Развод. Внебрачный сын мужа (СИ)

Ярослав был все ближе, и я с замедленным осознание сообразила, что если Ольга знала его в лицо, то и он ее тоже знал. Сердце заходилось все сильнее бегом, и я облизала пересохшие губы.
Нет.
Сейчас скандал будет меньшим из зол. И я реально верила, что все же смогу уйти от него нормально, а не так как сейчас…
Ярослав остановился у столика и посмотрел на Ольгу. Та кивнула и муж зло усмехнулся. Потом перевёл взгляд на меня и сказал едко:
  
— Я же просил отвечать на телефонные звонки, — муж упёрся ладонями в стол и заметил бумаги. Перегнулся через меня и подхватил их. Вчитался, а потом обернувшись к Ольге, насмешливо заметил: — Серьезно думаете, что это подействует?
— Мы будем судиться, — запальчиво сказала Ольга, резко поблекнув на фоне Ярослава.
— И это будет последний ваш суд, — Яр пристально всмотрелся Ольге в глаза и произнес, цедя каждое слово: — Неужели вы считаете, что у меня не будет связей, которые помогут вам поменять работу, Ольга?
И я с ужасом поняла, что скорее всего потеряла своего юриста.
 Глава 18 
— Я не откажусь от своего клиента, — усмехнулась Ольга, и я прикрыла глаза. Ярослав хмыкнул и дотронулся кончиками пальцев до подбородка.
— В таком случае я вам сочувствую, — сказал муж через секунду и смял все бумаги, бросил на стол. — И это полное дерьмо. Можете подтереться всем этим, а не дурить голову моей жене. И не забывайте со своей справедливостью, что надеясь на огласку, вы все равно ничего не выиграете и не заставите общественность поверить в мою неблагонадежность, потому что моя фирма перечисляет восемь и пять процентов доходов во все эти ваши фонды помощи женщинам пострадавшим от домашнего насилия. Даже если вы на каждом углу будете орать какой я мудак, вам половина не поверит, а вторая половина вообще не поймёт о ком вы говорите.
Ярослав не разговаривал, а бил словами.
Я и не знала, что он и такие варианты просчитывал. Я не думала, что при его громких делах, он все равно умудряется для кого-то оставаться хорошим.
— Ярослав, вы забываетесь… — сказала Ольга, и мой муж фыркнул, а потом сложил руки на груди.
— А вы не представляете куда лезете. Не мешайтесь под ногами и сохраните остатки карьеры, иначе так и будете давать бесплатные консультации в сети, — рубанул муж и, взглянув на детский уголок, позвал: — Алиса, Матвей, мы домой!
Дети подошли, причём Алиса подбежала и подпрыгнула пару раз, чтобы Яр взял ее на руки, и муж, наклонившись, взял. Поцеловал в маленький носик. Погладил Матвея по голове и поймал его маленькую ладонь, а потом холодным голосом обратился к Ольге:
— Посмотрите какая счастливая семья, а вы все разрушить хотите, — едко и со злостью произнес Яр и перевёл взгляд на меня. — В машину. Быстро.
Яр с детьми вышел из кафе. Алиса что-то ему рассказывала на ухо и только Матвей испуганно оборачивался и искал меня глазами. Я встала из-за стола и, выдохнув, сказала:
— Значит через суд?
— Виктория, он вас не отпустит, — повторила Ольга. — Забирайте детей и мы вас определим в центр помощи…
— Это не мой сын, вы же понимаете? — спросила я сдавленно. — А уйдя с двумя детьми, я подпишу себе приговор.
— Уходите с одним…
— Муж не подпустит няню, и не позволит отвезти ребенка к своим родителям, поэтому у меня есть один вариант, найти мать Матвея. И уже после уйти. — Ольга понятливо кивнула, и я почти отошла от стола, как вдруг у меня возник вопрос: — Как можно переоформить свидетельство о рождении ребёнка?
Ольга растерянно посмотрела на меня, и я уточнила:
— Муж сказал, что я записана матерью, — я потерла подбородок и выдохнула. — Этого же не может быть? Это какой-то подлог? Или это сначала лишили родительский прав мать Матвея…
— Пришлите мне фото, Виктория, — Ольга встала из-за стола. — Если свидетельство подлинное, то лучше вам не разводиться с мужем у нас в городе.
— Почему?
— Если он смог сделать такое, то про судей, прокуроров и лжесвидетелей я вообще молчу. Скорее всего документы не подлины и это один из способов давления на вас. Я очень на это надеюсь.
Мы с Ольгой вместе вышли из кафе, и я прошла к машине мужа. Села на переднее сиденье и пристегнулась. Яр сам был за рулём и барабанил пальцами по рулю, но рядом с детьми не начинал разговор.
Какие-то печальные полчаса до дома прошли словно вся жизнь. Я кусала губы и теребила ремень. Яр готов был взорваться от него волнами исходила лютая ярость. Он душил ее в себе, уговаривал потерпеть, но как только я отпустила детей в детскую, у мужа сорвало тормоза. Он подхватил радионяню и, шагнув ко мне, сдавил мою руку. Развернул к спальне и втолкнул в нее.
— Ты другого юриста выбрать не могла, да? — зашипел Яр, почти брызгая на меня ядом.
— Какого выбрала, такого выбрала. Она единственная согласилась работать со мной, зная кто мой муж, — в тон мужу отозвалась я и стянула с себя носочки, бросила в корзину для белья и развернулась к мужу.
— Ты хотя бы понимаешь какая это тварь? Ты знаешь, что эта идиотка из правовой базы знает три закона, но зато шума поднимет как минимум на групповое убийство? — хрипел Ярослав, взмахивая на каждом слове у меня перед носом пальцем. — Два года назад эта коза защищала в суде жену хоккеиста Столярова. Я знаю этого мужика. Это тот спортсмен, который не самый талантливый в математика, но капец какой душевный мужик. Он своих двух детей на руках носил. А эта твоя Ольга обвинила его в домашнем насилии. Жену закрыли в центре помощи и дочка старшая, восемь лет ребёнку, Вик, вдумайся, восемь лет, стала ходить под себя. Потому что у неё отобрали самую главную защиту — отца. Он выл ходил под стенами этого центра. Но зато Ольга была молодец. Вся сеть орала какой он тиран и насильник. А он тупо пьяным в баре уснул и позвонила жене девка, которая вытащила мобильник. И ладно бы же ее просто за любовницу приняла. Нет. Эта девка выгребла все его карты. Семь лимонов было на всех счетах. Ты представляешь просто, семь лимонов. И утром он без копейки оказался. Зато жена играла убитую горем истеричку…
Ярослава несло с такой скоростью, что мне казалось его инфаркт сейчас стукнет. У мужа покраснело лицо и венка на лбу пульсировала со скоростью света.
— Видите ли она подозревает его в измене и поэтому хочет развестись, а то что мужик ни в чем не виноват никого не волновало. Его пресса полоскала полгода. С ним клуб разорвал контракт. Да, Ольга молодец, не оставила его жену в беде, но только жена эта без нее и не знала этих бед никогда!
Я сдавила пальцы в кулаки и выдохнула тихо:
— Яр, но ты точно изменял…
Муж застыл, как и стоял и потрясено перевёл на меня взгляд. Он туго сглотнулс и его лицо постепенно стало светлеть. Яр приходил в себя.
— Это не повод… — хрипло произнес он. — Потому что если по вине этой козы мои дети начнут плакать, я разнесу все к чертям. Я не тот случай, когда буду ходить и выть под окнами. Я камень на камне не оставлю от любого центра, и если Алиса хотя бы слезинку проронит… В этом городе всем тесно станет…
Яр вышел из спальни и хлопнул дверью. Я тяжело опустилась в кресло. Зажала лицо ладонями.
Муж нашёл меня слишком быстро. Конечно. Никаких маячков не надо, когда есть семейный доступ к учётной записи в телефоне и один аккаунт в такси. Муж просто посмотрел, где была финальная точка. Но он никогда не был таким настойчивым. Обычно просто уточнял, но никогда никуда не приезжал. Даже тот раз когда я встречалась с Ольгой, он не стал меня искать, а просто поехал за детьми.
Что изменилось?
Я откинулась на спинку кресла и в коридоре раздался громкий детский смех с визгами. Алиса развлекалась.
  
Ужин снова превратился в цирк. Только мне и Матвею не было весело, зато Алиса решила проверить на терпение Ярослава и то к нему в тарелку лезла своей вилкой, то у себя из тарелки перекладывала мужу брокколи.
Нет. Алиса папина дочка. Яр к ней даже по-особенному всегда относился. И ей можно было все. Я не представляла каким он будет отцом для Матвея. Да он и особо не стремился утвердиться в этой роли.