Невеста генерала Грозы (СИ)

Гроза резко развернулся. Сделал шаг мне навстречу. Пронзил молнией взгляда.
— Не трать дыхание, Альриана! — прорычал он, переходя на «ты». — Я уже все понял. Твой деревенский юмор, надо признать, весьма специфичен: сначала поспорить на поцелуй, а потом прикидываться, что это было по велению сердца. Наивно полагать, что я поверю в эту сказку!
Его лицо уже не было каменным: оно исказилось маской горечи. И я вдруг поняла, что уязвила Грозу и его чувства куда сильнее, чем могла ожидать. Я опасалась, что он будет рассержен из-за того, что я выставила его на посмешище перед Императором и его придворными. Но, похоже, задела его куда глубже и больнее. Недаром Гроза решил попрекнуть меня моим провинциальным происхождением.
  
— Да, я деревенская, — согласилась я с очевидным. И тут же пошла в наступление. — Но я, по крайней мере, не разбрасываюсь обвинениями, как бешеный огурец — семечками, не разобравшись! У нас в баронстве это называют «сперва послушай, потом рычи»!
— Ты еще станешь учить меня, как делать выводы⁈ — взвился Гроза, делая еще шаг и нависая надо мной.
И тут Грида, моя красотка Грида, схватила его зубами за ворот рубахи и потянула назад, словно запрещая угрожать мне!
— И лошадь с тобой заодно. Такая же предательница! — Гроза попытался освободиться, но Грида держала крепко и выпускать добычу не собиралась.
— Стойте спокойно, Ваше Превосходительство. У меня есть то, что моя лошадка охотно променяет на вашу потную шею! — Я достала из кармана морковку и протянула ее Гриде, причмокнув при этом губами. — Грида, девочка моя, смотри, что я тебе принесла.
Грида фыркнула, выпустив при этом генерала, мотнула головой и, гордо ступая, приблизилась ко мне. Сняла с моей ладони кусочек морковки, сочно захрустела им.
— Не вздумай подойти ко мне завтра, — проводив ее взглядом, приказал Гроза.
— Хорошо, — почти сдалась я. — Только… я все же хотела поблагодарить вас, генерал, за помощь моему баронству. Надеюсь, вы поверите хотя бы в то, что моя признательность идет от самого сердца?
— Ты говоришь об искренности? — Гроза снова поднял на меня полный боли взгляд. — Ты, которая оценила мой поцелуй в два бальных платья? Которая спрятала свою трусость за браслетом, подаренным Императором?
— Я не трусиха! — не выдержала, закричала я. — Можете спалить меня, Ваше Грозное Превосходительство, но, если Император прикажет — я подойду к вам, даже если это будет стоить мне жизни!
— Ты прекрасно знаешь, леди-обманщица, что с этой побрякушкой на руке, — Гроза указал на браслет своего рода, — ничего страшнее пары прорех на подоле тебе не грозит. Хочешь доказать, что не трусиха? Что твои чувства ко мне — не ложь? Хорошо. Завтра на испытании я дам тебе шанс…
— Какой?.. — Мои губы пересохли, а колени ослабели так, что пришлось вцепиться в гриву Гриды, чтобы не упасть.
— Твой артефакт, — Гроза снова ткнул пальцем в браслет. — Сними его перед испытанием. Подойди к моему дракону без этой железной палки-выручалки, которую Император выдал тебе, как уздечку и хлыст для объездки дикой лошади. Если ты такая храбрая, как о тебе говорят в твоем баронстве — подойди к Грозе без защиты. Без прикрытия. Лицом к лицу со стихией. Тогда… тогда, возможно, я поверю, что в тебе есть хоть капля искренности!
Договорив это, Гроза развернулся и стремительно вышел из стойла.
Растерянная и озадаченная, я, уже никуда не торопясь, скормила своей кобылке оставшуюся морковь, почистила стойло, долила воды в поилку и расчесала гриву.
— Вот так, Грида, — прижалась щекой к лошадиной морде. — Завтра все решится. Или я оседлаю Грозу, или вернусь домой без дракона и с разбитым сердцем, потому что никто другой мне уже не нужен. И как меня угораздило влюбиться в этого несносного типа?
Грида фыркнула и толкнула меня в плечо, словно говоря: «Прорвемся, подруга!»
И я согласилась:
— Конечно, прорвемся! Я сделаю то, что он хочет. Сниму браслет. И когда я это сделаю, Гроза поймет, что был не прав. Насчет всего!
  
Глава 32
 
Аудиенция
Мое возвращение из конюшни не осталось незамеченным. Я шла по коридору крыла избранниц, и слышала, как приоткрываются двери за моей спиной. Чувствовала, как впиваются между лопаток чужие любопытные взгляды.
Стоило же мне войти в наши с Лейлой и Элоди покои, как там, в коридоре, послышались шаги и нарочито громкие — чтобы я наверняка услышала — хохотки и разговоры:
— Интересно, к кому бегала баронская дочка?
— А может, она и вовсе не ночевала у себя в комнате?
— Наверное, стоит намекнуть леди-распорядительнице, что перед финальным испытанием не помешает еще раз проверить некоторых участниц на предмет утраты невинности!
— Да! Если леди Горнфельд продала поцелуй с Грозой за два платья, то могла продать и свою невинность!
У меня от последних слов глаза полезли на лоб, и я рванула к дверям: поймать ту мерзавку, которая посмела предположить такое, и вломить ей в глаз!
Но Лейла и Элоди дружно встали у меня на пути.
— Ты так ничего не исправишь, Ри! — воскликнула Лейла.
— Только дашь сплетницам еще больше поводов для обсуждений, — добавила Элоди.
— Понимаю, как тебя это задевает, — продолжила Лейла, — но сделай вид, что не задевает вообще! Будь выше! Постарайся не обращать внимания!
— Ладно. — Я сжала и разжала кулаки, несколько раз глубоко вздохнула — и пошла умывать лицо холодной водой.
А когда вышла, мои подруги ждали меня за столом с озадаченными лицами.
— Что-то случилось? — Я была готова ко всему.
Даже к тому, что мне прямо сейчас укажут на дверь и выгонят с отбора. Хотя вроде бы генерал Гроза там, в конюшне, говорил о том, что дает мне еще один шанс. Но ведь отбор устроил не он, и не он им руководил…
— Тебе послание из канцелярии Императора, — Лейла указала кивком на запечатанный императорской печатью свиток, лежавший на столе.
Я подошла, сломала печать, развернула пергамент и прочитала вслух:
— Полдень. Портретная галерея. Не опаздывать. Император.
Лейла и Элоди переглянулись. А потом вскочили и заметались между спальнями и гостиной.
— Тебе срочно нужно переодеться, Ри, и привести в порядок лицо и прическу! — объявила Лейла.
— Ты не можешь отправиться на встречу с Его Императорским Величеством в том же виде, в котором навещала свою лошадь! — поддержала Элоди.
На завтрак в общую столовую мы, разумеется, не пошли. Три часа, которые оставались до моей встречи с Императором, подруги потратили на то, чтобы превратить меня в подобие фрейлин Императрицы: завили и уложили мои волосы, сбрызнув их средством для блеска. С помощью магических притирок избавили меня от кругов под глазами, появившихся в результате бессонной ночи и непролитых слез. Отгладили мое единственное приличное платье, не считая бального, и облачили меня в него.
— Ну вот. Теперь ты смотришься в меру торжественно и довольно мило, — довольная результатом, отступила от меня Элоди. — Еще бы с лица виноватое выражение убрать…
— Выше голову, Ри, и улыбайся! — подбодрила меня Лейла.
Элоди тем временем высунулась в коридор, по которому все так же разгуливали парочками сплетницы, среди которых вертелась и вновь расцветшая, довольная собой Горностаиха.
— Ой! Кажется, я флакончик с зельем проклятия выронила! — ахнула она громко и запустила по полу небольшой стеклянный пузырек без крышки.
Из его горлышка во все стороны летели вонючие брызги.
— Как неловко вышло! — продолжала сокрушаться Элоди. — У того, кто вдохнет пары этого зелья, завтра все лицо в прыщах будет!
  
Коридор мигом опустел. Двери с громкими хлопками закрывались за разбегающимися по своим покоям девицами.
— Свободно. Иди, Ри. — подтолкнула меня в нужном направлении Элоди. — И помни: я с себя вины не снимаю. Так и скажи Императору!
* * *
Его Императорское Величество и в самом деле дожидался меня в портретной галерее, где хранились изображения славных предков императорского рода и четырех драконьих домов — Каменных, Грозовых, Ледяных и Болотных.