Люся, которая всех бесила (СИ)

— Друга… вроде бы. Он вообще не особо о личном рассказывает. Мы сошлись на том, что знание видовой психологии необходимо современному обществу. Тогда я написал первого бота для того, чтобы продвинуть «Явь» среди психологов, а Гриффин взялся доводить его до ума. Бот искал нужных нам специалистов и вступал в переписку, предлагая пополнить нашу базу своими наработками.
— Взамен на что?
— Мы обещали протоколы ведения терапии под каждый вид с учетом индивидуальных запросов и особенностей пациентов, — Крылов горделиво выпрямился. Видно было, что он ступил на твердую почву и способен рассуждать о своем детище часами. — И выполнили свое обещание. Сегодня каждый психолог, участник нашего центра, с помощью искусственного интеллекта может сформировать весь курс лечения — от общего направления до конкретных методик и сценария бесед. Кроме того, «Явью» могут пользоваться и обычные люди, которые не доверяют людям-специалистам. И правильно делают! Наш ИИ не совершает ошибок, не поддается эмоциям и совершенно объективен. Пока «Явь» бесплатна для обычных пользователей, мы существуем за счет членских взносов психологов, но «Явь 2.0» будет доступна только по платной подписке, за исключением трех первых триал-сеансов.
— Как вы платите Гриффину за его бета-тестинг?
— Ну, тут все просто, — Крылов поскучнел. Про это ему было неинтересно. — Часть психологов сразу переводят ему на кошелек.
— Объясните мне еще раз, — Ветров, вцепившись в неведомого напарника бульдожьей хваткой, не собирался отступать. — Чем конкретно занимается этот Гриффин?
— Ну, например, мы разработали программу для психологов, которая ведет техническую переписку с клиентами: она способна поддерживать беседу, назначать и переносить время сеансов, сочувствовать, если человек заболел, и в целом освобождать время психолога. Гриффин ее тестирует и допиливает, закидывает в нее пасхалки…
— Пасхалки?
— Такая шифровка на случай, если кто-то доберется до наших кодов и сможет их скопировать. Всякие фразочки вроде «волею судеб» или нестандартных речевых оборотов. Для постороннего — ничего особенного, а для нас — четкий сигнал.
Тут у Люси сердце оборвалось, а Ветров подался вперед, его ноздри хищно затрепетали.
— Могут ли ваши боты, — спросил он напряженно, — уговорить своих собеседников совершить преступление?
— Какое преступление? — вытаращил глаза Крылов.
— Ну, например, убедить неуверенных подростков убить человека?
— Какие дурацкие шутки!
— Какого вида был психолог, который наблюдал вашу жену? — вдруг спросил Ветров.
— Я не знаю, — Крылов, окончательно потерявшийся, отпил воды из бутылки на столе.
— Действительно не знаете?
— Да я же говорю! — его голос сорвался в тонкий крик.
— На сайте написано: «Обостренная видовая интуиция позволяет мне лучше вас понять и эффективнее вам помочь». Самоубийство вашей жены допустил нижний арх.
— И что? Какая разница, кем он был?
— Хватит на сегодня, — сказал Ветров и встал. — Напишите, пожалуйста, на листочке все, что знаете о Гриффине. Пожалуй, мы пока попросим вас задержаться в наших гостеприимных стенах.
У Крылова вытянулось лицо.
Ветров появился в своем кабинете через несколько минут.
Люся, которую начало потряхивать от всего услышанного, залпом выпила холодный кофе.
— Что думаешь? — спросил он, нависая над столом.
— Что ты все-таки получишь свое повышение, — ответила она, дрожа.
В редакции ее ждал неприятный сюрприз: Носов, видите ли, был вечером занят и не мог поехать с ней на интервью к порнобояну.
— В смысле занят? — тупо переспросила Люся. — Как это? Чем?
— Знакомством с родителями своей девушки, — ответил он невозмутимо. — А что? Думала, я живу на работе?
Ах да, он же встречался с ладой.
Свадьбы было не избежать.
— Ужасно, — осудила его Люся и пошла жаловаться на жизнь Синичке.
Корректор и бог редакции привычно корпела над текстами. Завидев шефа, она выпрямилась и потянулась.
— У тебя взбудораженный вид, — заметила проницательно.
 
— Потому что все то и дело меня будоражат, — объяснила Люся. — Скажи мне, что мы думаем о любовной связи человека и нави?
— Что мы думаем? — ехидно переспросила Синичка. — Или какие будут просмотры у подобной истории?
— И это тоже. Носов считает, что у нас перебор с социалкой.
— Какой кошмар! Немедленно в бой за охваты.
Люся перестала метаться по маленькой комнатке — а ее никак не отпускало после допроса Крылова — и впервые посмотрела на Синичку.
Она была явно сердита.
— Ну что опять?
— Ничего, — ответила Синичка резко, — вычитываю материал Волковой о забастовке в университете. Студенты, видите ли, не хотят преподавателя-коркору.
— Обалдели совсем? — подпрыгнула Люся. — Носов! — закричала она. — Ты хочешь, чтобы меня Великий Морж живьем сожрал?
Он прибежал сразу, отчего в и без того тесной комнате стало совсем не разойтись.
— Новости есть новости, — сказал Носов. — Не я их придумываю.
— Сначала ты откладываешь материал с навью, потом ставишь университетскую забастовку. Я начинаю думать, что мы перестали понимать друг друга.
— Люсь, ну тупо будет, если все напишут, а мы — нет.
— Вы хоть закинули в текст нужные акценты?
— Нужные кому, стесняюсь спросить?
— Костя, не выводи меня из душевного равновесия!
— Ну хватит, — тихо, но яростно перебила их Синичка, — вы сейчас спорите о том, у кого меньше моральных принципов, или что?
— Ого! — воскликнул Носов весело. — Броневичок нашей Синичке! Кажется, нас вот-вот начнуть стыдить!
— Вам же плевать на всех! — воскликнула Синичка. — И на русалку, иначе бы вы не поставили публикацию на время ее казни. И на навей, и на коркору эту, лишь бы побольше лайков получить!
— Ну да, — кивнул он. — В этом же ведь смысл. Мы транслируем новости, а люди их читают.
— Костя, не уводи разговор в сторону, — Люсе было не до Синички сейчас. — Что вы там понаписали про забастовку?
— Да успокойся, шеф, — ответил он хладнокровно. — Ничего в поддержку дремучести студентов. Я что, первый год замужем?
— Кстати, о замужестве, — немедленно успокоилась Люся. — Ты правда собрался жениться?
И они пошли пить кофе, помахав на прощание Синичке, которая совершенно не собиралась так быстро мириться. Ну, это теперь надолго.
По дороге к автору эротических рассказов Вешникову Люся позвонила Ветрову.
— Просто чтобы твои витязи не напрягались, — сказала она, — я еду домой к порнобояну. Вряд ли меня там убьют, поэтому пусть мальчики не дергаются.
— Да блин, Люся, — отозвался он устало, — обязательно сегодня? Ты не представляешь, что тут началось после допроса Крылова. Твой Китаев бьет копытом, как носорог в спермотоксикозе. У меня совершенно нет времени.
— А при чем тут ты? — изумилась она.
— Беспокойно мне.
Люся промолчала.
Ей тоже было не по себе.
Не то чтобы интуиция прям верещала об опасности, скорее тоскливо канючила: ну куда нас несет. Ну зачем. Поехали домой спать.
— Я ненадолго, — пообещала Люся после долгой паузы.
— Угу.
Давно она так не ошибалась в своих прогнозах, надо сказать.
 Глава 25 
Остановившись перед высоким забором частного дома, куда ее привел навигатор, Люся мимолетно посмотрела на себя в автомобильное зеркало и вздохнула.
Нет, это никуда не годилось.
Утро выдалось сложным, потому что больше всего ей хотелось спать и мир казался слишком нечетким для того, чтобы тыкать в область глаз щеточкой для туши. Но день выдался весьма бодрящим, и сейчас она решила, что слишком бледна для визитов.
Достав из бардачка дежурную косметичку, она повернула зеркало поудобнее и принялась наводить марафет. В окно машины постучали — один из охранников топтался возле ее машины.