Великий диктатор. Книга четвертая (СИ)

- Это как так? Ты мне про это не рассказывал, - укорил меня кузен.
- Я всего лишь придумал новый способ обеспыливания зерна и новую норию, - пожал я плечами.
- Что такое нория?
- Ну, вот смотри, - я накидал Микке простую схему элеваторов, которые были построены у нас по всему княжеству. - Зерно в элеваторе должно быть постоянно в движении — для того, чтобы не возникло возгорание. Нория — эта такая длинная цепь, на которой закреплены полочки, на которых зерно поднимается снизу вверх в рабочей башне, - я ткнул большим пальцем себе за спину, в сторону окна, где на горизонте была видна десятиэтажная башня Гельсингфорского элеватора. - Затем зерно поступает в распределяющий бункер и оттуда по транспортёрам в зерновой корпус. А там оно медленно, с помощью приспособы, похожей на архимедов винт, опускается на самый низ, где попадает на нижний транспортёр, который доставляет зерно в нижний бункер. Откуда его и забирает нория. Цикл замкнулся. Это понятно?
  
- Вполне. А что ты улучшил?
 
- Я вместо полочек установил на самом первом нашем элеваторе, в Улеаборге, ковши. С полочек зерно постоянно просыпалось и это приводило к заклиниванию механизмов. А если использовать ковши, то такое случается редко. Это первое моё улучшение. Но есть ещё одна опасность. Зерновая пыль. Она очень взрывоопасна. И при всех этих перемещениях зерна, её получается очень много. Вот с ней и приходится бороться. Раньше пыль вытягивалась из элеватора только наверху. Вентиляторами. А я для борьбы с пылью придумал насос с фильтрами. Причем, моя система вытягивает пыль и внизу тоже. Как выяснилось, до этого ещё никто не додумался. Дед Кауко зарегистрировал изобретения. И почти сразу у нас приобрела лицензию на эти улучшения «Американская зерновая корпорация Бунге и Борн» (Bunge Born), что окупило нам строительство почти половины всех элеваторов.
Причем, все мои познания об устройстве современных элеваторов складывались из воспоминаний от экскурсии на городское зернохранилище в восьмом классе моей первой жизни. Отец моего одноклассника работал там главным инженером. Вот наша классуха и договорилась через него о посещении этого предприятия. Нельзя сказать, что та экскурсия была довольно длинной и подробной. Но кое-что в моей голове всё-таки отложилось.
- А затем эти приспособы купили голландцы, французы, англичане и русские старообрядцы из «Товарищества паровых механических мельниц Бугрова». Так что мы отбили все траты на строительство элеваторов, - похвастался дед Кауко. - Матти, ты, кстати, перед отъездом в Англию, посети все наши заводы. А то у меня времени на это нет. Проверь что там у них и как.
- Да я и так собирался всех объехать.
- Ты и к Антону Фоккеру заедь в мастерскую. Он сказал, что закончил самолёт по твоему проекту, - оторвавшись от бумаг, напомнил мне Микка.
- Заеду, - пообещал я и, взглянув на часы, стал собираться. - Так, мне на вокзал надо, тестя встретить. Микка, я тебе Антикайнена оставлю, а то тебе тут до вечера сидеть. А так будет кого хоть в ресторацию за едой заслать или кофе сварить. Деда, а ты не хочешь со мной съездить? Со свояком познакомишься, - обратился я к старику.
- Не-не-не. Ты сам сначала. У меня и тут дел полно, - отмазался он.
…..
- Эх, я бы полжизни отдал, чтобы увидеть этих кенгуру, - признался мне Петер Росс и собравшаяся вокруг меня толпа своим гомоном подтвердила, что они тоже не против.
Экспресс из Петербурга опоздал почти на полчаса. Но не успел я приземлиться на лавочку и почитать свежую прессу, как тут же был окружён шестью пионерами-таксистами, дежурившими на вокзале и тоже ожидающими поезд из столицы Российской империи.
До созданного мной с Гюллингом в прошлом году «Финляндского таксомотора» у нас в княжестве не было подобной услуги. Все перевозки осуществлялись только гужевым или городским электротранспортом. В других городах мира и империи таксомоторные компании уже существовали, а у нас — нет. Вот и пришлось озаботиться. Тем более, что эта идея очень понравилась городским властям, и нам даже предоставили налоговые льготы.
Всего в Гельсингфорсе на данный момент работало полсотни таксомоторов. Ничтожно мало, если сравнивать с североамериканской компанией «New York Taxicab Company», в которой на конец 1912 года числилось уже более тысячи мобилей.
По моей инициативе все закупленные «Sisu-2» были покрашены в ярко-жёлтый цвет и были оборудованы механическими таксометрами. Русские «таксиметры», выпускаемые в Петербурге, были слишком громоздкие и ненадёжные. Поэтому пришлось разрабатывать, внедрять и производить свой собственный счётчик.
Вот водители такси, узнав меня, и прибежали поздороваться и пообщаться. В основном, мы обсуждали мою новую книгу «Томми в стране кенгуру». Постепенно, к нашему разговору, подключались всё новые и новые собеседники, пока вокруг меня не собралась преизрядная толпа.
- Петер, я скоро поеду в Англию и постараюсь купить это животное в Лондонском зоопарке для нашего, - пообещал я этому потомку шотландцев, переселившихся в Финляндию ещё в средние века. - И ты сможешь увидеть его, не теряя половины жизни.
Вообще, у нас в княжестве шотландские фамилии встречаются довольно часто. Особенно во власти. Тот же генерал Рамзай и градоначальник барон фон Борн. И даже вполне себе по местному звучащая фамилия Олла, имеет шотландские корни.
Разогнал толпу вокруг меня дежурный по вокзалу, который увидел приближающийся состав и принялся звонить в колокол.
Отца Татьяны я узнал сразу. Оригинал почти ничем не отличался от последнего фотопортрета барона фон Коттена. Короткая стрижка и будённовские усы. Вот только вместо формы — цивильная одежда.
- Михаил Фридрихович, добро пожаловать в Гельсингфорс, - поприветствовал я тестя, когда он ступил на перрон из вагона второго класса. - Как добрались? Надеюсь, поездка была не очень утомительной?
- А вы кто? - удивленно изогнул бровь мужчина и ухмыльнулся.
 
- Матвей Матвеевич Хухта, - представился я, ни на мгновения не сомневаясь, что уж жандармский полковник, точно знает к кому отправлял свою семью. - Муж вашей дочери. Старшей. - Решил я уточнить на всякий случай, видя как расширяются от удивления его глаза.
- Муж? Это как понимать?
Перкеле! Неужели тёща и Татьяна не сообщили ему о свадьбе?
 Глава 5 
Глава 5
- Ну, слава Богу! Дождался, - неожиданно произнёс тесть и размашисто перекрестился. - А я всё боялся, что она в старых девах останется. Дай я тебя поцелую, зятюшка.
После чего полез обниматься, и я понял, что мужик просто-напросто пьян. Причем, пьян до изумления. Как он ещё на ногах держался, для меня оставалось загадкой.
- В ресторан! Это надо отметить! - сразу после обнимашек заголосил тесть и приказал почему-то на немецком. - Веди меня отсюда, муж моей старшей дочери. Ик. Здесь у вас очень шумно.
Ну, ещё бы не было шумно. Новый вокзал достраивают. А напротив вбивают сваи под фундамент небоскрёба деда Кауко.
- Пойдёмте, господин барон. В автомобиле поговорим, - я одной рукой подхватил его чемодан, а второй вцепился в его локоть и поволок с платформы, так как вокруг нас опять начала собираться любопытствующая толпа. Но спокойно усадить себя в мобиль он не дал, вдруг заинтересовавшись устройством дверного замка, когда я отпер дверь переднего сиденья.
  
- Никогда такого замка не видел, - заявил мне новый родственник. - Матвей! Матвеюшка! Какое хорошее у тебя имя, ик. А можно ключик посмотреть?
Замки на автомобили мы стали ставить два года назад, как только сумели довести до ума дисковый замок, который изобрёл гельсингфорский слесарь Эмиль Хенрикссон. Не найдя понимания у руководства своей компании, специализирующейся на выпуске сейфов, он принёс своё изобретение мне. И не просто чертёж, но и один готовый образец. Что позволило мне вспомнить, что дисковые замки в моём мире называли ещё и финскими.