Тайновидец. Том 1: Потерянный дар

Под потолком, окончательно разгоняя сумрак, теплым оранжевым светом пылали магические светильники.
Вдоль стен стояли верстаки и полки с колбами и загадочными стеклянными конструкциями. В дальнем углу просторного помещения тихо гудел кузнечный горн.
Днем в помещении явно работали несколько артефакторов. Глава рода Пожарских был суров – он не выделил сыну для практики отдельную лабораторию. Определил его в мастерскую, под начало своих мастеров.
  
Мудрое решение, ничего не скажешь. Если хочешь стать мастером, сначала походи в подмастерьях.
– А где остальные работники? – спросил я Севу.
– Соберутся через час. Иди сюда, Саша. Смотри!
Сева подвел меня к верстаку, заваленному свежими стружками и бумажными схемами. Прямо на схемах стояли пустые магические накопители – небольшие квадратные бутыли из толстого стекла с нанесенными на них разноцветными печатями. На углу верстака стояла глиняная кружка с давно остывшим кофе.
– Вот!
Сева благоговейно протянул мне деревянную дудочку. Дудочка была выточена из ясеня – строгое требование – и опоясана тонкими кольцами из красной меди. В плоском мундштуке чернела прорезь.
Свирель Преображения.
Смутные упоминания о ней я отыскал в Незримой библиотеке. Мне пришлось немало порыться на книжных полках, чтобы в старой книге с пожелтевшими страницами найти подробное описание Свирели и чертеж.
Но дело того стоило.
В той же книге нашлись тщательно выписанные ноты заклинаний.
Я взял свирель в руки и сразу почувствовал ее магическую силу. Разглядеть плетение я не мог – для этого нужно было обладать Даром артефактора. Но чувствовал покалывание в кончиках пальцев.
Волшебная вещь.
Скоро с ее помощью я устрою настоящее представление. И кое-кому оно очень не понравится.
– Что скажешь? – нетерпеливо спросил Сева.
И сам не выдержал, не дождался моего ответа:
– Изумительная магия! Ни одной высокой ступени, только начальные. Весь секрет – в плетении! Когда я это понял, меня словно громом ударило. Что она делает?
– Преображает некоторые вещи, – улыбнулся я. – Или придает им истинный облик. В зависимости от мелодии.
– А ноты? – жадно спросил Сева. – Ноты у тебя есть?
– Поищу, – с улыбкой ответил я. – А какую способность ты получил?
– Не скажу, – надулся Сева. – Раз у тебя есть секреты, пусть и у меня будут.
Но его выдержки хватило только на пару секунд.
– Подмастерье Звуков! – гордо заявил он. – Вот!
– Поздравляю, – искренне сказал я. – Сева, ты молодчина!
Новые способности открывались у магов совсем не так часто, как бы им хотелось. Для этого мало было пользоваться магией. Нужно было сотворить что-то невообразимое. По-настоящему волшебное.
– Теперь я смогу делать волшебные инструменты, – закивал Сева. – Наверное. Мне бы только схемы достать!
– Сева, я не могу провести тебя туда, где взял схему свирели, – честно ответил я. – Но обещаю поговорить с хранителем.
– А там и хранитель есть? – изумился Сева.
– Конечно, – кивнул я. – В нем-то все и дело.
– Но если тебе понадобится еще один артефакт… – начал Сева.
– Я сразу обращусь к тебе, – твердо заверил я. – И ни к кому больше.
– Вот это здорово!
От радости Сева даже запрыгал на одной ноге. Но вовремя вспомнил, что теперь он не мальчишка-первокурсник, а мастер артефакторики. Да еще и получивший способность. То есть, серьезный и солидный маг.
– Хочешь, я помогу тебе здесь прибраться? – предложил я.
Сева пренебрежительно махнул рукой.
– Не надо. Я сам. А потом домой поеду, отсыпаться.
Он широко зевнул прикрывая рот ладонью. И улыбнулся счастливой детской улыбкой.
– Способность! Ты представляешь, Саша?
Я подвигнул Севе и бережно спрятал свирель во внутренний карман пиджака – рядом с нотами.
– Не только способность, но и достойное вознаграждение за безупречно выполненный заказ. Как только я доберусь до банка, деньги окажутся у тебя на счету.
– Отлично, – обрадовался Сева.
Он не стал отказываться – не хуже меня понимал, что любой хороший труд должен быть достойно оплачен.
Тем более, труд артефактора.
– Мне не терпится узнать, зачем тебе свирель, – сказал Сева.
– Непременно расскажу, – улыбнулся я. – Как только закончу дело. Иначе что-нибудь может пойти не так. Сам знаешь, магические тайны не любят, когда о них болтают.
– Знаю, – важно кивнул Сева.
И снова широко зевнул.
– Давай встретимся как-нибудь вечером в нашем трактире, – предложил я. – Посидим, как в лицейские времена.
– И Мишку позовем, – обрадовался Сева.
– Непременно, – улыбнулся я.
Миша Кожемяко был еще одним нашим товарищем. Мы вместе закончили Императорский магический лицей и здорово сдружились за время учебы.
На церемонии Выбора Пути Мише выпал путь Служения. Поэтому его с радостью приняли на должность помощника полицейского следователя. Для потомка обедневшего дворянского рода из Рязани это было отличное начало карьеры.
– Давай, соберемся завтра, – предложил Сева.
– Не знаю, – улыбнулся я. – Зависит от того, как быстро я закончу дело.
Магическая свирель была у меня. Теперь я собирался вернуться домой и попробовать себя в качестве музыканта. Мелодии превращения не выглядели слишком сложными. Да и магическая свирель – не обычный инструмент. Я не сомневался, что она будет играть практически сама, повинуясь желанию своего владельца.
Однако попрактиковаться не помешает.
– Спасибо, – сказал я, пожимая руку Севы. – Поеду, позавтракаю где-нибудь, а потом – к себе. Вечером пришлю тебе зов.
Но этим обстоятельным планам не суждено было сбыться. Внезапно в моей голове зазвучал холодный уверенный голос:
– Доброе утро, господин Тайновидец! Я вас не разбудил?
Даже безупречная вежливость не могла скрыть невероятную силу обладателя этого голоса. Меня беспокоил начальник Тайной службы Империи Никита Михайлович Зотов.
– Доброе утро, Никита Михайлович, – ответил я. – Нет, не разбудили.
– Отлично, – не меняя интонации, сказал Зотов. – Как быстро вы сможете приехать к особняку графа Толубеева?
– А что случилось? – нахмурился я.
Граф был замешан в деле, которое я расследовал.
– Вы же помните, что деньги, которые пропали у графа, он взял в банке под залог своего особняка? – спросил Зотов. – Из-за кражи граф просрочил платеж, и теперь банк конфискует особняк. Об этом мне доложила охрана. Представитель банка уже там, вместе с полицией и работником казначейства.
– А почему граф Толубеев мне ничего не сообщил? – удивился я.
– Полагаю, графу сейчас не до светских бесед. Он заперся в особняке и грозит сжечь его дотла.
– Задержите их! – быстро сказал я. – Никита Михайлович, нельзя, чтобы они вошли в особняк до моего приезда.
– Охрана видела их бумаги, – засомневался Зотов. – Все документы оформлены, как полагается. Нет причин задерживать представителя банка и полицию.
– Пусть задержат под любым предлогом, – настойчиво повторил я.
– Вы что-то узнали? – насторожился Зотов.
– Да, – не стал скрывать я. – Мне удалось выяснить, куда пропали деньги графа. Я все расскажу, как только доберусь до места.
– В таком случае, я тоже выезжаю, – решил Зотов. – Очень любопытно узнать, как вы раскрыли преступление, которое оказалось не по зубам ни полиции, ни Тайной службе. Выслать за вами мобиль, Александр Васильевич?
– Не нужно, – отказался я. – Мне здесь недалеко.
Все равно Зотов узнает, что я был в мастерской артефакторов. Да я и не собирался ничего скрывать от начальника Тайной службы – кроме некоторых незначительных подробностей.
Но, черт! Я не ожидал, что представители банка будут действовать так быстро и решительно. Надеялся, что день или два у меня еще есть.
  
– Что-то случилось? – спросил Сева, глядя на мое встревоженное лицо.
– Случилось, – не стал скрывать я. – Но сейчас рассказывать некогда. Мне нужно срочно ехать. Спасибо еще раз, Сева! Увидимся на днях.