Мечтаю о тебе (ЛП)

Мои щёки горели румянцем, а взгляд был настороженным, когда я смотрела на свои растрёпанные волосы. Наверное, мне показалось, но мои губы выглядели припухшими. Этого не могло быть, но мне не нужно было прилагать усилий, чтобы вспомнить поцелуи Колтона. Мои губы покалывало. Эти поцелуи я никогда не забуду.
Мой взгляд скользнул вниз, по изгибам моих плеч, а затем по груди. Я поджала губы и подняла руки, положив их на грудь. Кожа была гладкой, соски сморщились. Ванную начал наполнять пар, увлажняя мою кожу. Я опустила руки. Моя грудь была округлой и полной. Определённо, она не была упругой, но она… она соответствовала остальным частям моего тела. Моя талия слегка изгибалась, а затем расширялась, образуя округлые бёдра. Моё внимание привлекла тёмная область между моими пухлыми бёдрами. Бразильская эпиляция? Э-э, нет. Я чуть не рассмеялась вслух при этой мысли.
  
Боже, как же давно у меня не было секса.
Смогу ли я это сделать? В моих мыслях возник образ Колтона, и по моей шее пробежал румянец. Прикусив губу, я была почти уверена, что смогу это сделать. Когда дело касалось его тела, этот мужчина был близок к совершенству.
Это было бы серьёзным испытанием.
Поворачиваясь боком, чтобы взглянуть на свою задницу, я пыталась понять, как я к себе отношусь. Это было непросто, и зеркало запотело ещё до того, как я нашла ответ. Я встала под душ, и горячая вода полилась на меня. Я не была уверена, в чём причина моей неуверенности — в недостатке самоуважения или в бездействии. А может быть, дело в том, что я каждый день погружалась в вымышленные миры авторов, которых редактировала, переживала за них, когда они влюблялись или расставались, и так далее. За последние четыре года я ничего не испытала в реальном мире и не уделяла ни минуты себе.
Когда Кевин умер, я с головой ушла в работу. Если честно, именно тогда я начала терять себя, забывать, кто я такая. Я больше не хотела этого. Прошлой ночью я решила, что не могу упустить шанс снова почувствовать себя живой. И то, что я увидела в зеркале, не привело меня в ужас. Это было то же тело, которое Кевин называл прекрасным, как Боттичелли. В изгибах нет ничего плохого.
Мне просто нужно было свыкнуться со всем этим.
Поскольку я встала рано, то после душа и переодевания в джинсы и свободную блузку с короткими рукавами села за компьютер. Я успела написать пару страниц, прежде чем зазвонил телефон. Это было сообщение от Колтона. Он был на улице.
Сердце подпрыгивало, как прыгающий боб, пока я сохраняла свою работу и закрывала ноутбук. Я бесшумно спустилась по лестнице босиком. В воздухе витал аромат свежезаваренного кофе. Подойдя к двери, я глубоко вздохнула и открыла её.
И тот же самый вздох вырвался из моих лёгких.
Джинсы, которые он носил, были потерты на коленях, а старая футболка с логотипом растянулась на его широких плечах. Он носил такую одежду. Не классические рубашки и брюки, и хотя он хорошо смотрелся в своей детективной экипировке, в джинсах он выглядел чертовски привлекательно.
— Доброе утро, — протянул Колтон, входя в дом. Он держал в руках белую картонную коробку, от которой исходил божественный аромат. Когда я потянулась, чтобы закрыть дверь, он наклонился и прижался губами к моей щеке. От невинного прикосновения его губ по моей коже пробежала дрожь. — Я заскочил в строительный магазин и купил всё необходимое.
Закрыв дверь, я приказала себе взять себя в руки. — А пекарня?
— Опять эта пекарня. — Он ухмыльнулся через плечо и направился на кухню, где поставил коробку на стол. — Я купил маффины и эклеры. Ты ведь ещё не ела, верно?
Мой животик радостно заурчал, - Нет. Спасибо тебе за это — за всё, что ты делаешь.
— Как я уже сказал, пожалуйста. Вы предпочитаете шоколад или фрукты?
Я наблюдала за ним из-под ресниц, - Шоколад. Всегда шоколад.
Он усмехнулся, достал шоколадный эклер и положил его на салфетку, - Надо будет запомнить. - Взяв фруктовый эклер, он повернулся ко мне и облокотился на стойку, - Ты хорошо спала прошлой ночью?
Сначала я ворочалась с боку на бок, думая о его поцелуе и о том, что он сказал. Я была возбуждена, и мне нужно было с этим разобраться. Не то чтобы я собиралась делиться этой информацией. Разумеется. - Я спала нормально. А ты?
Он опустил ресницы, и на его губах появилась лёгкая улыбка, - Мне потребовалось некоторое время, чтобы заснуть.
Могла ли у него быть та же проблема, что и у меня? В моих мыслях возник его образ, яркий и соблазнительный. Я представила его в постели, его руку под простынёй, сжимающую его член. От этой мысли у меня свело живот, а во рту пересохло. Он наверняка выгнул спину и откинул голову на подушки, пока ублажал себя...
Он склонил голову набок, - О чём ты думаешь, Эбби?
— Ничего. Быстро отвернувшись, я чуть ли не запихнула эклер в рот. — Так… эм, сколько я должна тебе за то, что ты починишь окно?
- Ужин.
Я вытерла губы, когда обернулась. Я приподняла брови. — Ужин?
На его лице появилась полуулыбка, -Да. Ужин. Ну, знаете, когда два человека, а иногда и больше, идут куда-нибудь поесть? Он откусил от своего эклера, а я прищурилась. — Сегодня вечером.
Я хотела спросить почему, но успела остановиться, пока не выставила себя полной идиоткой. Ну, я не была уверена, что буду выглядеть как дура, но было бы очевидно, что моя уверенность в том, что происходит между нами, находится где-то между «хреново» и «просто ужасно».
Поэтому я улыбнулась, чувствуя, как во мне бурлят волнение и надежда, и молилась, чтобы у меня на зубах не было шоколада, - Ужин был бы кстати.
* * * *
Колтон был не только хорош собой, но и умел многое делать по дому. На самом деле я могла бы привыкнуть к тому, что он вообще находится в моём доме.
Пока он заколачивал окно, чтобы оно было более надёжным до тех пор, пока не придут мастера, мы непринуждённо болтали. То же самое было и позже, когда он появился вечером, чтобы пригласить меня на ужин.
После его ухода ближе к вечеру мне было непросто сосредоточиться, но я всё же смогла немного поработать над романом Макгуайр. Мне повезло: её рукописи обычно были в порядке.
От нервного возбуждения у меня бешено колотилось сердце, когда я выбирала платье, которое, как мне казалось, я не надевала целую вечность. На самом деле я почти наверняка никогда не надевала это розово-голубое платье с цветочным принтом без рукавов. Когда я натянула его через голову, мне показалось, что я надела бабушкин диван, но высокая талия и вырез в форме сердца мне очень шли. В этом платье я чувствовала себя красивой.
Может быть, даже немного сексуально.
Я спустилась вниз в розовых туфлях на каблуках и успела их надеть за несколько мгновений до того, как в дверь постучали. Колтон написал мне, что уже здесь. Сердце у меня было где-то в горле, я открыла дверь, и мой язык чуть не вывалился изо рта и не покатился по полу.
Снова одетый в джинсы, он сочетал тёмную джинсовую ткань с простой белой рубашкой на пуговицах, рукава которой были закатаны до локтей, обнажая мощные предплечья. Я не знаю, что такого особенного в закатанных рукавах, но меня это всегда очень возбуждало.
Я была такой странной.
Колтон окинул меня взглядом и слегка улыбнулся, - Ты прекрасно выглядишь.
Я почувствовала, как краснеют мои щёки, словно я была влюблена или делала что-то столь же глупое, - Спасибо. Ты тоже. Я имею в виду, что ты не выглядишь мило. Ты выглядишь горячо. Сексуально. Очень мило.
Его брови поползли вверх.
  
Мне захотелось дать себе подзатыльник, - Думаю, на этом я закончу.
Он усмехнулся, наклонился и нежно поцеловал меня, - На самом деле продолжай говорить. Это чудесным образом тешит моё самолюбие.
— Не думаю, что тебе нужна помощь в этом вопросе.
— Верно, — признал он, выпрямляясь. — Наверное, у меня уже слишком большая голова.
Дело в том, что Колтон был уверенным в себе и своих силах, может быть, даже немного самонадеянным, но не высокомерным. Он был как единорог.