Четыре Ошибки Принцессы (СИ)

— Скучал по тебе, принцесса, — прошептал он, целуя мою шею, плечо, спускаясь ниже. — Чуть не сошел с ума.
— Когда ты только успел соскучиться? — выдохнула я, едва соображая от жара его прикосновений.
— Я не видел тебя довольно долго, а не трогал еще дольше. Но, пока вы с принцем обсуждали политику, — ответил он, не прекращая ласк. — Я еще и команду свою вызвал. Пусть по-тихому подтягиваются ко дворцу, поддержат Кейрана, если начнется заварушка.
  
— Когда ты… — Я не успела договорить, потому что он снова накрыл мои губы поцелуем, в котором было всё: и желание, и забота, и тревога, и притяжение.
— Спасибо, — только и успела прошептать я в короткой передышке.
— Всегда, — отозвался он, и тут уже Домин подался вперед, обнял меня с другой стороны и шепнул у самого уха:
— Теперь моя очередь. Я тоже скучал.
И я утонула в поцелуе Доминика, чувствуя, как два любимых мужчины окружают меня теплом, силой и безграничной нежностью.
Они не дали мне думать. Не дали паниковать, переживать, впадать в тревожное молчание, которое так и подбиралось к горлу. Рик ласкал, Домин целовал, они окружили меня телами, вниманием, теплом. И пока один брал меня, второй держал за руку, шептал слова любви, не позволял уйти в темные мысли. Так прошла вся ночь — в жаре, в близости, в безумии, от которого трещали все границы.
Когда наконец наступило утро, я была вымотана до дрожи, но удивительно спокойна. Мы завтракали втроем — с тарелками в руках, босиком, в том самом домике при таверне, — а я при этом считала минуты. Нет, даже не минуты — секунды. До того часа, когда переход можно будет открыть снова.
— Ещё немного, — сказала я вслух, глядя на окно. — Совсем чуть-чуть.
— Ты точно уверена, что хочешь делать это сразу? — осторожно спросил Домин, допивая кофе. — Может, стоит хотя бы немного передохнуть?
— Я не могу. Мой отец всё ещё не очнулся. И если Сид и правда… — я осеклась, заставив себя не думать о худшем. — Я должна быть рядом.
Он кивнул. Даже не спорил. Просто встал, потянулся и открыл ладонь.
— Тогда держись. Сейчас открою.
Как только тонкая дымка портала разошлась в воздухе, я нырнула туда, не дожидаясь, пока он полностью стабилизируется. Меня засосало вихрем, и всё вокруг померкло, оставив лишь одно — желание быть рядом с отцом.
  
Глава 36
 
Когда я вынырнула из портала, воздух был пропитан напряжением и запахом магии. Почти сразу за мной шагнули Домин и Рик. И мы оказались в аду.
Во дворце царил настоящий хаос.
Стражники бились друг с другом, не разобрав, кто на чьей стороне. Гвардейская форма не значила уже ничего — одни, ведомые приказами, другие — честью или страхом. Где-то вдалеке взвыла сирена, призывая к тревоге, но никто на неё уже не реагировал.
Между высокими колоннами блистали вспышки магии, метались заклинания. Один из воинов, кажется пират из команды Рика, бросил кому-то в лицо дымовую гранату и рванул в сторону тронного зала. Рик, выхватив клинки, пошёл прямо в самую гущу, отбивая атаки, словно танцуя в этом безумии.
— С дороги! — крикнула я и вытянула перед собой руки.
Магический щит вспыхнул серебром, и первое же летящее в меня заклятие рассыпалось искрами. Я бросилась вперёд, не оборачиваясь. Мой путь был только один — к отцу. К его покоям. Если он всё ещё жив, если он всё ещё спит, я должна быть там.
Домин прикрывал сзади, разя атакующих короткими, точными заклинаниями, вылетающими из его артефактов. Я слышала, как он что-то выкрикивает, командует, кричит, зовёт по имени других бойцов.
И вдруг, недалеко от двери, ведущей к покоям отца, я увидела их.
Кейран сражался с королевским магом.
Это было не просто сражение — это был спектакль стихий.
Вокруг вздымались столбы огня и закрученные вихри воздуха. Один из них бросил цепь света, другой в ответ поднял стену из ледяных кристаллов. Пространство между ними искажалось — от силы магии, от древних заклятий, что они взывали из глубин памяти.
Кейран был великолепен — собранный, сосредоточенный, ослепительно яркий. Он держался на грани, но не уступал.
Я не могла ждать. Не могла.
Собрав магию в кулак, я метнулась вбок, прикрыв себя новым щитом, и обогнула их дуэль. Пронеслась, пригибаясь под заклинанием, уклоняясь от осколков, от искр, от силы.
И, наконец, добежала.
У двери в покои отца стоял секретарь. Лицо белое как полотно. В руках дрожащий кинжал. Он смотрел на все происходящее со святым ужасом на лице и я его понимала. 
— Астрид? — удивлённо выдохнул королевский секретарь, когда я приблизилась.
— Пропусти, — сказала я, задыхаясь. — Быстро!
Он замер на миг, потом, узнав меня, кивнул и отступил, дрожащей рукой распахивая дверь.
— Только вы, — хрипло добавил он.
— Хорошо, — бросила я и шагнула внутрь.
За моей спиной Домин остался у двери, заняв позицию рядом с секретарём, готовый защищать вход.
А я вошла — туда, где лежал мой отец. 
Внутри было тихо. Слишком тихо.
Я сделала шаг вперёд — и тут же замерла, когда из полумрака вынырнула женская фигура с кинжалом в руке. Острие было направлено прямо на меня. Лицо искажено страхом.
— Не подходи! — выдохнула она, голос дрожал. — Я… я не дам ему добраться до короля!
— Это я, — прошептала я, поднимая руки. — Астрид.
Женщина заморгала, не сразу узнавая. Потом глаза её расширились, и она опустила кинжал.
— О боги… Астрид… принцесса… — она тяжело выдохнула и медленно опустилась на колени рядом с ложем отца. — Прости. Кейран… он разрешил мне быть здесь. Сказал, ты попросила. Я… я всё сделала как надо. За это время Сид приходил трижды. Я каждый раз поднимала тревогу. Один раз он… — она запнулась, — он ударил меня. Но ушёл. Думаю, только потому, что я закричала.
Моя грудь сжалась.
— Ты умница, — прошептала я, подходя ближе. — Ты сделала больше, чем многие. Спасибо.
Я обняла её крепко, всем сердцем.
— Спасибо тебе. За всё. — Мои пальцы скользнули к медальону на груди отца — фамильному знаку, вплетённому в магию рода. — Я больше не допущу, чтобы кто-то причинил вред ни тебе, ни ему.
Я прошептала древние слова, и золотой свет разлился по комнате, ложась на стены, пол, потолок. Семейная защита — сильнейшая из тех, что мы знали. Та, что не пускала никого, кроме прямых потомков крови и семьи не желающей навредить. Я молилась, чтобы она сработала. Чтобы в этот раз магия не подвела меня.
Свет вспыхнул и замер, будто впитавшись в сам воздух.
— Теперь никто, кроме семьи, не сможет приблизиться к нему, — сказала я, поднимаясь.
Женщина всхлипнула.
— А я? — спросила она едва слышно.
Я взглянула ей в глаза.
— А ты часть нашей семьи, — ответила я тихо, но твёрдо.
Улыбка дрогнула на её губах, и я видела, как слёзы заполнили её глаза.
Она кивнула, словно в первый раз за долгое время поверив, что не одна.
— Снаружи… — она вскинула голову. — Там нечто ужасное. Всё началось…
— Я знаю. — Я сжала её ладонь и отступила назад. — Мне нужно туда. Надо остановить это.
И я шагнула к двери.
Я вышла из покоев и остановилась на мгновение, ошеломлённая зрелищем.
Слева, в пыльной полосе света, отражённого витражами, мой кузнец — Доминик — сражался с Сидом. Я застыла, заворожённая. Никогда бы не подумала, что мой покладистый, нежный, горячий Дом умеет так обращаться с мечом. Он был великолепен. Ни одного лишнего движения, каждый выпад — точен, каждый шаг — выверен. Сид атаковал яростно, но Доминик держался твёрдо, и во взгляде его горел огонь, какой я видела лишь в самые отчаянные наши ночи.
С другой стороны коридора закручивалась в вихре магии схватка Кейрана. Мой маг. Любимый. Он парил, словно танцевал, а заклинания вспыхивали и гасли вокруг него, сжигая, замораживая, отбрасывая противников. Королевский маг был не менее силён, но Кейран был зол — и в этой ярости было что-то первозданное, способное обрушить не только стены, но и саму судьбу.