Ассана. Жизнь во льдах
Айлин Лин
Ассана. Жизнь во льдах
Глава 1 Заснеженный мир
В мой сапог каким-то образом попал снег. Не уследила, слабо затянула ремни. Но сейчас не время останавливаться, через пол часа привал, тогда и поправлю.
Мы тащились по этой ледяной земле третью неделю. И вот уже несколько дней, как вышли из леса и брели по заснеженной равнине, конца и края которой не было видно: укрыться от пронизывающего ледяного ветра – совершенно негде. Одно немного «радовало» – мороз был сухим. Иначе мы бы все уже промёрзли до мозга костей.
Дети шли в центре колонны, всех нас связывала длинная верёвка. Уже был случай: налетела неожиданно метель, и мы потеряли троих людей, а терять членов нашей команды – большая роскошь, каждая жизнь на вес золота.
За спинами всех взрослых членов нашего отряда висели объемные рюкзаки с самым необходимым, а в ладонях мы все сжимали ручки больших дорожных сумок на колёсиках: в наших «баулах» лежало всё самое ценное, что мы смогли унести из наших квартир: лекарства, зажигалки-спички, сменная тёплая одежда, котелки и термосы, всё мясное и съестное из морозилок, палатки и даже большая туристическая газовая горелка со сменными баллончиками к ней. Я уже и не помню, что ещё мы взяли. Но, знаю, этого хватит ненадолго, если не выйдем к людям или не найдем подходящее место для жилья – мы все замёрзнем. Все эти мысли я старалась гнать прочь и продолжала надеяться на лучшее.
Стоянку разбили через пол часа. У многих были наручные часы, поэтому пока время у нас измерялось с точностью до секунды.
Собрали одну из больших палаток. Все работали молча, экономя энергию. Никто из детей не бегал и не веселился – они тоже были заняты каждый своим делом: кто-то складывал в котелки снег, кто-то деловито расчищал маленькой складной лопаточкой территорию вокруг стоянки, кто-то рыл за палаткой ямки и делал снежные холмики вокруг неё для того, чтобы каждый мог не сильно боясь ледяного ветра, сходить по нужде.
Нас осталось тридцать взрослых человек и семеро детей разного возраста. А было сто пять. Часть жителей из небольшого жилого комплекса, провалившегося в этот мир, ушли в другую сторону. Двоих мы потеряли в метели.
Приготовили стоянку и дружно забрались в палатку. Внутри уже горела горелка, на которой стоял среднего размера казанок, в котором варилась каша с кусочками мяса. Порции были – три столовые ложки на каждого и по пять детям. Приходилось сильно экономить ресурсы. Рядом ждали своей очереди два котелка со снегом для чая. Вот чая у нас было хоть залейся. Я печально улыбнулась.
Самое главное, что ни молодые, ни старые – не собирались сдаваться. Мы хотели жить.
Молча каждый достал свою ложку и по очереди подходил к котелку с кашей, съедал свои три ложки и отходил в сторону, усаживаясь на уложенные чемоданы, которые поместились внутри. Минуты шли тягуче медленно. Хотелось спать. Нас всегда, неустанно клонило в сон.
– Так, дорогие соседи, – прозвучало в тишине палатки, голос подал Алексей Сергеевич, человек пятидесяти лет, с пышными усами и такой же бородой – полковник на пенсии и по совместительству наш главный предводитель в походе, – какие есть мысли?
Я хотела промолчать, но все посмотрели на меня. Да-да, я являлась негласным лидером и идейным вдохновителем нашей небольшой общины. Почему так вышло? Сама не знаю, люди всегда доверяли мне, с самого детства. А идею идти на юг тоже предложила ваша покорная слуга, и часть людей последовала за мной, в основном те, кто давно и хорошо знал меня, а когда-то и мою бабушку.
– Не знаю, Алексей Сергеевич, – я прикрыла глаза, – я считаю, что нам нельзя опускать руки и идти точно на юг, как показывает компас. Есть у меня, конечно, опасения, что здесь могут быть другие законы природы, но я очень надеюсь, что это не так, время здесь идет, как у нас и в сутках 24 часа. Будем шагать до победного! – уверенно закончила я, но тут же тётя Мика меня перебила:
– Дорогая, а если мы так и не найдём людей или хотя бы более тёплые места для жизни?
Я прикусила губу, но уверенно ответила:
– Я думаю, мы вернёмся в лес, который остался позади или остановимся в том, который будет впереди и будем устраиваться в нём: рубить деревья и строить один общий дом. Обживёмся и будем решать, что делать дальше. Возможно, на поиски цивилизации отправится только часть из нас. Детям нельзя долго бродить по такому морозу. Я уверена на все сто процентов, что мы оказались не в безлюдном мире. Здесь есть кислород и вода. Флора и фауна. Значит, разумные аборигены тоже должны быть. Надеюсь, – тихо закончила я, потихоньку засыпая.
Алексей Сергеевич, заметив, что многие клюют носом, сказал:
– Давайте, поспите немного. Я посторожу ваш сон. Через час снова выступаем.
***
Какое-то странное чувство охватило моё тело – оно мёрзло. Подсознание подсунуло мне сон, что я тону в ледяной проруби и не могу пробить корку льда, чтобы выбраться наружу.
Распахнула глаза и уставилась в потолок своей квартиры. Лицо сковало холодом. Посреди лета.
Кутаясь в тонкое одеяло, я слезла с кровати, влезла в тапочки и подошла к окну. Морозные узоры! Я проспала полгода?
***
Все взрослые обитатели небольшого жилого комплекса собрались перед домом и громко, размахивая руками, спорили:
– Нужно идти вдоль этой трещины! На запад! – громко говорил председатель нашего кооператива собственников квартир, сухонький старичок с вечно алчным блеском в глазах.
– Предлагаю идти на юг! – прокричала я, не знаю, кто в тот момент потянул меня за язык.
–Алана, как ты обоснуешь своё предложение? – накинулся на меня дедок.
– Скажу просто: юг – тепло, а холод я не люблю, – пожала я плечами и предложила:
– Люди, а давайте просто проголосуем?
Почему мы решили куда-то уходить, спросите вы? Да всё просто: наш дом висел точно над обрывом и к моменту нашего спора трещины под его основанием уже были толщиной с мою руку, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться – скоро здание провалится и ухнет в обрыв, на дне которого, пенясь и рокоча, текла река, её монотонный мощный гул, заставлял моё сердце трепетать от страха и восхищения.
***
Я очень хорошо зарабатывала в том, другом мире. Главный инженер-дизайнер крупной строительной компании, с приличным окладом, которого с лихвой хватало на достаточно роскошную жизнь. Поэтому среди моих вещей не было третьесортных «шмоток». Всё было эксклюзивное и высочайшего качества. Пусть мой гардероб не ломился от одежды, но всё, что в нём было – было очень крепким и добротным, иногда в ущерб красоте. Всегда предпочитала практичность вкупе с функциональностью – легкомыслию и яркости.
Собираясь в поход на юг, я достала из шкафа отличный горнолыжный костюм, термобельё и супернавороченные, непромокаемые, очень тёплые ботинки. Одев всё, что сочла необходимым на себя, я попрыгала, проверяя насколько удобно сели вещи.
***
– Мы решили, дорогая Аланочка, что идем с тобой, – заявили мне соседи, которые когда-то дружили и хорошо общались с моей бабулечкой, – ты скажи нам, деточка, что взять с собой, – продолжила говорить тётка Мика.
– Алана, в вопросах сборов, я тебе доверяю полностью, – поддержал её усатый, поперёк себя шире, дядька Алексей Сергеевич – полковник на пенсии.
Я вздохнула и вытащила свой лист-памятку:
– Дорогие соседи, слушаем меня внимательно: во-первых, взять все лекарства, что есть дома, выкинуть от них коробки, туго связать блистеры между собой, во-вторых, одеться тепло в водонепроницаемую одежду, у кого нет найдите тех, кто поделится лишним, у меня есть, например, пара дутых штанов. Если кому нужно, поделюсь. В-третьих, берите палатки, спички, зажигалки, горелки. В-четвёртых, мясо, крупы, соль и сахар. Мы находимся в климате, где ничего не пропадёт, поэтому берём смело. В-пятых, оружие: ножи, топоры, ружья и пистолеты – у кого есть, – бросила я взгляд на Алексея Сергеевича. Тот молча кивнул в ответ.