Магия прорывается (ЛП)

— Роберт Лонеско и Дженнифер, — сказал Барабас.
Роберт Лонеско был супругом Томаса, и вместе они управляли кланом крыс. Дженнифер возглавляла клан волков. Мы с ней не особо ладили. Во-первых, мне пришлось убить ее сестру после того, как магия моей тети свела ее с ума. Затем ее муж пожертвовал собой, чтобы предотвратить магическую катастрофу, о которой мы узнали через мой офис. Дженнифер винила меня и в том, и в другом. Мы заключили шаткое перемирие, потому что нам приходилось работать вместе, но не убивать друг друга было так же приятно, насколько это могло быть. Предупреждение Кристофера всплыло у меня в памяти. Когда дело дойдет до волков, которым я не должна была доверять, она определенно будет в верхней части списка.
— Что насчет вызовов? — спросила я. Дженнифер родила больше месяца назад, и ее тридцатидневная отсрочка от вызова закончилась в прошлую среду.
— Нет, — ответил Джим.
Странно.
— Я думала ее вызовет Десандра.
— Как и я, — сказал Джим.
Как и Кристофер, Десандра была освобождена во время нашей поездки за границу. Она была дочерью самого могущественного альфы в Карпатах. Он был жестоким, самовлюбленным психом, который создал свою стаю из ничего и правил всем регионом стальными когтями, терроризируя своих внешних и внутренних врагов. У него было одиннадцать детей. Десандра была единственной, кто дожил до совершеннолетия, и она сделала это, притворяясь избалованной, раздражительной идиоткой. Ее отец был одержим идеей найти наследника, который соответствовал бы его стандартам. Он понятия не имел, что она была прямо у него под носом, и когда она пробила его грудную клетку и вырвала сердце за несколько мгновений до рождения своих близнецов, он ужасно удивился.
Десандра закончила тем, что поехала с нами в Атланту. Она была умна, хитра и безжалостна. Когда мы вернулись, Дженнифер все еще была беременна, и ее место нельзя было оспорить. У Десандры также оставалось две недели отпуска по беременности и родам, но она им не воспользовалась. Она совершила свое первое убийство в течение сорока восьми часов после того, как поклялась в верности Стае, и начала карабкаться вверх по пищевой цепочке. Теперь она занимала бета-позицию в клане волков, и Дженнифер было не до сна.
— Дженнифер с Десандрой заключили сделку или что-то в этом роде? — спросила я.
— Насколько я знаю, нет, — сказал Джим. — Дженнифер ненавидит ее даже больше, чем тебя. Если бы Десандра была в огне, Дженнифер не стала бы даже мочиться на нее, чтобы потушить.
— Тогда из-за чего задержка?
Джим пожал плечами. Я взглянула на Барабаса. Барабас тоже пожал плечами. Никто из них ничего не слышал. Такое было редкостью.
— Из нее получился бы лучший альфа, — сказал Джим. — Она сильнее.
Несмотря на мнение Дженнифер, у меня никогда не было с ней проблем. Она начинала драку, и я сильно била в ответ, но я никогда не преследовала ее. Тем не менее, я должна была признать, что Десандра была бы чертовски хорошей альфой. Это не означало, что я горела желанием иметь с ней дело.
— С нетерпением ждешь возможности посидеть рядом с Десандрой в Совете Стаи? — спросила я.
Джим бросил на меня взгляд полный чистой ненависти. Барабас рассмеялся.
Джим позволил себе легкую полуулыбку, не показывая зубов. Он очень редко улыбался — это противоречило его крутому имиджу. За все годы, что я его знала, я видела, как он обнажал зубы только перед тремя людьми, и двое из них были мертвы. Третий был бы мертв, если бы не формальность того, что он был другом Стаи.
— Им нужно разобраться в этом беспорядке, и как можно скорее, — сказал Джим. — Здесь шестьсот волков, и все они затаили дыхание. Ходят слухи, что Десандра отправилась к Орхану и Фатиме, чтобы попросить их благословения.
Орхан и Фатима управляли кланом волков до того, как Даниэль занял их место. Они подготовили его как своего преемника, ушли в отставку и отошли от политики Стаи. Они жили во фруктовом саду недалеко от Крепости и придерживались строгого нейтралитета. До сих пор я видела их ровно дважды, на обеде в День благодарения и на свадьбе, и они оба показались мне людьми, с которыми я не хотела бы связываться.
 
— Что ты имеешь в виду, говоря, что она пошла просить их благословения? — спросила я.
— Это термин Стаи, — ответил Барабас. — Альфа может быть либо убит во время испытания, либо уйти в отставку. Когда альфа уходит в отставку, он дает своему преемнику свое благословение продолжить с того места, на котором он остановился. Это в значительной степени гарантирует, что сторонники старой альфы поддержат новую альфу из уважения, по крайней мере, на какое-то время. Это передача ключей от королевства, вот почему Даниэлю не бросали вызов почти шесть месяцев, пока он не стал альфой. Если Десандра ходила к Орхану и Фатиме, то это дурной тон. Они ясно дали понять, что не хотят, чтобы их беспокоили.
Дорога повернула. Я вспомнила, как около года назад делала этот поворот, стремительно несясь в противоположном направлении. Удивительно, как аккуратно можно вписаться в поворот, когда за тобой гонится разъяренный Царь Зверей.
В поле зрения появился «Бернард». В городе, гордящемся своим южным наследием, ресторан выделялся, как английский лорд среди ковбоев. Широкий, двухэтажный, построенный из красного кирпича, он напоминал британские особняки в георгианском стиле, которые иногда показывали в старых фильмах, за исключением того, что владельцы «Бернарда» отказались от всей этой симметрии в пользу богато украшенных балконов. Длинные плотные пряди кудзу взбирались по его стенам, их края покрылись инеем наступающего холода. Теплый желтый свет сочился из зарешеченных окон.
Мы припарковались на зарезервированном месте в первом ряду. У двери стояли четыре человека. Фары машины осветили их, и их глаза вспыхнули знакомым сиянием оборотня. Трое мужчин и высокая женщина. Женщина наблюдала за нами с явным отвращением на лице. Дженнифер. Высокая и худощавая, с телосложением бегуньи на длинные дистанции, сейчас она выглядела еще худее. Большинство женщин прибавляли в весе во время беременности, но если Дженнифер и набрала несколько лишних килограммов, то сейчас они исчезли. На ней была куртка, отороченная кроличьим мехом, и облегающие черные брюки. Длинные, стройные икры ее ног и узловатые колени проступали сквозь ткань. Я тренировалась каждый день, потому что у меня была опасная работа, и когда придет время, мне придется бороться, чтобы остаться в живых, но мои ноги были полнее. Казалось, она стерла все намеки на мягкость со своего тела. Это была не просто самоотдача. Это была паника.
Джим заглушил двигатель. Они с Барабасом вышли и постояли секунду, подняв лица, пробуя ароматы в воздухе, и сидение в машине, пока они это делали, не заставляло меня чувствовать себя идиоткой. Нисколько. Я вздохнула и сложила с колен «Погибель». Я согласилась быть паинькой. Теперь мне придется с этим жить.
Отвратительное чувство окутало мой разум, как жидкость от разложения гниющего трупа. Вампиры. Я сосредоточилась. Шесть. Но не в зданиях поблизости — эти были ближе. Прямо над нами, на крыше. Я не должна была чувствовать их так ясно, когда магия была отключена. Должно быть, мои способности возросли. Это заставило меня почувствовать себя еще большей мерзостью. Чтобы сразиться с отцом, я должна была практиковать свою магию, и чем больше я практиковалась, тем больше становилась похожей на него. Чертовски скользкая дорожка.
— Джим.
Джим открыл водительскую дверь. Холод дохнул мне в лицо, покусывая кожу.
— Шесть вампиров на крыше, — тихо сказала я ему.
Он поднял глаза.
— Либо «Бернард» в этом замешан, либо они не знают, что у них есть дополнительные гости.
— В любом случае, к тому времени, как мы доберемся до крыши, они уйдут, — сказал Барабас.
И мы будем выглядеть как испуганные идиоты.
— Предупреди наших, — пробормотала я Барабасу.
Он кивнул.
— Если мы разделимся… — сказал Джим.
— Мост горы Паран. Помню. — Именно там скрытно сидела наша подмога.