Как перевоспитать вампира за 30 дней (СИ)

— В какой комнате остановился тот посыльный? — оживился я.
— Тремя дверьми правее вас, — ответил старик, расчищая очаг. — Откушать не желаете?
Мотнув головой, чуть ли не бегом сорвался с места. Стучать пришлось долго — я стал подозревать, что разбудил Дину, но носа из комнаты она не высунула.
Дверь наконец открылась, и на пороге показался сонный увалень.
— Господин…
— Мы должны выезжать сейчас же. Там почти распогодилось.
— Может, подождем хотя бы до обеда, чтоб удостовериться? — Стефан зевнул и поежился.
— У нас нет времени. В случае чего доберемся до постоялого двора, где останавливались по пути сюда.
Еще одной ночи, проведенной в этих стенах бок о бок с Диной, я бы не выдержал.
  
Глава 34. Деревенские авантюристы
 
Глава 34. Деревенские авантюристы
То ли судьба надо мной сжалилась, то ли вновь решила посмеяться, толкнув навстречу сокрушительному провалу. Двое последующих суток погода благоволила, и чем дальше мы были от Чертовой заводи, тем яснее становилось небо. Нигде подолгу не задерживались — спешились лишь пару раз у трактиров. Когда поредевший лес остался позади, дорога побежала меж привычных холмов и вскоре выровнялась. Очертания городков, разбросанных вдоль тракта, пронеслись перед глазами в два счета.
И вот, глубокой ночью, не жалея лошади, мы въехали в столицу. Весь мир мерк перед ней: она утопала в огнях, благоухала изысканными духами дам и сигарами джентльменов, звенела от музыки, шелестела деньгами, спускающимися на каждом углу. По улицам разъезжали не грязные телеги, к которым я успел привыкнуть, а роскошные кареты. Одни возвращались со светских приемов в свои особняки, другие только выходили поохотиться — их встречали вышколенные лакеи. Дома, высившиеся то тут, то там, казались мне как никогда большими и фешенебельными, заведения же манили заглянуть внутрь.
Я был готов отдать все, чтобы вернуться. А впрочем, не отдал ли я уже?..
Дом Тадеуша находился в старой части города, потому пришлось пересекать центр, который всегда патрулировался. Телега, громыхающая ночью по столице, не могла не вызвать вопросов. Но, как ни странно, ни один блюститель порядка нам не попался. Лишь некоторые "променадчики" оборачивались вслед, разглядывая разношерстных путников.
Стефан остановился у ворот. Я помог Дине спуститься и выглянул из-за забора. Свет теплился не только в коридорах, но и в угловой комнате на втором этаже.
Тадеуш был дома.
— Поезжай к особняку деда. На рассвете, когда принесут утреннюю корреспонденцию, отдай конверт вместе с ней дворецкому, дождись обратного письма и возвращайся сюда, — велел я кучеру.
Телега тронулась. Дина осоловело захлопала глазами в ожидании. Огни столицы мою спутницу не впечатлили — дорога уморила ее так, что она еле на ногах держалась.
Привратник отлучился на обход, и двор, освещенный одиноким фонарем, пустовал. Бить в ворота и поднимать посреди ночи шумиху не хотелось — Тадеуш вряд ли бы обрадовался. На ум не пришло ничего, кроме…
— Придется перелезть через забор.
Дина боязливо покосилась на кирпичную ограду.
— Шутишь?
— Полезай первая, я подсажу. — Я уже был наготове. — Скорее, привратник сейчас вернется! Поверь мне, с ним не сговоришься!
Сняв пожитки, рыжая забралась с моей помощью на ограждение и свесила ноги на ту сторону. Я и глазом моргнуть не успел, как она ухнулась вниз! Послышался глухой звук падения и шелест примятой травы.
— Ты жива? — тихо спросил.
— Бок ушибла, — буркнули в ответ.
Следом во двор приземлилась котомка с метлой, после чего через забор перемахнул я. Размял руки — вспомнил молодость! Именно так я сбегал от барышень, когда дед еще не подарил мне особняк.
Проскочив аллею, мы взлетели вверх по ступеням, и я застучал увесистым молотком. Послышались торопливые шаги — из-за приоткрывшейся на цепочку двери показался дворецкий.
— Господин Готи? — узнал меня давешний слуга. — Господин Ракоци не предупреждал о вашем визите…
— Дорин, немедленно доложи ему, что я здесь, — перебил дворецкого. — Дело не терпит отлагательств.
 
Несколько секунд слуга с подозрением разглядывал Дину. Особенно смущал его веник, которая рыжая усердно прятала за спиной.
— Дорин?! — повторил раздраженно.
Дворецкий нехотя снял цепочку и пропустил нас в холл. Я не нуждался в расшаркиваниях, потому без лишних приглашений завернул в просторную гостиную.
Когда все канделябры были зажжены, Дорин удалился будить хозяина. У Дины, впервые попавшей в такую обстановку, сон как рукой сняло. Ясное дело, не деревенская хата! Взгляд ее блуждал по интерьеру: тут тебе и хрустальная люстра, и диваны с бархатной обивкой, и шелковый ковер, и рояль на случай званых вечеров. А в позолоченной раме над камином — портрет владельца, человека, в изыски не вписывающегося.
На лестнице раздались голоса, и из-за колонны вынырнула туша в халате и ночном колпаке. Заметив меня, Тадеуш чуть ли кубарем не скатился вниз.
— Мать честная… — Он хлопнул в ладоши. — Да разве сны бывают такими правдоподобными?
— Давно не виделись, домосед! — пошел ему навстречу с распростертыми руками.
— Ты посмотри, живее меня будет! — Толстяк по-дружески обнялся со мной. — Твой отдых в пасторали кончился? Знатно тебя потрепало… — вынес вердикт он, с удивлением рассматривая меня.
— Не совсем, — оправился я. — Чтобы отдых кончился, нужна твоя помощь.
— Как скажешь! — Тадеуш переплел пальцы на брюхе и наконец заметил Дину, переминающуюся с ноги на ногу. — Разве ты не со своим гоблином уезжал? На кой черт ты привел в мой дом горничную?
Спиной ощутив ее взгляд, нервно кашлянул.
— Это не горничная. Это… ведьма. Дина, — сказал я с оглядкой на метлу. — Она поможет мне вернуть особняк.
Напрягшись при слове "ведьма", Тадеуш попытался отшутиться:
— Решил испробовать народные средства?
— А есть другие предложения? Ты мне даже сообщить ни о чем не соизволил! — вскинулся я. — Предоставь-ка ей комнату со всеми удобствами. Мы почти трое суток тряслись в дороге.
— Дорин! — засуетился Тадеуш и расплылся в неловкой улыбке. — Прошу прощения, не признал… У нас тут ведьмы в диковинку!
Последовавший зырк не оставил сомнений: "горничную" мне еще долго будут припоминать… Вскоре комната была готова, и дворецкий увел Дину. Тадеуш распорядился подать горячего чая и шепнул мне:
— Почему она все время молчала? Прокляла уже, да?
— Когда скромность успела стать чем-то скверным? — усмехнулся я, подойдя к окну. — Выкладывай, что изменилось в мое отсутствие.
— Ну, Эржебет, с которой ты крутил шашни по весне, сделал предложение скряга Карл, свадьба через месяц, — развалившись на диване, стал перечислять друг. — Нику спустил все деньги на тур по Средиземноморью, а Адриана…
— Я, конечно, рад за них, — прервал его на полуслове, — но это не то, что меня интересует. Что с моим домом? Ты был там?
Тадеуш замешкался.
— Нет. Твой дед провел сделку быстро, и уже через пару дней после того, как ты уехал, его заполучили Милош с Зораном.
— Наверняка все об этом посудачили… — сквозь зубы процедил я. — И что же, они бывают там?
— Не знаю. Никого из этой шайки я не видел, — странно отозвался друг.
— Даже Ольгу? — обернувшись, с подозрением прищурился.
— Я справлялся о ней интереса ради, но она как в воду канула, — заверил Тадеуш.
— И все-таки ты недоговариваешь, — смерил его укорительным взглядом.
Толстяк поджал губы и, вздохнув, неохотно сознался:
— Послезавтра, в пятницу, в твоем особняке намечается званый вечер. Мне тоже пришло приглашение.
Не веря ушам, я подлетел к нему.
— Мы с Диной должны попасть туда!
***
Утро в доме Тадеуша началось далеко за полдень. Разговоры в гостиной не утихали до рассвета: я пересказывал другу все, что приключилось со мной за эти недели. Услышав про сельского черта и призрачного писателя, он явно решил, что я свихнулся, а потому под конец беседы сам горел желанием вернуть мне особняк. Как можно быстрее.