Любовь под прицелом. Рикошет (СИ)

– Не знала, что ты умеешь варить какао, – нарушила тишину со смешком, опускаясь на высокий барный стул.
– А ты вообще мало что обо мне знаешь, – подмигнул мне парень, на секунду оторвавшись от процесса. – Поэтому предлагаю исправить это упущение.
Губы против воли растянулись в улыбке – особенно после того, как Артём уселся напротив, поставив на стол две дымящиеся кружки. Есть в этом человеке что-то такое, что приковывает внимание и разжигает желание узнать его получше – наверно, его открытость, несмотря на то, что работа предполагает максимальную секретность.
– Думаешь, меня кто-то будет искать? – глухо поинтересовалась я, рассматривая что-то на дне кружки.
Вопрос не был праздным – жить и постоянно оглядываться через плечо в напряжении не хотелось. Но и махнуть рукой на возможную опасность тоже было бы недальновидно.
– Лер, твой отец далеко не глупый человек, и уж точно не паникёр. – Артём криво ухмыльнулся и отхлебнул из кружки горячий напиток. – Хотя та информация, которую вы с другом смогли получить… Ты, возможно, не осознаёшь, но морды, которые вы так ловко срисовали на камеру – это не мелкие сошки. То есть, вы не просто смогли предотвратить очередной долбанный теракт ещё на моменте его обсуждения. У вас получилось раскрыть лица далеко не последних ублюдков в их системе, и поверь – за это не просто ищут, за такие номера убивают. Вы молодцы, Лер, правда, молодцы. Информация на флешке оказалась важнее, чем ты думаешь.
– Но какой ценой она нам досталась...
– Ценой сотен спасённых жизней, если не больше. Вадим погиб не зря: это не глупая смерть самоуверенного идиота с камерой, а уход героя. Я уверен, его жену и детей не оставят без поддержки. Уж что-что, а благодарными наши генералы быть умеют, хоть и посмертно.
Я с трудом переварила всё это в голове и попыталась поставить себя на место Марины, но у меня не получилось: лично я бы себя ненавидела.
С тяжёлым вздохом поднялась на ноги с явным желанием снова спрятаться в комнате, но уйти просто так мне не дали – крепкие руки ухватили за плечи и развернули лицом к своему хозяину. Я внимательно всмотрелась в лицо Артёма и разглядела в его глазах решимость, которая меня немного напугала, но парень не имел в виду ничего... такого.
Прежде чем он начал говорить, я решила задать вопрос:
– Как думаешь, я могу вернуться в свою квартиру? Жить с отцом временами бывает... трудно.
Артём немного сильнее сжал мои плечи, выражая молчаливую поддержку, и уверенно прервал меня:
– Хорошо. Но прятаться от проблем тоже не вариант – чем раньше примешь реальность, тем проще будет, в первую очередь тебе самой.
Я кивнула, чувствуя некоторую благодарность, и всё же поднялась в свою спальню, потому что завтра тяжёлый день: меня ждёт очередной съезд журналистов, на котором выберут двух-трёх кандидатов для участия в ежегодном конкурсе. Если всё выйдет, то в следующем месяце у меня появится возможность занять руководящий пост в одном из ведущих агентств и забыть, наконец, про эти вылазки в горячие точки.
Жаль, что Вадима при этом рядом не будет…
Сон вышел тяжёлым: я просыпалась практически каждый час, через раз мучаясь кошмарами – стоит ли говорить, что, встав в шесть утра, я была похожа больше на зомби, чем на человека?
После того как смогла привести себя в более-менее человеческий вид, спустилась вниз; на кухне, куда я пришла за порцией крепкого кофе, меня встретили мои охранники в полном составе. Все пятеро были до противного бодрыми и уже что-то активно обсуждали. Я же еле смогла заставить себя выдавить полагающееся приветствие. А после пары глотков кофе уже более осознанно обвела взглядом притихших «нянек» и поняла очевидную вещь.
– Эмм… Кажется, у нас небольшая проблема… – виновато улыбнулась. – Боюсь, моя двухкомнатная квартира не рассчитана на такое количество человек. Может, кто-то останется здесь? Там в одной комнате вы вряд ли поместитесь, а в свою спальню я никого не пущу.
По смеющимся глазам Артёма стало понятно, что он готов попытаться исправить последний пункт, и мне пришлось прикусить губы, чтобы не рассмеяться над выражением его лица. То, что у нас так хорошо складываются отношения – это хорошо, а слишком хорошо – тоже нехорошо, так что... Я всё ещё раздумывала о том, стоит ли держать его на расстоянии, пока мы шли к машинам, но так ни до чего и не додумалась. А когда он примостился рядом, закинув свою лапищу на спинку сиденья, мне вдруг захотелось, чтобы он всегда был рядом – такой надёжный, сильный, готовый защитить от всего и всех. Уверена, что и отец из него вышел бы отличный.
 
Стоп, что? Я серьёзно думаю об этом сейчас?
Совсем с ума сошла.
Я постаралась переключить внимание на события, которые ждали меня впереди, и откреститься от мыслей о человеке, сидящем опасно близко. Стоило подумать, что Вадим не одобрил бы моей несобранности, как я тут же протрезвела: наверно, теперь только такая мантра и будет возвращать меня в действительность.
К нужной высотке мы подъехали относительно быстро – у меня даже было время поправить макияж и переодеться во что-то более консервативное. Пока двое вояк осматривали территорию, а третий с кем-то трепался по телефону, оставшиеся двое, включая Артёма, поднялись вместе со мной на самый верхний этаж.
– Кому он звонит?
Неужели докладывает отцу?
Артём понимающе усмехнулся.
– Кажется, парни пытаются снять квартиру в аккурат под твоей.
– И у них это получится?
Насколько мне известно, стоит тут жилплощадь недёшево, а мой папа вряд ли раскошелится на ненужные траты…
Перебив ход моих мыслей, у Артёма тренькнул телефон, оповещая о пришедшей смс-ке, и я вопросительно уставилась на парня.
– Нет проблем. Квартира наша.
Моя челюсть с грохотом ухнула куда-то под ноги – вот это скорость!
С появлением двух крепких мужчин моя двушка как будто стала ещё меньше, если такое вообще возможно. Пока я приводила себя в порядок, спрятавшись в ванной, они изучали содержимое моих шкафов – это что, в самом деле так необходимо? – и зачем-то проверили вентиляцию. Уже через десять минут такая маниакальность начала меня раздражать, и я уговорила Артёма отправить в квартиру ниже и четвёртую няньку, но тот не согласился.
«Терпи, казак – атаманом будешь», – словно говорили его глаза.
Ну, мне, в общем-то, больше ничего и не оставалось.
Закончив с подготовкой, я проинформировала всех о том, что можно выдвигаться, и охрана тут же пришла в движение. Представила, как все коллеги будут пялиться, когда я появлюсь с таким конвоем, и мне уже заранее стало нехорошо.
Вот только до нужного здания мы так и не доехали – точнее, даже двор моей высотки не покинули.
Стоило нам отойти от подъезда на пару шагов, как мир вокруг взорвался звуками: громко завизжала девушка, которая просто вышла на прогулку с собакой; рядом крепко выругался Артём, и всё закрутилось, словно в колесе. Понять, что происходит, я смогла не сразу. Меня сильно оттолкнули назад – да так, что я упала на асфальт, больно обдирая локти и колени. Но именно это заставило меня очнуться, а мой мозг – начать воспринимать происходящее вокруг. Мои охранники что-то кричали, матерясь на неизвестных, что активно напирали на них, не гнушаясь грязными приёмами в попытке добраться до... меня?!
Откуда они вообще тут взялись?!
Ужас прокатился ледяной волной вдоль позвоночника, и я будто снова оказалась в лесу; опять бежала, не разбирая дороги, и спотыкалась о корни деревьев, гонимая страхом, нерусской речью и глухими звуками выстрелов за спиной. Снова, как и пару дней назад, я почувствовала себя дичью, которую загоняют охотники, и у меня было всего одно желание – выжить.
Когда на моих глазах, как подкошенный, рухнул сильный, тренированный боец, горло сдавила паника. А увидев кровь, расплывающуюся под телом того, кто должен был охранять меня, двор пронзил громкий крик, и до меня не сразу дошло, что именно я была его источником. Я визжала на одной высокой ноте и не могла отвести взгляд от того ада, что творился передо мной. Хотелось сесть и зажать уши руками до того момента, пока всё это не прекратится, но вместо этого я гипнотизировала погибшего охранника.