Великий диктатор. Книга четвертая (СИ)

Я лишь внутренне усмехнулся, так как прекрасно знал, что она с рождения имела титул «Её Высочество Принцесса Мария Йоркская». А представлялась она Викторией из-за своей вредности, как рассказал мне её братец Генри. Этой «тайной», двенадцатилетний принц поделился со мной после того, как я подарил ему парашют во время зимних олимпийских игр в Гельсингфорсе. Ну, а кто я такой, чтобы изобличать принцесс? Виктория, так Виктория.
  
- Простите меня, сэр Мэтью, что назвалась другим именем, - остановившись у какой-то двери, повинилась девушка. - Мне Генри поведал, что вы знаете правду, но я так и не решилась рассказать вам об этом в письме.
- Не стоит, ваше высочество, - поклонился я принцессе. - В вашем полном, родовом имени присутствует и имя Виктория, насколько я помню. Так что вы были в полном своём праве.
- Ха. Вот и хорошо. Пойдёмте, отец вас уже наверное заждался, - огорошила она меня.
Но за дверью, возле которой мы и общались, в довольно уютном кабинете, оказались только двое её братцев, принцы Альберт и Генри. Которые тут же кинулись меня приветствовать и выспрашивать про всякие интересующие их новости. Семнадцатилетнего Альберта интересовал вопрос, когда откроются анонсированные «FinAir» пассажирские авиаперелёты внутри королевства.
Так как мы смогли добиться дальности полёта наших двухмоторных пассажирских «Викингов» в восемьсот вёрст, то решили проложить ещё несколько линий, связав норвежскую столицу Христианию с Эдинбургом, с дозаправкой в Ставангере. А уже из Эдинбурга планировалось летать в Лондон, а оттуда, чем перкеле не шутить, можно было организовать рейсы и в Париж. Впрочем, нами рассматривался и южный вариант. От Копенгагена и через Амстердам в столицу Англии.
А принца Генри очень интересовало, какие новые нашивки за достижения появились у моих пионеров, и хвастался своими, которые очень подозрительно напоминали наши — финские.
- Недавно у нас сменили знак приветствия на салют, как у вас, но также тремя пальцами. Вот, посмотрите, сэр Мэтью, - и принц Генри мне отсалютовал, вскинув над головой руку в пионерском приветствии.
- Просто чудесно, - только и оставалось мне согласиться с высокородным скаутом.
В отличие от братьев, принцессе Марии очень не понравилось, что я не привёз продолжения приключений Питера Пена. Зато я смог её заинтересовать новой историей, про английского мальчика-волшебника.
Да-да. Я решил написать о приключениях Гарри Поттера и сплавить их именно в Англию. Самих книг я не читал. Хотя они у нас и были дома, в первом мире. А вот фильмы я смотрел. И не по одному разу. Поэтому сюжет помнил неплохо. Основной сюжет. Многие имена второстепенных героев мне пришлось придумывать самому. Да и сюжет пришлось подгонять под нынешние реалии.
Если в наше время проживание Поттера в чулане под лестницей вызывало шок и негодование, то в нынешнее время это было в порядке вещей. А учитывая наличие электрического освещения — так вообще хоромы. Менять пришлось только жизнь простых людей, а часть про обучение в школе магии и волшебства могла шокировать только совместным образованием для мальчиков и девочек из аристократических семей.
Так же пришлось впихивать в сюжет и религию. А иначе никак. В это время в каждой школе преподавался «Закон Божий». Я несколько недель ломал голову, как присобачить религию в Хогвартс. Пока не остановился на часовне, месте, где могли самостоятельно молиться маглы-англикане.
И именно поэтому я и привез первую книгу именно в Англию. Пусть принцесса Мария её оценит и протолкнёт к изданию. Ей это будет сделать куда легче, ведь её отец как раз и есть глава англиканской церкви. Мне проблемы с советом диоцезов Финляндии и имперским синодом совершенно ненужны. Пусть лучше моя книга стартует из Англии. Если конечно придётся к местному двору. Главное, чтобы существование магов не оказалось правдой, а то я после такого разоблачения точно долго не проживу.
В процессе работы над приключениями Гарри Поттера неожиданно всплыла ещё одна проблема. Проблема очков. Слишком дорогими были они в этом мире. Из-за дороговизны оптики, производимой ремесленниками и аптекарями. Большинство населения не могло позволить приобрести себе, а тем более детям, подобные предметы, улучшающие жизнь. Да и проверки зрения никто не проводил. По крайней мере, в нашем княжестве и империи.
Выкрутился я в сюжете книги таким образом,что очки, которые носил Гаррик, оказались артефактными. Наследством от погибших родителей. Они автоматически подстраивались под зрение и были зачарованы от разрушения.
А решив проблему с очками у своего героя, я задумал решить проблему с отсутствием доступных очков и проверки зрения в княжестве. Для этой цели я нанял в Швеции известного офтальмолога Альвара Гульстранда. Который должен был оказать помощь в создании линейки линз для очков моим не очень опытным оптикам. И он же должен был провести проверку зрения у моих пионеров и организовать офтальмологические курсы для сельских врачей.
Мой рассказ о новой книге был прерван появлением в кабинете отца этого семейства, короля Великобритании Георга V.
- Здравствуйте, ваше королевское величество, - вскочил я тут же со стула и поклонился.
При приветствии чуть не ляпнул «императорское величество». Меня постоянно сбивало с толку его внешнее сходство с Николаем II. Я хоть и знал, что они родные кузены, но порой складывалось ощущение, что они — близнецы.
- Здравствуй, Мэтью, - меня покровительственно похлопали по плечу. - Ты подрос с нашей последней встречи. Мария, - обратился король к дочери. - Будь добра, оставь нас с гостем. Иди к матушке. Сопроводи её на приём.
Принцесса возмущенно фыркнула, но возражать родителю не посмела и быстро покинула кабинет.
- Присаживайся, Мэтью, - распорядился монарх и, подождав когда я присяду на стул, продолжил. - Я хотел поговорить с тобой об участии нашей семьи в твоём предприятии по пассажирским авиационным перевозкам. Как ты знаешь, Альберту, - король кивнул на сына. - Ему не наследовать трон. Но он очень увлекается авиацией. Впрочем, как и Генри. И мне хотелось бы, чтобы мои сыновья понабрались опыта не только в управлении аэропланами, но и организации подобных компаний. Я прекрасно осознаю, что за авиацией будущее. Как написал мне Ники, в России сейчас уже более двухсот аэропланов в армии. А у нас нет ещё и пары десятков. Да и с пилотами очень плохо. Поэтому я и обращаюсь к тебе. Твои самолёты сейчас самые надёжные, а пилоты, самые опытные. Вот пусть мои дети и наберутся опыта. В качестве взноса от нашей семьи я могу предложить тебе в дар землю под аэродромы в самых крупных городах Британии и Шотландии, а также освободить твою компанию от уплаты налогов.
- Я буду только рад, если ваши сыновья станут техническими директорами отделения нашей компании в Великобритании, - почтительно согласился я с британским монархом.
Кто я такой, чтобы отказывать королю? А тут ещё и налоги отменят и землю подарят. В будущем эти аэропорты, став международными, могут принести мне неплохую прибыль.
- Ну, я думаю, что им обоим директорами быть не обязательно. Но я очень рад, что ты согласился на мою просьбу, - улыбнулся монарх. - Тогда, в качестве ответного жеста, я выполню любую твою просьбу в пределах разумного.
- Спасибо ваше величество. Вы очень добры ко мне. Я не хотел бы злоупотреблять вашим доверием…
- Мэтью, мой мальчик, не тяни. Просто скажи чего хочешь, а я позже дам тебе ответ — возможно это или нет, - перебил меня король.
- У меня есть интерес к электротехнической фабрике компании «Sterling Telephone Electric». Эта компания начала в 1909 году своё расширение, но, видимо, переоценила свои возможности и сейчас, фактически, банкрот. Я очень бы хотел приобрести именно электротехническую фабрику в Дагенхеме. Но ваше адмиралтейство имеет двадцатипроцентную долю в этом предприятии, и мне его не продают.
  
- Адмиралтейство? Что же они там такое производят? И в чём же твой интерес?
- Телефоны, кабель, сигнализации, бытовые электроприборы. Но адмиралтейство уже два года ничего не заказывает. Я же хочу наладить выпуск стиральных машин и холодильного оборудования в вашем королевстве. Они пользуются огромным спросом, но проще производить на месте, чем ввозить.