Как я строил магическую империю 8 (СИ)

— Мне не нравится это ограничение, — поморщился я.
— Ну, на самом деле ты не забывай, что это только первый, а точнее, уже второй уровень кристалла, — заметила хранительница. — Дальше будут появляться дополнительные характеристики, как, например, ты сможешь прокачать меня на способность призывать летающих или плавающих существ, а может быть, мелких или ядовитых. И выбирать ты сможешь больше одного. В общем, со временем я стану очень универсальной, если ты, конечно, не станешь качаться сам или тратить время на своих никчёмных помощников.
— Кмх, мы одна команда вообще-то. — Я назидательно поднял палец. — Без этих никчёмных помощников, даже прокачавшись, ты от армии с танками не отобьёшься.
— Прошу прощения, вырвалось.
Эби снова опустила голову, но её фиолетовые глаза лукаво сверкнули.
Что ж, у нас есть ещё один пункт меню.
Выберите, кто будет управлять существами, призванными хранителем. Также выберите режим работы хранителя: автономный/по команде.
Ух ты, а вот это реально интересно. И Акаи, и Гензо, конечно, тоже могут работать автономно, но только в рамках уже поставленной задачи, и я точно знаю, чего от них ждать.
— А почему ты меня от них отделяешь? — удивлённо вскинула брови демонесса. — Я с ними здесь на равных правах. Правильно ты сказал, мы одна команда, и если с тобой что-то случится или кто-то обгонит наш кристалл, то я умру. Поэтому можешь мне доверять. Плюс к тому у меня нет идиотского чувства юмора, как у Гензо. Я абсолютно нормальная.
— Ага, конечно, — раздался ехидный шёпот хранителя кристалла иллюзий. — Особенно мне про врата Ада понравилось.
— Я всё слышу, — снова заорала демонесса и швырнула чем-то в Гензо. Это что-то пролетело рядом с моим ухом.
— Осторожнее!
— Не бойся, владыка, это был не настоящий камень, — потупила глазки Эби, — он бы тебя не зацепил.
— Всё равно давай без этого!
Я почесал ухо и снова обратился к меню. Итак, я могу дать автономность новому хранителю, то есть уйти из Савино и сказать: «Если вдруг будет большая атака, защищайся всеми силами», — и, согласно моим установкам, она будет защищаться. Что ж, в будущем это точно пригодится. А вот сейчас…
— Так, на всякий случай говорю. — Я повернулся к демонессе: — Ты не должна открывать никаких порталов без моего прямого приказа. Если меня не будет в Савино, мой прямой приказ может передать Гензо или Акаи. Другие тебя видят?
— К сожалению, кроме тебя, повелитель, только эти двое, — Эби грустно вздохнула.
Я не стал комментировать это её «к сожалению». Лично меня это вполне устраивало. Тем более что на тридцатом уровне Гензо получил то, чего мы так долго ждали. Возможность ставить ещё одну контрольную точку. То есть теперь никаких проблем не было с тем, чтобы посылать его на боевую операцию, и одновременно держать дома и со мной, что сильно повышало наши возможности коммуникации.
Ладно, тогда пришло время настройки. Что ж, поверю Эби и в первую очередь прокачаю её, всё равно наши пока ещё осваивают другие типы магии и новый вряд ли потянут. Да и призыв не мой конёк. Потренируюсь, конечно, на досуге, но не сейчас.
Что же касается режима работы, то пусть будет автономный.
— Я не подведу тебя, владыка! — Хранительница хищно улыбнулась. — Если в твоё отсутствие придут враги, то к твоему возращению я сделаю гору из их голов!
— Повторю, тебя и твою магию без самой крайней необходимости никто не должен видеть!
— Поняла!
— А вы проследите за ней! — Я повернулся к двум другим хранителям.
— Даже не сомневайся, — кивнула Акаи.
А Гензо молча поднёс указательный и средний пальцу к глазу, а потом ткнул ими в демонессу — мол, я слежу за тобой. Та в ответ показала ему кулак.
— Рубка графу, — закричала на моём поясе рация.
— Слушаю, — отозвался я.
— Срочный вызов из деревни Липитино!
— Бандиты? — уточнил я, уже направляясь в сторону выхода из подвала.
— Никак нет. Граф приехал из столицы и заставляет их подписать бумаги, якобы они хотят, чтобы он стал их главой. Он действует очень агрессивно, угрожает и избивает людей. Староста успел передать, что видел в окно как минимум триста бойцов, есть броневики, машины, судя по всему, это передовой отряд, без мирных жителей, они приедут позже.
  
— Понял, ждите распоряжений.
Я поднялся в свою комнату и остановился. Во-первых, триста человек — это не шутки. Во-вторых, по большому счету они захватили деревню заложников. Ну а в-третьих, мне нужен повод, для того чтобы на них напасть.
— Граф Владу! — закричал я в рацию.
— Слушаю, ваше сиятельство.
— Ты где? И где Виктор Харитонович?
— Я еду на телеге в сторону Савино и сейчас буду переплывать реку. Харитонович, наверное, спит — он прошлую ночь дежурил.
— Свяжись с ним. Жду вас обоих в усадьбе как можно быстрее.
— Вас понял.
  
Глава 7
 
Нам очень повезло. По дорогам до Липитино было сорок километров, но по прямой меньше, и самым краешком своей зоны кристалл иллюзий до него добивал.
Большая комната в усадьбе превратилась в кинозал, а показ устраивал Гензо, чью точку привязки я уже установил в деревне.
— Мы дружинники графа Добрынина, прибывшего по вызову хозяина Липецкой области князя Снегова, — с улыбкой, в которой не было ни грамма доброжелательности, заливал здоровенный лысый мордоворот. А слушали его невысокий мужчина лет сорока и стоящая за ним дородная жена, в чей дом дружинники, выбив замок, и ввалились.
— Что от нас-то нужно? — насупившись, спросил мужик.
— Да просто формальность. — Мордоворот открыл папку, в которой лежало несколько листов бумаги. — Читать умеете?
— Конечно, умеем, — с вызовом бросила женщина.
— Тогда читайте.
Женщина взяла листок.
— Мы, нижеподписавшиеся жители деревни Липитино, наделяем старосту деревни Липитино, Вячеслава Ивановича Грунькина полномочиями на принятие любых решений от нашего имени. Харитонов Василий Васильевич, Семёнов Виктор Павлович…
— Да это уже не надо читать, — вырвал листочек мордоворот. — Это те, кто уже подписал. Видите, их больше пятидесяти человек, а нужно сто. Тут ничего страшного нет, вы просто подтвердите права Вячеслава Ивановича, не более того.
— Зачем, если он и так староста? — поднял брови мужик.
— Вы такую бумагу подписывали?
— Нет…
— Значит, он формально не староста. А это, в свою очередь, значит, что ваша деревня не в правовом поле, и вот тут возникает вопрос: почему ты, — дружинник графа ткнул пальцем в хозяина дома, — всё ещё не на фронте? Вы хорошо знаете закон о мобилизации?
Муж с женой переглянулись.
— Вот то-то и оно, а надо бы знать, война идёт!
Гнусный тип положил листок на стол и протянул мужику ручку.
— Фамилия, имя, отчество и подпись. Оба.
Всю эту насквозь лживую сцену Гензо показывал нам в миниатюре прямо на поверхности большого стола, но это была не единственная трансляция из Липитино.
Пока часть уродов собирала подписи, чтобы наделить старосту чрезвычайными полномочиями, сам избитый до полусмерти старик дрожащими руками подписывал основные бумаги, где от имени всех жителей просил графа Добрынина в срочном порядке стать их хозяином.
— Ублюдки, — прошипел Влад.
— Полностью согласен, — кивнул Виктор Харитонович, к слову, никак не прореагировавший на сам факт презентации, устроенной хранителем, хотя она наверняка удивила его очень сильно. — Но, к сожалению, я лично не знаю, что тут делать. Даже если староста завтра пойдёт в полицию и даст показания о том, что его заставили всё подписать, то сто процентов его к этому моменту вылечат, так что даже побоев снять не получится. Свидетелей нет. Эту запись, я так понимаю, мы показать тоже никому не можем.
— Гензо, приблизь, пожалуйста, документы, которые Вячеслав Иванович подписывает, — проговорила сидящая рядом Катя.
Тут же на столе появился крупный план дрожащих пальцев старосты с зажатой в них ручкой, и нижняя часть подписываемого в данный момент листка.