Семейные Ценности (СИ)

— Простите, Джудайме, — тут же обратился Хаято к своему Боссу. — Но в Италию я поеду один. Реборн-сан прав. Вам нельзя вмешиваться, так как вы Десятый Босс Вонголы, но я… Отчасти я ещё связан с ними, так что подобного вопроса не возникнет. А значит, и вмешаться смогу, нарушив планы той ведьмы.
— Что? Один? — забеспокоился Савада.
— Это опасно, приятель, — присоединился к Тсуне Такеши.
— Естественно не один, — неожиданно добавила Бьянки, до того, как Хаято успел хоть что-то сказать. — Я еду вместе с ним. У меня так же имеется несколько вопросов к моей дорогой матери.
— Ты… — тихо произнёс Гокудера, бросив недоверчивый взгляд в сторону Бьянки. Он словно по-новому увидел её. Некое осознание блеснуло в глазах парня. — Она ведь дорога тебе, верно? Я никогда не понимал тебя в этом вопросе, но теперь, когда осознал свои чувства, стал понимать и чужие…
— Хм, — девушка улыбнулась. — Неужели ты наконец-то взрослеешь? Неожиданно…
— Тц! — фыркнул парень и отвернулся от сестры. — Неважно… Просто поедем и решим все оставшиеся вопросы разом. — Спустя секунду добавил: — Надо было это сделать много лет тому назад.
— Согласна, — кивнула Бьянки, после чего показала зажатый в ладони чёрный брелок от машины. — Идём, Хаято. Время не ждёт.
Парень тут же не думая шагнул к сестре, следуя за ней. Но Гокудера остановился, так как его неожиданно кто-то взял за локоть. Обернувшись, он встретился с встревоженным взглядом Савады. Конечно. Как может быть иначе? Его Босс переживает. Но тут он справиться и сам. Тем более, это дело касается его прошлого… настоящего… а также будущего. Так как Вел он отпускать не хочет.
— Всё будет в порядке, Джудайме! — отозвался Гокудера, широко улыбнувшись. — Не переживайте. Скоро мы вернёмся. Все вместе. С Вел.
— Хех… — выдохнул Тсуна, понимая, что слова здесь излишни, поэтому он постарался так же улыбнуться и произнести: — Удачи.
— Денег у неё нет, чёрт подери… — фыркал Хаято, направляясь к машине. — А деньги на личный самолёт нашла, значит. Так? Бесит… Эти вечные вечеринки в доме… Терпеть их не мог.
— Деньги — единственная любовь мамы, — равнодушно отметила Бьянки, садясь за водительское сидение и пристёгиваясь. — И их отсутствие говорит лишь о том, что любви становится меньше. А без любви люди жить не могут.
— Тц! — бросил парень, садясь на пассажирское сидение рядом с Бьянки. — Что ты несёшь? Звучит так, словно ты ищешь оправдание её поступкам.
— По правде сказать, я делала это столько, сколько себя помню. Искала оправдание для неё… Но со временем всё стало только хуже…
— Мне всё равно. Единственное, что волнует, — это Вел и её возвращение в Намимори. Даже если против меня встанет вся мафиозная семья жениха… я не сдамся.
— Хм… — Губы девушки дрогнули, после чего Бьянки мягко улыбнулась. — Что ж… Должна признать, семья у нас далека от понятия «нормально», но всё же что-то из семейных ценностей сохранить мы смогли. Ты так не считаешь?
Гокудера некоторое время молчал, явно не зная, что сказать. Семья? Она прогнила насквозь. Причём давно. Но тут Бьянки права… кое-что сохранить удалось. И теперь они обязаны это сберечь. Именно поэтому…
— Заводи мотор.
— Как скажешь, — отозвалась девушка, поворачивая ключ. Но стоило двигателю завестись, как одна из задних дверей неожиданно открылась и, с хлопком, закрылась. Бьянки и Хаято разом обернулись, не понимая того, что происходит.
— ТЫ⁈ — первый воскликнул Гокудера, не веря своим глазам. — Какого чёрта⁈
— Поменьше разговоров, — прозвучал ледяной голос Хибари Кёи, что сидел посередине пассажирского сидения с таким видом, словно ему обязан весь мир. — Поехали.
— Чего⁈ — тут же взбесился Хаято, которого уже сам вид Хибари выводил его из себя, а все инстинкты так и требовали достать пару шашек динамита и разнести «зайца» в пух и прах.
— Хибари Кёя, — обратилась к нему Бьянки. — Ты хоть знаешь, куда мы едем?
— Знаю, — равнодушно ответил тот, даже не повернувшись в сторону девушки, а смотря куда-то в окно. — Я всё слышал.
 
— Ты… — шикнул Хаято, но решил обуздать свой гнев и говорить с парнем спокойно, как и его сестра. — Это семейное дело. Посторонние Хранители Вонголы только усугубят положение.
— Я не еду туда, как член Вонголы, — тут же парировал Хибари, после чего повернулся в сторону Гокудеры, встретившись с ним взглядом. — Более того, я никогда не соглашался присоединяться к вашей компании и не давал на это разрешение. Я — Глава Дисциплинарного Комитета. С территории Средней школы Намимори похитили школьницу во время закрытия спортивных соревнований. Больше мне причин не надо.
— Ты что, идиот⁈ — взревел Хаято. — Сказано же было, что её не «похитили», а «вернули».
— Документы о поступлении в эту школу всё ещё на месте, — всё так же равнодушно ответил Кёя. — Их никто не забирал и заявления о переводе не поступало. Значит, у меня есть все основания считать, что это похищение. Верну ученика в школу, а дальше разберусь, как того требуют дисциплина и правила данного учебного заведения.
— Хех, — усмехнулся Хаято, понимая, к чему клонит этот высокомерный упрямец. — Отлично. Я бы, конечно, справился и один, но… — Посмотрел на сестру. — Поехали.
Италия.
По пути в съёмный особняк.
После самолёта мы сразу же пересели в новую машину, которая ожидала нас в аэропорту. При этом моё общество не менялось. Была мама и её тёмнокожий слуга, который больше и слова не произнёс. Только исполнял прямые приказы женщины, словно самая послушная собачонка.
Пока мы ехали, мама заглянула в несколько дорогих бутиков, чтобы прикупить, по её мнению, подходящих вещей и избавиться от тряпок, что в этот момент были на мне. А ведь это было вполне красивое платье для выступления. Но оно казалось женщине простым и дешёвым, чего она не признавала. Её отталкивал даже сам вид, не говоря уже о присущей японской культуре простоте и скромности. И с этим спорить я не стала. Молча надевала всё, что она мне предлагала, а сама думала о том, что же меня ждёт.
Моё же белоснежное платье полетело в ближайшее мусорное ведро.
Теперь я сидела в новом наряде. Очередное платье нежно-карамельного оттенка, что неплохо сочеталось с моей загорелой кожей. Также мама отвела меня в различные салоны красоты, чтобы позаботиться о лице и руках. Теперь абсолютно не видно, что я проплакала всю дорогу. Наоборот, благодаря косметике казалось, словно я спала не менее двенадцати часов. Отдохнувшая и поздоровевшая. Но это лишь маска… Хотя кого это волнует?
— Отлично, — сказала мама, увидев меня после работы визажиста. — Теперь хоть на человека стала похожа.
Ох, мама, к сожалению, я не могу сказать того же о тебе. Ты явно не человек.
Чувствовалось, что меня к чему-то готовят. К чему именно? Да к встрече с женихом, которую мама решила не откладывать. Как оказалось, время уже назначено, и я как раз поспеваю вовремя.
Мне было всё равно кто это. Мне было всё равно, что мама говорила всю дорогу. Мне было всё равно о том, какие перспективы откроются мне дальше. Всё это время я просто сидела в машине и думала о том, как мне следует поступить дальше. Раньше я бы согласилась со всем, что мне приказала бы эта женщина. Согласилась бы с абсолютно любой судьбой. Но сейчас… Сейчас во мне что-то выросло. Что-то острое, плотное, не позволяющее сдаться. Требующее бороться.
В голове всплывали образы. Все дни, которые я провела в компании Мукуро, и всё, что он мне говорил. О том, что я обладаю феноменальной силой, о которой и сама не догадываюсь. Если это так… Если он прав… То пора этой силой воспользоваться. Я сильная. Да… Я сильная. И этот медальон… Мне его подарил Мукуро, но, похоже, он усиливает моё пламя Посмертной Воли. Не знаю точно, как он работает, но лучше его держать поблизости. Также… Мукуро отмечал ещё кое-что… моя улыбка. Мне кажется это полной ерундой, но если усилить пламя Дождя, то… Попробовать стоит.
Кто знает, что за жених меня ждёт? Мысли путаются. Раньше я бы не пыталась сражаться. Раньше я бы всё бросила и ждала бы того, что будет. Раньше… я бы вообще ничего не предпринимала и смиренно приняла бы любую участь, даже если это была бы моя смерть. Но сейчас мне есть ради чего становиться сильной. Мне есть ради кого сражаться. Я не одна. Меня любят…