Как перевоспитать вампира за 30 дней (СИ)

Но рыжий метеор оставался непреклонен.
— Да подожди ты! — Дернул ее за кончик шали. — Лучше помоги нам с Чубом…
Дина, резко затормозив, обернулась на меня явно не веря своим ушам.
— С Чубом? Когда это вы успели поладить?
— Яблоко раздора съедается гораздо проще, когда есть, чем запивать, — намекнул я на пристрастия старика.
— И с чем нужна помощь? — все еще с подозрением в голосе спросила рыжая.
— Мы хотим Оксану с Вакулой свести.
— Вам что, заняться нечем? — Дина не сдержала смешок.
— Почему нечем? Напротив, Чуб обеспокоен судьбой дочери! У Оксаны ведь не задалось с этим Андрийкой, который не захотел брать ее замуж, а у Вакулы не сложилось с Ингой. Как тут не поспособствовать счастью двух одиноких сердец? — Прямо почувствовал себя преуспевающей свахой! — Тем более когда-то Чуб хотел выдать среднюю дочь за Вакулу…
— Помню, — сдалась Дина. — Инга говорила, что Вакула долго Оксану вспоминал…
— Тогда зачем он эту проходимку взял в жены? — озадачился я.
— Инга соперниц не любила. Уж если на мужика какого-то глаз положит, пиши пропало. До последнего добивалась, чтобы все под ее дудку плясали, — фыркнула Дина, с неприязнью вспоминая бывшую подругу. — Только чем я вам помогу?
— Может, чарами? — Я выглянул из-за палатки с медом, загораживающей обзор. К Вакуле уже подходили люди. Чуб косился в его сторону, не предпринимая никаких действий.
— Колдовство любви — враг, а не помощник, — категорически заявила Дина и продолжила путь.
— Пускай у них хотя бы дорожки чаще пересекаются! — вспомнил рогатого, заведующего местным дорожным движением.
— Всё должно быть от чистого сердца, — отвергла предложение Дина, но все-таки остановилась. — Одно только сделать могу, из жалости к Вакуле. Оксане бархатцы, кажется, нравились. Однажды он их для нее достал и как раз собирался подарить, но на пути Инга попалась. Прикинулась дурочкой, мол, это мне? Мои любимые цветы!
— Сельские страсти, — качнул головой я.
— Смейся-смейся, да только Оксана это увидела! — хмыкнула рыжая. — По ярмарке целыми днями расхаживает торговка цветами. Раз уж мы здесь, я прогуляюсь до лавки чародея. По пути разыщу ее и скажу, чтобы направлялась к вам. Если Вакула захочет, он обязательно сделает так, чтобы на сей раз подарок попал в те руки.
Не успел я и глазом моргнуть, как Дина исчезла в толпе. С каждой минутой на ярмарке прибавлялось людей, а на пустовавших местах вырастали новые палатки. Протиснувшись между желающими отведать меда, я завернул к телегам и застал приличную очередь.
— Капустка хрустящая, сочная! Яблочки наливные, сладенькие! Подходи, бери! Если с капусткой вместе возьмешь, отдам за полцены! — голосила без разбору Маруся.
— Смотрю, торговля идет. — Я подошел к Чубу. — Да и Вакула без дела не сидит.
— Никак отвлечь его не могу! — пожаловался старик. — Оксанка места себе не находит… — кивнул он на дочку, съежившуюся на жерди повозки.
Видя, как кузнец мечется между приемом заказов и любопытствующими покупателями, я смекнул, что нужно сделать.
***
Торговка цветами доползла до нас, когда Оксана уже битый час помогала Вакуле записывать заказы. Их оказалось куда больше, чем ожидал кузнец. Сначала девушка делала это неохотно, боясь лишний раз поднять глаза, но чем дольше она находилась в его компании, тем разговорчивее становилась. А когда Вакула купил ей букет огненно-красных бархатцев, которые торговка так активно предлагала, Оксана и вовсе просияла. Бледное личико приобрело нежный румянец, да и сам кузнец уже не казался таким хмурым. Довольный Чуб подумывал пригласить Вакулу на ужин, я же готовился считать выручку. Нераспроданными остались лишь два мешка…
— По глазам вижу, хризантемы понравились! — пристала ко мне настырная торговка.
— Мне ничего не надо, — отмахнулся я.
— Нет, надо! — Она всучила мне цветы. — Я ради вас с нагретой точки ушла! Там бы у меня за час все раскупили, так что компенсируй! — Женщина даже не думала сдвигаться с места.
Нехотя оглянулся на Марусю — та как раз отбирала морковь покупателю, стоя к нам спиной. Незаметно вынув из раскрытой мошны пятак, протянул торговке со словами:
 
— Этого достаточно?
— Пойдет! — Цепкие пальцы мигом спрятали вознаграждение в карман фартука.
Если у цветов были глаза, то только что мы обменялись самыми что ни на есть непонимающими взглядами! И куда теперь девать веник?..
— Когда отчаливаем? — раздался позади голос рыжей.
Кажется, придумал!
— Это тебе! — выпалил я, протянув хризантемы Дине. Не пропадать же добру! Тем более купленному на казенные деньги!
— Разве есть повод? — опешила она.
Как там черт говорил, когда с букетиком васильков меня отправлял?
— Для настроения! Тем более сегодня я его тебе испортил…
Несколько секунд мы молча моргали, глядя друг на друга. Я сам слегка оторопел! Вот уж не думал, что когда-то снизойду до подобного…
— Спасибо… — Дина осторожно взяла цветы и вдруг робко улыбнулась.
В этой улыбке было что-то такое… отчего мне самому на удивление стало приятно.
— Э-ге-гей! — Чуб, светясь от радости, легонько стукнул меня по плечу. — Представляешь, упросил-таки Вакулу прийти к нам вечерком! Поначалу смущался, отнекивался, мол, работы набралось… но на Оксанку-то посматривал! — Старик оглянулся на дочку, которая помогала кузнецу подсчитывать выручку. — В общем, как вернемся, через часик-другой Наталка стол накроет! Только я вот чего подумал… — Кузьмич потер усы. — Не спугнуть бы нам Вакулу. Еще подумает, что я его к Оксанке свататься раньше времени заставляю! Приходи-ка и ты, пан завхоз, для отвода глаз. Все-таки без тебя бы дело не спорилось! — Тут Чуб заметил Дину, стоящую за моей спиной с букетом в руках. — Ох ты ж… чего сразу не сказал? И спутницу свою заодно бери!
  
30.2
 
30.2
"Спутница" моя после такого и вовсе язык проглотила. Всю дорогу она переводила взгляд с меня на хризантемы и обратно. Казалось бы, на что способны захудалый букет и приглашение на ужин? Но от былой вредности не осталось и следа! Даже складки между грозно сдвинутых бровей разгладились! Впрочем, отказываться от компании Дины я не собирался — всяко лучше, чем просто сидеть и смотреть, как Чуб окручивает будущего зятя.
Вернувшись в хату, первым делом пересчитал купюры. Учитывая, что пан жаловался на убытки, сумма должна была порадовать. Маруся еще на ярмарке отобрала мелочь в награду честно трудившемуся народу, а остальное велела отдать Захару. Именно лекарь заведовал высылкой денег пану — для этого он раз в несколько месяцев наведывался в почтовую контору.
Купюры, приятно шелестящие в руках, натолкнули на логичную мысль… В самом деле, я давно ходил как оборванец, не имея сменной рубашки! Туфли так вообще вот-вот должны были продырявиться… Почему бы не съездить с Захаром в город и не прикупить себе хоть что-то?
— Даже не думай, — донеслось с портрета. — Казнокрадов и без тебя весьма порядочно будет.
— Но я заслужил! — Почувствовав укол жадности, аккуратно продвинул банкноту в рукав. Хоть в карты я проигрывал часто, кое-какие фокусы провернуть мог.
— Позволь спросить, чем? — с издевательскими нотками в голосе спросил дядька.
— Вообще-то, на ярмарку ездили под моим начальством! — с важным видом заметил я.
— То, что ты рядом постоял, тебя начальником не делает. Не твоими стараниями урожай взрастился, не твоими стараниями продался. — Николя выглянул из своего кресла. — Так что, голубчик, вынимай из рукава купюру. Шулер ты, может быть, и ловкий, но меня так просто не проведешь!
Глазастый, зараза! Пристыдить решил! Ладно, они ведь полежат у меня до завтра… Возьму, прежде чем отдать Захару.
— Еще похитрить вздумай! — надзирательно прозвучало вслед.
— Мысли, что ли, читаешь? — с недоумением обернулся.
Но Гоголь уже как ни в чем не бывало слился с портретом. Только глаза едва заметно сверкнули в качестве предупреждения.