Влечения четырех (СИ)

— И что может этот агрегат? — спросил он Максима.
— Переносить в любое место настоящего, прошлого и будущего.
— Как здорово! — тут же воскликнула Нора. — Давайте переместимся куда-нибудь во времени.
— Да, обязательно, — сказал Максим, — переместимся к чудесам Древнего мира.
— Какая хорошая идея, — оценила Нора.
— Мне тоже она нравится, — произнес Марат.
— Отправимся прямо сейчас? — спросила Нора.
— Нет, не сейчас, — ответил Максим. — Дату отправки определит Катя. Она согласилась рассказать об этих чудесах. Ей надо время, чтобы подготовиться.
— Значит, мы будем не втроем, — расстроилась Нора, — Катя тоже полетит с нами. Жалко.
— Катя обязательно полетит, — сказал ей Максим. — Без нее полет не состоится.
Нора поникла. Ей-то хотелось разделить с Максимом без присутствия Кати это, как она считала, новое приключение. И еще она рассчитывала сблизиться с Максимом в необычных условиях. А тут Катя… Ее Нора воспринимала, как соперницу.
— А я рад, — проговорил Марат, — что Катя будет с нами.
Он расценивал предстоящее путешествие, как возможность перетянуть Катю на свою сторону. И считал, что получил хорошее известие.
— Надо, — сказал Максим, — нам завтра встретиться вчетвером и точно определиться с датой отправки в Древний мир.
И ребята распрощались до завтрашнего утра.
На следующий день они спозаранку собрались на «своем» месте. Катя тоже была там. Так что вся их компания была в сборе. Но в этот день у них не было ни игр, ни развлечений. Не было вообще никаких общих занятий. Им было просто не до них. Они были поглощены обсуждением предстоящего путешествия.
Катя сказала, что почти все, касающееся пирамиды Хеопса и Древнего Египта, а также висячих садов Семирамиды и Вавилона, она восстановила в памяти. Осталось чуть-чуть. Но это она планирует сегодня закончить. Поэтому завтра она будет готова отправиться в Древний мир.
Так и определилась дата перемещения. Ее назначили на завтрашнее утро. На 9 часов.
Максим рассказал ребятам о возможностях машины времени. Он говорил о том, что на ней можно попасть куда захочешь. Еще говорил о ее превосходном защитном экране, о микроклимате внутри машины. И о том, что ей можно заказать нужную одежду, обувь, парики, косметику и еще массу всяких мелочей. Что машина может изменить цвет кожи. Может за секунду научить незнакомому языку. Надо только в ней произнести вслух, что хочешь. Он поведал о многих, не известных присутствующим, особенностях машине.
Ребята не скрывали своего интереса. Они слушали Максима, буквально открыв рот.
Потом Катя, сказав, что еще не закончила свои изучения, заспешила домой. У других тоже перед отлетом нашлись неотложные дела. И все разошлись по домам.
У каждого была беспокойная и бессонная ночь. Волнения и переживания не дали никому заснуть.
Утром, только умывшись и перекусив, ребята собрались у дома Максима.
Даже не верится, — сказала Катя, — что мы сейчас перенесемся к пирамиде Хеопса и увидим ее после постройки.
— Вот уж не думал, что ты будешь так восторгаться какой-то пирамидой, — сказал Марат.
— Между прочим, все люди Древнего мира восторгались ей, — ответила Катя. — Она самое первое и самое древнее чудо света.
Марат слушал ее, опустив глаза.
— Еще она единственное из всех чудес света, которое существует в наше время. И сейчас люди продолжают восторгаться ей, — сказал Максим, добивая этим Марата.
— Но она уже не такая, какой была раньше, после постройки — печально проговорила Катя. — Время провело свою разрушительную работу.
— Почему ты, Максим, говоришь, что пирамида Хеопса — это единственное уцелевшее чудо света? — сказала Нора, — ведь в мире полно еще всяких разных чудес света.
— Нора, — вздохнул Максим, — это новые чудеса света. А просто чудесами света называют исключительно чудеса Древнего мира.
— А-а-а, — протянула Нора, — теперь ясно.
— Сейчас мы переместимся в прошлое, — сказал Максим, — и посмотрим первое чудо света.
— Мне страшно перемещаться, — заныла Нора.
— Мне тоже, — откликнулась Катя, — но желание оказаться в Древнем мире сильнее.
 
— Нора, может тебе остаться? — спросил Марат.
— Ты что! — гневно сказала она. — Чтобы я пропустила такое интересное приключение. Никогда.
— Нам всем страшно. Тем более, что мы перемещаемся в первый раз, — сказал Максим. — Это дело добровольное. Кто решился попробовать, забирайтесь в машину.
Попробовать решились все. Ребята расположились на увеличенном для четырех человек диване. Максим передвинул рычаги на панели управления временем, выставив год далекого прошлого — 2400 до нашей эры.
Потом решительно произнес:
— Африка, Египет, пирамида Хеопса.
Машина времени подняла ребят высоко над землей. Защитный экран завертелся так быстро, что за ним не стало ничего видно.
  
Глава 5
 
Пирамида Хеопса
Древний Египет, 2400 год до нашей эры
Но вот мелькание прекратилось. Сквозь экран, который стал совершенно прозрачным, стало видно все, что находилось снаружи.
Ребята увидели пески до самого горизонта. Они лежали застывшими, желтыми волнами. А посреди них возвышалась огромная пирамида.
Под яркими лучами жаркого африканского солнца блестящая пирамида походила на огромную драгоценность. Высота ее поражала. Она, как гигантская гора, своей вершиной уходила далеко в небо. А сверху ее венчал большой желтый камень. Он искрился на солнце и ослеплял своим блеском.
Ребята долго молчали. Они смотрели и смотрели на это великолепное сооружение и не могли отвести глаза. Потом, словно очнувшись, они поглядели друг на друга.
— Ну, вот, мы и в Древнем Египте, у знаменитой пирамиды Хеопса, — первым заговорил Максим.—
Мы переместились отлично. Нора, все страхи, я надеюсь, остались позади?
— Остались позади, — эхом отозвалась она.
— Перемещение прошло более чем успешно, — проговорил Марат.
— И быстро. Я даже не успела сосчитать до десяти, а мы уже тут, — сказала Катя.
— Считала, чтоб успокоиться? — с пониманием проговорил Максим.
— Да. Мне помогает.
— Будем надеяться, что больше считать не понадобиться, — сказал Максим. — Я рад, что у всех все нормально. Знаете, я волновался не столько за себя, сколько за вас.
— Еще я хочу сказать, — продолжал он, — что выбрал то время, когда правление Хеопса уже закончилось. Я рассчитал все так, чтобы мы точно увидели его пирамиду достроенной, и в то же время без разрушений, которые ей нанесли годы и века. Посмотрите, она полностью завершена и выглядит так, как будто ее строительство только что закончилось.
Говоря это, Максим чувствовал, что все разделяют его облегченное и приподнятое состояние, которое было вызвано удачным перемещением и правильным выбором времени.
Потом он обратился к Кате:
— Расскажи нам, пожалуйста, о пирамиде что знаешь. А мы будем в процессе твоего повествования задавать вопросы.
— Хорошо. Вы говорите, что вызовет любопытство. И я тогда расскажу поподробнее то, что вам будет особенно интересно.
Катя, настраиваясь на длинное повествование, села как можно удобнее.
— Я хочу рассказать не только о пирамиде Хеопса и о самом Хеопсе, — сказала она, — но и о Древнем Египте. А еще о фараонах, то есть о правителях этой страны.
— Катя, — сразу спросил Максим, — а когда обращались к Хеопсу, его называли фараоном?
— Нет, к Хеопсу так не обращались. Фараон — название более позднее. Одно из обращений к Хеопсу было «повелитель обеих земель». То есть повелитель объединенного Египта, двух его земель ранее враждовавших. Вообще Хеопс, как и любой фараон, в глазах древних египтян был не обычный правитель. Они его считали сыном бога. Его боялись и во всем повиновались.
— А что ждет людей, которые не повинуются фараону? — опять спросил Марат, которого стал мучить этот вопрос сразу же, как только он попал в Египет времен фараонов.