Великий диктатор. Книга четвертая (СИ)
- Нет, нет. С финансами у нас всё превосходно. Просто, моя контора находится в довольно отдаленном районе. И мне бы хотелось взять в аренду помещение в вашем новом здании на Привокзальной площади. А в качестве платы я могу расплатиться юридическими услугами. Правда, вы и так владеете адвокатской конторой «Снеллман и сын», но в наше трудное время хорошие правоведы всегда пригодятся.
- Это точно. И знаете, я совсем не против, чтобы ваша контора оказалась в шаговой доступности от моего офиса. Я думаю, что мы сможем вам подобрать помещения в том здании. Мой телефон у вас есть, я с вами обязательно свяжусь по этому поводу, господин Кастрен.
- Превосходно. Буду с нетерпением ждать вашего звонка, господин барон. Позвольте откланяться, - Каарло Кастрен поднялся из кресла и, коротко поклонившись, покинул мой кабинет.
- Какой ушлый адвокат, - пробормотал я, делая запись в ежедневнике об аренде помещения. - Как будто я не знаю, что вас в первую очередь привлекает в десятиэтажке, построенной дедом Кауко.
В том доме первый этаж занимали городская и губернская полиции. А там, где полиция, там и задержанные, а, значит, и работа для адвокатов. И далеко идти не надо. Спустился на лифте и ищи себе богатенькую жертву.
И именно его контору наняли родители тех молодых людей, которые в моем первом мире стали финскими егерями, притащили в княжество германцев и поддержали Маннергейма. Речи о каких — либо претензиях ко мне, конечно, не шло. Видимо, какую-то правду несостоявшиеся германские егеря всё-таки донесли до своих предков. Но нанимателям очень хотелось, чтобы их дети так или иначе не поехали на войну.
Мне пришлось предоставить Каарло Кастрену все документы, конфискованные нами у «Финской Дубины», а также признательные показания, подписанные членами этой организации под нажимом Артура Усениуса. Ознакомившись, знаменитый Гельсингфорский адвокат счёл, что эта шуба точно не стоит вычинки. И мы с ним заключили договор о том, что он помогает урегулировать этот вопрос, но так, чтобы все виновные остались в добровольческой дивизии. И он вполне справился.
Единственный, кто решил сопротивляться до конца, был Юрьё Рууту, который на второй день после подписания контракта на службу в дивизии банально сбежал. Усениус пустил по его следам своих людей, и через неделю Аландская газета опубликовала статью о найденном в Мариехамне трупе Рууту с многочисленными ножевыми ранами. Подкинутые в казармы финляндского флотского экипажа газеты с фотографиям их мертвого соратника, в значительной мере остудили головы некоторых горячих финских парней, которые собирались повторить подвиг Юрьё.
Только успел выпроводить юриста, как в кабинет просочился Эдвард Гюллинг. С довольно пухлой папкой в руках.
- Отчёты?
- Они самые, - подтвердил мой заместитель. - Но сначала нужна твоя подпись в этой накладной. Это двигатели, запасные части и патроны для отряда Антона Фоккера.
Несмотря на то, что Германия напала на Нидерланды почти два месяца назад, Амстердам и значительная часть провинции Северная Голландия всё ещё оставались не занятыми. Благодаря системе фортов и оборонительных каналов эта маленькая страна, в отличие от соседней Бельгии, продолжает отчаянно сопротивляться агрессору.
Зато план Германии по обходу через Зеландию с нанесением удара в тыл англо-бельгийской группировки удался блестяще. Немцы отбили назад Гент и снова вышли к Ньюпорту и Ипру. Но, в это же время, французы смогли потеснить германские войска до Реймса и Суассона, тем самым отодвинув фронт от Парижа на восток почти на семьдесят вёрст.
Спасательная миссия Фоккера удалась также на славу. В свой первый перелёт через Данию он смог вывезти родных и близких до захвата германцами Харлема. Но только на своих родных он не остановился, а продолжил эвакуацию всех желающих. В первую очередь — женщин и детей. Очень скоро, под давлением Германии, Дания запретила полёты над своей территорией. И Антон организовал воздушный мост между Голландией и Великобританией. Благо, что расстояние было плёвое и наши Викинги преодолевали его за пару часов в каждую сторону.
А через неделю к Фоккеру присоединился и принц Альберт вместе со своим авиационным отрядом. Из Англии по воздуху доставляли боеприпасы и медикаменты, а из Нидерландов тонким ручейком лился поток беженцев. Попытки вывезти их морем ничем хорошим не закончились, немецкие подлодки утопили почти все посланные транспорты. В стремлении обезопасить свои морские перевозки Великобритания вывела в море флот. Из-за чего и произошла первая крупная морская битва в этой войне.
Битвы линейных сил при Доггер-Банке в этом мире так и не произошло. Зато случилась бойня, устроенная германской подлодкой «U-9». Которая менее чем за час утопила три английских броненосных крейсера — «Хог», «Кресси» и «Абукир». И никаких выводов по итогу этой бойни британское адмиралтейство не сделало.
Поэтому и сражение возле голландского острова Тексел пошло сразу не так, как предполагали английские адмиралы. Если бы у британцев было больше места для маневра, как это было в Ютландской битве моего первого мира, то подводные лодки просто не смогли бы участвовать в ней из-за крайне малых скоростей под водой. Здесь же, англичане попытались выстроить классическую завесу — оборонительный эскадренный бой для защиты транспортов. Что и дало шанс германским подводным лодкам на успешную атаку.
Были торпедированы сразу несколько кораблей, но только два из них затонуло. На дно отправились крейсер «Новая Зеландия» и устаревший броненосец «Агамемнон». Британцы среагировали на возникшую угрозу почти моментально. Адмирал Джон Рашуорт Джеллико, 1-й граф Джеллико, отдал приказ об отступлении, что помогло оторваться от подводных лодок противника.
Не обошлось без потерь и у германцев. Отходя, британские суда вели огонь по флоту противника. Удалось потопить несколько контр-миноносцев и, уже в самом конце сражения, когда немцы начали праздновать свою победу, одиночный снаряд с английского линкора «Аякс» отправил на дно Северного моря тяжёлый крейсер «Блюхер». Тринадцати с половиной дюймовый снаряд пробил главный броневой пояс и угодил точно в крюйт-камеру носовой башни. Страшный взрыв разломил крейсер почти пополам, и за считанные мгновения он ушел под воду. Спастись удалось всего трём морякам.
Отличился в этом сражении и принц Альберт, который, вопреки воле отца, отправился «посмотреть сражение» на патрульном бомбардировщике. Но немного не успел. На половине пути к берегам Нидерландов его пилот обнаружил силуэт подводной лодки на небольшой глубине. Принц лично произвёл бомбометание по подлодке и, нанеся повреждения корпусу, вынудил её всплыть. А отступающий флот пленил экипаж и даже отбуксировал германскую подводную лодку на базу флота в Харвич.
Как оказалось, англичанам попалась та самая знаменитая подлодка «U-9», которая ранее потопила три крейсера. Правда, к этому времени у лодки сменился командир. Что не спасло его от расплаты. По рассказам пленных, Отто Веддиген был переведён на другую подлодку и пропал без вести два месяца назад.
- Ой! - вырвала меня из воспоминаний улетевшая с моего стола только что подписанная накладная. - Как же я так?
Пришлось вставать и лезть под стол, под смешки Гюллинга, в поисках убежавшего документа.
- Накладная же на авиационные материалы — вот и летает, - пошутил он. - Давай её сюда. Остальные отчёты я тебе оставлю, сам просмотришь. Если вопросы возникнут — тогда звони.
- Конечно, позвоню, - согласился я. - Ещё есть что-то срочное?
- Да. Хотел с тобой обсудить один важный вопрос. Через компанию Хермана Фоккера со мной связались представители «Луи Дрейфус компани». Это одна из крупнейших корпораций в мире по перепродаже зерновых и других продуктов питания.
- Я знаю кто это такие. Они, в своё время, приобрели у нас лицензию на пакетированный чай. И что они хотят? Хотя. Стоп. Вспомнил. Я читал в «Дейли телеграф», что основатель компании, Луи Дрейфус, умер недавно. Видимо, идёт делёж компании наследниками, и они пытаются избавиться от неликвида. Я прав?