Порочные цели (ЛП)

Этим утром я накинул тяжелую жилетку и отправился на поиски Коула. Чертов идиот вообще не отдыхал, вопреки предписаниям врача, и, похоже, рисковал навредить себе еще больше.
Я нашел байкеров из его ближнего круга в «Кулаке». В этом не было ничего странного, но войти туда и увидеть происходящее, было шоком, от которого я никогда не оправлюсь.
Ари обмякла на стуле, выставленная перед моим братом так, словно он был ее судьей, присяжными и палачом.
  
— Что здесь, блядь, происходит? — рявкнул я, проталкиваясь через парней.
Они отступили, как только поняли, что это я.
Коул встретил мой взгляд и пожал плечами:
— Я хотел увидеть, кого ты покрываешь.
Итак, он знал. Ну разумеется. Коул всегда знал всё, что люди хотели скрыть. Я отвернулся от брата и присел рядом с Ари. Она была без сознания, ее голова болталась из стороны в сторону.
— Что ты ей дал? — резко спросил я, эмоции бурлили в груди. Протянув к ней руку, я нащупал пульс, не в силах сопротивляться искушению прикоснуться к ней и убедиться, что она в порядке.
— Ничего особенного, просто кое-что, чтобы она расслабилась… и стала честной, раз уж у тебя с этим большие проблемы, — тяжело вздохнул Коул.
— Она не имеет к этому никакого отношения, — попытался я, но видел, что он мне не верит.
— Что ж, подождем, пока она придет в себя, и спросим у нее, ладно? — просто предложил он.
Ари слегка покачнулась и наклонилась влево, соскальзывая со стула. Гейдж протянул руку, чтобы поймать ее, но я бросил на него злобный взгляд и подхватил сам.
— Не трогай ее. Никто не прикасaется к этой женщине, кроме меня, понял? — сказал я ему низким тоном.
Он невинно поднял руки, и я перевел взгляд на собравшихся.
— Все хорошо слышали? Эту женщину никто не трогает, кроме меня. Если вам нужно что-то спросить у нее, спрашивайте меня. Если вам нужно отвезти ее куда-то, спрашивайте меня.
Я опустился на колени и взял ее лицо в ладони. Ее глаза приоткрылись, подарив частичку моего самого любимого вида в мире. Как только она узнала меня, ее лицо расплылось в широкой улыбке.
— Это Маркус. Маркус здесь, — сказала она мягким голосом.
— Верно. Я здесь, детка. Я все еще здесь. — Я убрал свободно свисающие волосы ей за ухо.
— Я не могла найти тебя, — прошептала она, ее улыбка сменилась выражением отчаяния. — Я везде искала, но не могла тебя найти.
— Теперь я здесь, — ответил я, чувствуя, будто мое сердце сжимается пополам.
Вчера я был в ярости, а сегодня уже скучал по ней. Может, любить кого-то – просто осознавать, что независимо от поступков этого человека, твои чувства останутся прежними? Я понятия не имел, но что-то темное внутри меня отступило, стоило оказаться рядом с ней. Словно я вернулся домой.
Ее затуманенный взгляд скользнул по моей жилетке, она нахмурилась и покачала головой.
— Не носи ее. Надень форму вратаря. Ты – вратарь. Ты отбиваешь все шайбы.
Она явно была не в себе, но в этой ее хрупкости было что-то бесконечно милое.
Ари ткнула дрожащим пальцем мне в грудь.
— Сними это. У меня есть джерси, я тебе одолжу, если хочешь.
— Есть? — пробормотал я.
Она кивнула.
— Мой парень подарил его мне.
Да, именинница. Твой парень. Похоже, в глубине души Ари не списала меня со счетов за то, что я вел себя как мудак на презентации.
— Узнай, где деньги, Маркус, — приказал Коул с другого конца стола.
Я сдержал резкий ответ и вместо этого сосредоточился на Ари.
— Красавица, мне нужно знать, что случилось с деньгами в сумке, — обратился к ней.
Я знал, что она отдала их своему брату, но «Гончие» понятия не имели.
Ари покачала головой, по ее нежному лицу потекли слезы.
— У меня больше нет сумки, — призналась она.
— Кому ты ее отдала? — настаивал я. Не было смысла оттягивать неизбежное. Я надеялся уберечь Ари от последствий, но мой брат не собирался так просто отказываться от денег.
— Никому. Я бы никогда ее не отдала, — возразила она и имела наглость выглядеть оскорбленной этим вопросом. — Никогда, — повторила она и ткнула меня в грудь. — Разве ты еще не знаешь этого?
Да. Я думал, что знаю, но, похоже, я ошибался.
— Но мой брат не спрашивает разрешения. Думаю, он следил за мной. Дейл никогда не спрашивает разрешения, когда делает что-то. Он обещал, что разрушит мою жизнь. — Она тихо засмеялась, но смех был горьким. — Полагаю, он добился своего.
— Так ты отдала деньги брату? — попытался прояснить я.
— Нет, я же сказала, что никогда бы этого не сделала. Я не хотела, чтобы Коул пострадал, — сказала она.
— И почему это? — поинтересовался я.
— Потому что он брат Маркуса, — сразу же ответила Ари тоном, который ясно давал понять, что, по ее мнению, я уже должен знать ответ. — А я люблю Маркуса, — прошептала она.
И мое сердце остановилось.
— Я люблю его… я никогда раньше никого не любила.
Чувство взаимно.
— Как твой брат получил сумку? — вмешался Коул, взяв на себя инициативу, когда понял, что я потерял дар речи.
— Как он получил всё в жизни? Обманом, воровством и подлостью. Он взломал камеру хранения и забрал ее, — выпалила Ари и обмахнулась рукой. — Мне жарко. Вам, ребята, не жарко?
Она схватилась за свой свитер, пытаясь стянуть его.
— Это просто легкий наркотик, — успокоил меня Коул, когда я посмотрел на него с подозрением.
— Я его ненавижу. Я убью его. Если он вернется, ему конец. Я смогу это сделать, — теперь она бормотала. — Надо было прикончить его в первый раз.
Я помог ей снять свитер через голову и отбросил его.
— Твою мать, — пробормотал Коул.
Я откинулся назад и посмотрел на Ари.
На ней была тонкая майка, открывающая руки и верхнюю часть груди. Они были покрыты синяками и ссадинами. Тьма распространилась по моей груди. В комнате воцарилась полная тишина. На ключице был круглый след, слишком ровный, чтобы быть чем-то другим, кроме ожога от сигареты.
— Твой брат сделал это? — Я с трудом контролировал голос, и только многолетняя самодисциплина помогала мне оставаться совершенно неподвижным.
— Это его врожденный талант, — вздохнула Ари и снова покачнулась в сторону.
Я тут же оказался рядом, чтобы поймать ее, пока она не упала. Она прижалась головой к моей груди.
— Почему ты не сказала мне, именинница?
— Это не твоя проблема. Я не хочу использовать тебя для решения своих проблем.
Ее слова заполнили пустоту во мне, которая горела дольше, чем я мог вспомнить. Я заправил ей волосы за ухо, а она продолжила:
— Кроме того, я устала быть слабой. Я не хотела, чтобы ты видел меня такой. Всю жизнь я была его жертвой, и мне было все равно, кто об этом знал… до тебя. Я хотела быть кем-то другим для тебя. Я просто хотела быть собой… твоей именинницей. — Она повернула лицо, чтобы посмотреть на меня. — Но ты злишься на меня. Я всё испортила.
— Нет, не злюсь, и ты ничего не испортила. Я был идиотом, в этом нет ничего нового, но на этот раз я обидел тебя. Я заглажу свою вину, красавица, или умру, пытаясь.
Коул наклонился вперед.
— Куда ушел твой брат?
Ари моргнула, ее зрачки уже стали более отзывчивыми. К счастью, похоже, она не приняла слишком много той дряни, что дал ей Коул, – лишь ровно столько, чтобы расслабиться. И, слава богу, эффект быстро проходил.
— Я не знаю, — прошептала она и повернулась к Коулу. — Но Маркус знает.
Все перевели взгляды на меня. Я поднял бровь, глядя на Ари.
— Знаю?
Она кивнула и положила голову мне на плечо.
— Я спрятала трекер из своей сумки в его ботинке. — Затем она закрыла глаза и крепко уснула.
Я поднял ее на руки, осторожно встал, после чего отнес в заднюю комнату и положил на кровать, где мы впервые были вместе. Ее лицо было таким мягким во сне. Я стоял над ней и смотрел на темные следы на ее коже, запоминая. Ее брат ответит за каждый из них.
  
Подсчитав в голове все повреждения, которые я планировал нанести будущему мертвому ублюдку, рожденному от той же крови, что и Ари, я вернулся в бар.