голографическом экране его ЭМ-ки.
Башка продолжил разглядывать помятые кусты и истоптанную траву, а Лена отошла в сторону, чтобы не мешать мужчинам, и села на пенёк у самой воды.
«Ну почему я такая невезучая?», – думала она, глядя на сухие листики и травинки, плывущие по ручью. – «Вот как эта неприкаянная щепочка, которая кружится в маленьком водовороте и всё никак не может вырваться из него и продолжить путь к большой реке или наконец прибиться к надёжному берегу. Почему вот уже три года после смерти Саши мне никто так и не понравился? А ведь мне уже почти тридцать... Все мои сверстницы давно замужем... Детишек нарожали... И вот только сейчас, наконец-то встретился парень, от которого сразу же ёкнуло сердце, да и то, как назло, оказался на десять лет моложе меня. А теперь и вовсе пропал...».
 
– Это что там за бука такая сидит на пенёчке? Сидит, бучится, на людей добрых не смотрит, да из глазок своих голубеньких водицы в ручеёк прибавляет? – Башка так неожиданно подошёл к девушке, что она вздрогнула. – Рано печалишься, доченька милая, жив наш Ефимка. Как пить дать живы они со Свистом.
– А вдруг...
– Никаких вдруг. И думать так не смей, беду накликивать! Ведь в природе как устроено? Об чем думаешь да веришь в это шибко – то и случается... Так что, горлица моя ненаглядная, вытирай слёзки солёные, да о свадебке своей с добрым молодцем Ефимкой помечтай! Глядишь, и ему от сердечка твоего любящего добрая весточка прилетит, порадует в полоне, сил придаст.
– Спасибо тебе, дедушка Башка... Страшно мне за... За ребят...
– Говорю же, что живы! Сама рассуди: это ж дураком надо быть последним, чтобы себя знатного хабара лишать! Хлопчики же наши – парубки видные. Поищи ещё таких – товар не рядовой! За таких мужиков перекупщики деньгу не пожалеют. Подумаешь, носы малость расквасили... И то – скорее всего – это Свисту больше досталось, уж больно он гонористый да задиристый. Да с них сейчас пылинки сдувают, чтоб подороже продать! Верь мне – знаю о чём толкую, бывал в подобных бедах...
  
Глава 9
 
Директор РСБ, заменивший на этом посту Сергея Ильича – когда тот был назначен Главным Воеводой России – докладывал последнему о сообщении вахтенного офицера:
– Шестой экипаж дежурного челнока в 19:45 вылетел за двумя местными жителями, чтобы привести их в город. Это те, что два дня назад вели наблюдение за Тюменским трактом. Третьего, по прозвищу Башка, их главаря, восьмой экипаж наблюдателей привёз сразу же, ещё два дня назад, а этим двум было велено ждать в условленном месте. На месте их не оказалось. Главарь Башка уверяет, что его товарищей захватила одна из местных банд с целью пленения и последующей продажей в рабство. Шестой экипаж провёл разведку и обнаружил в пятнадцати километрах от места посадки челнока отряд из тридцати одного бандита и двадцати семи связанных пленных. А также в бандитском отряде имеются четыре тяжелогружёные подводы. Вероятно, они уже возвращаются из набега с богатой добычей на свою основную базу. Отряд движется на юго-запад. В настоящее время бандиты готовятся к ночёвке вот в этом месте, – полковник показал на экране место остановки разбойников.
– Передайте шестому экипажу ничего не предпринимать до моего приказа и вести постоянное наблюдение за бандитами на расстоянии.
– Есть, Главный Воевода! – и через пару секунд добавил. – Уже передал ваш приказ.
– Вот и хорошо... Давай-ка, полковник, подумаем о том, как нам лучше использовать сложившуюся ситуацию. Пора наконец избавить наши территории от многочисленных бандитских шаек. Начнём с этого отряда. Он не самый большой из существующих, но и не самый маленький. Мне кажется, что это очень удобно для первой операции – опыта наберёмся. Что можешь предложить?
– Предлагаю выслать группу золярийского спецназа и уничтожить бандитский отряд на месте ночёвки. Пленных привести в город и предложить принять подданство. Через пару часов наступит ночь – в темноте бандиты не смогут оказать более-менее значимого сопротивления.
– Э, нет! Это слишком просто. Надо выжать из этой операции больше дивидендов. Сейчас мы можем не только уничтожить один из бандитских отрядов, но и провести эффектную пропагандистскую акцию. Давай пошлём туда сотню конных дружинников, а спецназ будет оставаться в тени, на всякий случай. Дружинники закуют в кандалы разбойников и погонят их через те деревни, которые те разграбили, и из которых набрали пленных для продажи. В каждой ограбленной деревне мы оставим несколько прикованных к столбу бандитов, и пусть жители, обиженные бандой, сами решают, что с ними делать. Всё должно пройти в стилистике средневековья, а спецназ останется незаметным, обеспечивая разведку и прикрытие.