Влечения четырех (СИ)

И Максим задал параметры для перемещения в клинику Москвы.
Нора и Марат были довольны. Во-первых, они должны были попасть как раз в ту клинику, адрес которой дал Максиму Марат. А во-вторых, как и хотели сестра с братом, Катя осталась в Древнем Египте.
  
Глава 9
 
Окончание Нориного сражения
Москва, наше время
Машина времени приземлилась прямо во дворе нужной им клиники. Марат сразу же понес Нору внутрь. А Максим на секунду замешкался, уменьшая машину.
Марату повезло. Ему не пришлось долго искать Петра Наумовича. Он не только был в клинике, но столкнулся с Маратом при входе. Петр Наумович сказал, что положение Норы очень серьезное и что тянуть время нельзя. Он настаивал на ее немедленном обследовании. Тут Нора приподнялась на руках у Марата. Она заявила врачу, что ей надо ему сказать пару слов с глазу на глаз. Еще она сообщила, что чувствует себя значительно лучше. И Петр Наумович, подумав, что состояние Норы позволяет им поговорить, уединился с ней в одной из палат.
Там он с помощью Марата положил ее на кровать и сел рядом. Марат тут же вышел из палаты, оставив Нору с врачом наедине. Все это заняло буквально несколько минут. Петр Наумович торопился с обследованием и не хотел напрасно терять время.
— Я не больна, — сказала ему Нора. — Все это не более чем представление.
Она села в кровати и схватила за руки возмущенно поднимающегося Петра Наумовича.
— Не покидайте меня, Петр Наумович! — вскричала она. — Сейчас я Вам все объясню!
— Что же заставило тебя ломать эту комедию? — в ярости сказал он.
— Я оказалась в безвыходном положении, — рыдала Нора. — Ситуация была ужасная. Мне ничего другого не оставалось.
— Ну ладно, — смягчился Петр Наумович, — расскажи все по порядку.
Слезы у Норы тут же высохли. Она приняла сосредоточенный вид.
— Помните, со мной было два мальчика?
— Да, конечно. В одном из них я узнал твоего брата, хоть на вас была тонна косметики и эти странные костюмы.
— А это… мы шли на костюмированную вечеринку. Она должна была быть о Древнем Египте времен фараона Хеопса. Поэтому мы были в древнеегипетских костюмах и соответственно накрашенные. Так вот, второй мальчик, которого вы видели, и виновен в том, что я притворилась больной и оказалась в вашей клинике. Зовут его Максим. Я знала, что он в меня влюблен, но не думала, что настолько… Когда мы шли на вечеринку, он сделал так, что я с ним осталась на улице наедине. И он меня поставил перед выбором: или я отвечаю на его чувства, или он покончит со мной и с собой.
Петр Наумович слушал Нору. И сочувствие к ней возрастало в нем.
— Он сказал, — продолжала она, — что я должна определиться и ответить да или нет. Причем, сегодняшний вечер назначил, как последнее время для ответа. Я не люблю его и боюсь, услышав это, он нанесет вред себе и мне. Чтобы как-то оттянуть время, я притворилась больной. А чтоб изолироваться от него, решила лечь сюда.
Петр Наумович думал, что ситуация у Норы удручающая. И хотя он сочувствовал ей, он ни минуты не хотел держать ее в больнице. Петр Наумович ждал, когда она закончит свой рассказ, чтобы объявить ей об этом.
— Петр Наумович, помогите мне, — между тем говорила Нора. — У меня есть куча бриллиантов — наследство моих дальних родственников. Я готова платить по бриллианту за день пребывания в палате. Я хотела бы лежать в клинике, чтобы Максим думал, что я очень больна. Так больна, что даже не могу разговаривать на простые темы, а тем более говорить о своих чувствах к нему.
Когда Петр Наумович услышал про бриллианты, то сразу же изменил свое мнение о пребывании Норы в клинике.
— Бедное дитя, — с сочувствием сказал он. — Я устрою, чтобы ты находилась в палате столько дней, сколько пожелаешь. Еще я уверю Максима, что твоя болезнь тяжелая, но излечимая.
— Спасибо, Петр Наумович! Что бы я без Вас делала! Но я понимаю, что мое пребывание здесь требует определенных затрат. Поэтому будьте так любезны, возьмите несколько бриллиантов на первоначальные расходы.
 
Нора сунула Петру Наумовичу в руку три крупных бриллианта. Он сразу же жадно схватил их и зажал в кулаке.
— Расходы нам предстоят немалые, — сказал он. — И этот задаток как нельзя кстати.
— Я не знаю, Петр Наумович, сколько дней мне понадобиться здесь пролежать. Но при выписке Вас ждет моя благодарность и полный расчет. Я так рада, что мы с Вами договорились.
— Я тоже рад, Нора, что именно ко мне ты обратилась, попав в трудную ситуацию.
Петр Наумович сделал паузу и продолжил:
— Пожалуй, я пойду, поговорю с Максимом.
— Да, да, поговорите с ним, Петр Наумович. И обязательно скажите ему, что для улучшения моего состояния необходимо его присутствие в клинике. Тут, я думаю, Максим не решится себе навредить. И еще. Пусть он приходит ко мне в палату только вместе с Вами. Или с тем, кого Вы пришлете вместо себя. Я боюсь оставаться этим человеком наедине. Мало ли до чего он додумается… Ну Вы понимаете. А сейчас я бы хотела успокоить брата. Он, наверное, страшно переживает за меня.
— Конечно, конечно, я позову Марата. А насчет Максима не беспокойся. Я сделаю так, чтобы он никуда не отлучался из клиники и был у нас на виду. Я скажу ему, что он необходим для твоего выздоровления. Скажу, что слышал, как ты произносишь его имя в бреду.
Произнеся эти слова, Петр Наумович поднялся и вышел из палаты.
Первыми кого он увидел в полупустом коридоре клиники, были Максим и Марат. Они сидели в креслах рядом с дверью в палату Норы. При виде Петра Наумовича оба вскочили.
— Как самочувствие Норы? — с беспокойством спросил его Максим. — Что Вы думаете предпринять?
— Пока ее состояние без изменений. Будем обследовать.
Он перевел взгляд на Марата.
— Норе нужно присутствие брата. Сейчас я бы хотел, чтоб ты прошел к ней в палату.
— Будь моя воля, я бы не отходил от сестры. Но я ждал Вашего разрешения.
И Марат скрылся за дверью Нориной палаты.
— Я бы тоже посидел с больной, — сказал Максим.
— К Вам, молодой человек, у меня есть серьезный разговор. Подождите меня здесь. Мне надо зайти на минутку в свой кабинет. И сразу же побеседуем.
— Хорошо.
Петр Наумович прошел в свой кабинет. Там он положил бриллианты в надежное место. И сделав самое важное, как он считал, дело, вышел к Максиму.
Максим был на том же месте, где Петр Наумович оставил его. Он в волнении вышагивал взад и вперед по коридору. Как только Петр Наумович подошел, Максим сразу же его спросил:
— О чем Вы хотели со мной поговорить?
— О здоровье Норы.
— Как вы его оцениваете?
— Я провел осмотр Норы на предмет воспаления аппендицита. Она не испытывала боли, когда я касался определенных точек ее тела. Судя по такой реакции, аппендицит не воспален. Значит, это можно исключить. Думаю, у нее все-таки отравление, с ним мы легко справимся. А более ясную картину покажет обследование.
— Как Вы считаете, опасности нет?
— Считаю, что нет. Вы доставили Нору в клинику оперативно, теперь дело за специалистами. Все должно закончиться хорошо. Не надо терзаться. Норе нужно время, чтобы выздороветь, прийти в себя. А от Вас в этой ситуации требуется повышенная забота и внимание.
— Все, что будет зависеть от меня, я сделаю. А почему Вы хотели поговорить со мной, а не с ее братом?
— Видите ли, при мне Нора заснула. И я хотел уже уйти, чтобы дать ей спокойно отдохнуть. Но тут услышал, как она говорит во сне. С больными это иногда случается. Впадая в забытье, они начинают порой бредить. И я остался, так как такой бред — это не хорошо. Так вот, в бреду, она повторяла имя Максим. Вас ведь так зовут?
— Да…
— Я так и подумал. Как правило, так больной бессознательно указывает на человека, который ему сейчас необходим. Учитывая состояние Норы, я бы настоятельно рекомендовал Вам не покидать клинику. Побудьте рядом с ней. Можно в том же здании, не обязательно находиться в ее палате. Нора должна чувствовать, что Вы рядом, что Вы думаете и беспокоитесь о ней. Ваше присутствие в клинике благоприятно скажется на ее выздоровлении.