Сколько ты стоишь? (СИ)
Сбросив вызов, мужчина поднимается с кровати и начинает наскоро одеваться.
-Роберт, что-то с дочкой?
-Да, - выдыхает он. - Сильно болит живот и поднялась температура. Я поеду к ней. Скорее всего, придется вызвать скорую.
-Да, конечно, - встаю и надеваю халат, наблюдая за тем, как он идет в прихожую. - Пожалуйста, позвони мне. Я не буду спать.
-Нет, отдыхай, - накинув куртку, он целует меня в лоб. - Я напишу.
Через минуту я стою у закрытой двери, растирая ладонью грудную клетку. Нехорошее предчувствие острым коготком царапнуло по сердцу. Только бы с ребенком все было хорошо.
И на этом завершаем эту неделю и готовимся к новому звездецу. Ответственные за травку, сквородки, танцы и напитки покрепче! Не расслабляемся, у нас впереди много грустных событий. Но хэппи энд не за горами! Желаю вам хороших выходных и завтра выложу воскресный спойлер! Всех обнимаю!
Глава 28. Ты не уйдешь?
Роберт
До гостиницы доезжаю за пять минут и как ошпаренный лечу в номер дочери и бывшей жены. Грета открывает дверь и смотрит на меня глазами, полными ужаса. Я могу ее понять: только несколько часов назад Эми ничего не беспокоило, а теперь она корчится от боли, сложившись пополам на кровати.
-У нее температура. Я думала, может отравление.
-Папочка! Мне плохо, - стонет дочь.
Сажусь на кровать и глажу ее по голове, замечая выступившие на лбу капельки пота.
-Потерпи, Мышонок. Сейчас я вызову врача.
Снимаю трубку со стационарного телефона на прикроватной тумбочке. На ней же стоит табличка с номерами ресепшена, ресторана, прачечной. Звоню вниз и прошу администратора вызвать скорую помощь в номер.
-Грета, успокойся, - велю ей строго. - Приготовь лучше паспорт Эмилии.
-Зачем паспорт? - взволнованно переспрашивает она.
-Они запишут ее данные.
-Ах да, - рассеянно отвечает Грета и мечется по комнате в поисках сумки. - Прости, Роб, я не знаю, что со мной. У нас впервые за много лет такая ситуация в путешествии. Помнишь, когда мы ездили на море, а Эми было четыре, у нее заболело ухо и я тоже начала паниковать, а ты быстро сориентировался и вызвал врача.
-Да, было дело, - откликаюсь я, убирая прилипшую прядь с лица дочки.
-Я тоже это помню, папочка, - превозмогая боль, моя девочка умудряется улыбнуться. -Как хорошо, что ты приехал. Ты же не уйдешь?
-Нет, конечно не уйду, - беру ее ладонь в свою и целую. - Мне кажется, она стала еще горячее.
Грета садится с другой стороны и прикладывает ладонь ко лбу дочери. В голове вспышкой проносятся воспоминания, когда мы все еще были семьей. Когда маленькая Эми болела, мы клали его посередине и держали за руки. Потом она говорила, что так быстрее выздоравливает.
Скорая приезжает через десять минут. Две женщины в красной форме осматривают Эми и задают вопросы, которые я перевожу. После одна из них обращается напрямую ко мне:
-Подозрение на аппендицит. Надо ехать в больницу.
-Хорошо, поедем. В какую?
-Девочке пятнадцать, так что повезем ее в центральную. Она, кстати, недалеко отсюда.
Велю Грете собрать самое необходимое для Эмилии, а сам поднимаю ее на руки. Она обнимает меня за шею и прижимается к груди, как делала это в детстве. Неожиданно ее накрыла новая волна острой боли, от чего моя девочка поморщилась и жалобно всхлипнула.
-Больно, папочка.
-Потерпи, мышонок, потерпи моя родная.
На наше счастье, больница действительно оказалась недалеко от гостиницы. Эми сразу же забирают на каталке в смотровую, а я заполняю документы и говорю с врачом. Все это время Грета держит дочь за руку и успокаивает ее.
Аппендицит подтвердился и Эмилию быстро готовят к лапароскопии. Ближе к пяти утра ее забирают на операцию. Она испугана, потому что не понимает ни языка, ни того, что происходит вокруг. Лежа на кушетке, Эми корчится от боли и зовет меня. Я знаю, что это в любом случае произошло бы. Не здесь, так в Германии. Но отчего-то остро чувствую свою вину, будто именно от меня все зависит. Хочу подойти к ней, но меня подзывает к себе анестезиолог, чтобы я подписал документы о том, что даю согласие на общий наркоз. Он задает много уточняющих вопросов, ответы на которые в основном знает Грета. На ней уже лица нет, но держится, как может.
-Так, у вас, значит, первая операция?
-Да. Она никогда не лежала в больнице.
-Ну ничего страшного. После лапароскопии долго не держат. Максимум три дня.
-Что он говорит, Роберт? - спрашивает меня Грета
-Сейчас, подожди, - останавливаю ее.
-Вы ей скажите, чтоб не боялась, когда мы введем иглу. Просто маленький укольчик и она уснет.
Перевожу слова анестезиолога девочкам, а у Эми глаза на лоб ползут.
-Папочка! Мне страшно, - хнычет она, прижимая руку к боку.
-Не бойся, малыш, - успокаиваю ее, гладя по волосам. - Это несложная операция всего на тридцать минут.
-Вы с мамой будете здесь?
-Конечно. Не бойся, - целую ее в горячий лоб, а она как может, сжимает мои пальцы.
Через минуту ее увозят в операционную, а мы с Гретой остаемся в приемном отделении, где нет ничего хуже ожидания. Облокотившись о спинку стула и запрокинув голову смотрю на яркие продолговатые лампы. Какие же нервные дни выдались - даже не работе так не уставал, как сейчас. Очень хочу услышать любимый голос, но понимаю, что она. скорее всего спит. Открываю телефон и захожу в мессенджер. Последнее сообщение Индира присылала полчаса назад - спросила, как Эми. Я ответил, что мы в больнице и ее готовят к операции. Она написала: “Может. мне приехал”. Я же заверил ее, что не стоит. А еще я только сейчас понял: мама до сих пор не знает о нашей напасти. И все-таки не надо было ей привозить Эмилию. Этим она не только усложнила жизнь мне, но и другим.
-Роб, - тихо зовет меня Грета.
-Да?
-Мне тоже страшно, - всхлипнув, она смахивает с щеки слезу. - Эми никогда не оставалась в больнице. Она испугается, когда проснется. Еще и трубка эта…
-Все будет хорошо, - беру ее ладонь в свою. - Мне понравился врач. Они такие операции каждый день делают.
-Зачем мы только приехали? - она опускает голову и прижимает пальцы к губам. - Дома все было бы проще пережить. А здесь, в чужой стране…
Мне нечего ей сказать. Я сам не понимаю, зачем они все это затеяли. Сюрприз не удался. Но видя ее состояние, я приобнимаю ее и она кладет свою голову на мое плечо.
-Ты же слышала, через три дня ее выпишут. Никакой угрозы нет.
-Да, ты говорил, но я все равно переживаю. Наша девочка такая хрупкая, всегда боялась дантиста. Помнишь?
-Помню, - улыбаюсь воспоминаниям.
- Ты знаешь, она ведь так обрадовалась, когда Ирма предложила ей поехать к тебе на каникулах. И мы много об этом говорили.
-О чем?
-О том, что она очень скучает по тебе, по нам, когда мы были вместе. И я, - вздыхает она и поднимает на меня заплаканные глаза. - Я скучаю по тебе, Роберт. Ты даже не представляешь, насколько. Мне кажется, я ошиблась, отпустив тебя.
Неожиданно Грета тянется ко мне, целует в губы и касается щеки. Я резко убираю ее руку, отстраняюсь и встаю. Бывшая жена тяжело вздыхает и прячет лицо в ладонях.
-Что ты делаешь? - прислонившись к противоположной стене, скрещиваю руки на груди.
-Прости, но я все еще люблю тебя.
-Ты говорила тогда, что уже не любишь, - буравлю ее строгим взглядом, а она отводит свой в сторону.
-Ошиблась, - устало пожимает плечами. - Мне казалось, раз мы отдалились, то и любовь прошла. Я пробовала строить другие отношения, но проблема была в том, то все это было не то. И они - не ты.
По коридору проходит медсестра и громко говорит по телефону с доктором, предупреждая, что сейчас привезут мужчину, врезавшегося на машине в дерево.