Как перевоспитать вампира за 30 дней (СИ)

Мгновение — и дед, перелетев через меня, оказался впереди. Черные усы всклочены, глаза вот-вот полезут из орбит, грудь тяжело вздымается, клыки угрожающе обнажены. В ход пошла тросточка, прихваченная из кабинета.
— Бестолочь! — Я только и успевал уклоняться! — Напрасно я понадеялся на твое благоразумие! Пора тебя проучить! Никакого имения! И про свой особняк забудь! Им я и расплачусь!
Тут я, не веря ушам, замер.
— Что?!
— То! — Набалдашник пролетел в опасной близости от темечка. — Прямо сегодня манатки паковать можешь! Я его подарил, я его и отберу! Надоел!
Дворецкий, тоже ставший свидетелем перепалки, от неожиданности выронил поднос с чашками. И все бы ничего, да только это был любимый фарфор бабушки…
— Вон из моего дома!!! — взревел дед похлеще любого медведя.
Дважды повторять не пришлось — мы с дворецким одновременно протиснулись в дверной проем. Замкнула же процессию трость, прилетев мне прямо в лоб.
— Ай!! Дедушка!! — Такого потрясения мои ноги не выдержали, и я плюхнулся на землю.
Дверь хлопнула — дед был непоколебим. Только в этот момент я осознал, в какую же задницу влип…
— Господин! — Спотыкаясь, бежал ко мне гоблин. — Вы в порядке?
С позорным рогом на лбу, оклеветанный и больше никем не любимый, я шмыгнул носом и произнес страшные слова:
— Тильбо… у нас больше нет дома!
  
Глава 3. Далеко едущие планы
 
Глава 3. Далеко едущие планы
Гоблин схватился за сердце.
— Неужели он переходит к тем господам?!
— Это каким еще? — спросил специально.
— Двое приезжали в ваш дом за полночь… и утром. Спрашивали у меня, не появлялся ли господин Готи. Еще когда Стефан без вас вернулся, я неладное заподозрил…
— Нашлись тут караульные! — фыркнул я, вставая с земли. Тросточку прихвачу — неплохая вроде. Хоть что-то во мне должно внушать уважение… ну, или опасность. Зависит от ситуации.
Кучеру велел доставить меня к Тадеушу. Не делить же мне такое горе с самим собой?
Но Тадеуш, видимо, ведомый истинно мужской солидарностью, уже успел погоревать. За двоих.
Я нашел друга там же, где мы и расстались. Вот только спальня, а точнее кровать, конкретно пострадала в мое отсутствие! Болван, раскинувшийся звездочкой, явно не рассчитал силу и плюхнулся на нее со всей дури, сломав каркас. Кувшин вообще валялся в углу. Уже пустой.
— Эй, разрушитель кроватей! — Ткнул его тросточкой. — Ты жив хоть?
— Олюсик… — донеслось до меня бормотание.
— Чего?! — вскинулся я. — Поднимайся давай, кукусик! Разговор к тебе есть!
Но Тадеуш вновь нырнул в свои грезы, перевернувшись на другой бок.
— Напрашиваешься на силовые методы воздействия!
Что есть мочи дернул его за ворот и поднял. Ноги дружка справлялись с задачей крайне паршиво! В какой-то момент даже подумал, что вот-вот буду придавлен к полу ста пятьюдесятью килограммами. Но с горем пополам дотащил его до смежной двери и затолкал в ванну. Тут парой капелек не исправить ситуацию!
На сонную тушу обрушился холодный поток из душевой трубы, на меня — отборная трехэтажная брань.
— Все сказал? — Я остановил воду. — И когда только успел? Меня не было пару часов!
— Не твое собачье дело! — отмахнулся Тадеуш, тяжело дыша.
— Слушай, тут драмы и без тебя хватает: меня из собственного дома выселяют! — не стал церемониться я. — Надо бы вещи перевезти и успеть забрать хоть кое-какие ценности. Подсобишь?
Глазки удивленно заморгали, вмиг протрезвев. Видно, начинать надо было с этого, а не с «заряда бодрости».
— Какого…
— Такого! Дед не желает разбираться с этой подставой. Одно дело — проиграть пару тысяч, другое — поместье, которое тебе собирались отдать в наследство… — покачал головой я.
Тадеуш присвистнул.
— Понятно, для него это не только дело чести, но и лишнего червонца. Тут долги не прощают, сам знаешь.
— На это и рассчитывали Милош с Зораном. — Злобно сжал тросточку. Сейчас бы ею ка-а-ак замахнуться… Полезная будет штука, уже одно место подсказывает! — А кто такой Олюсик? — вспомнил я странное погоняло.
 
Просохший гореватель на секунду задумался. После чего его вдруг осенило:
— Гадина одна! Красивая, зараза! Когда ты ушел, я вспомнил, как однажды и меня очаровала одна чертовка… колдовством, как потом выяснилось. Так грустно стало… — Грустно болвану стало от того, что кувшин закончился быстро, а за вторым идти было лень. — Утром я проснулся обобранный, хотя сам не против приплатить девочкам. Ни денег, ни драгоценностей… Попалась мне девка как раз в казино. Звали ее Ольга.
Аж подпрыгнул на месте.
— А я все пытался вспомнить это имя! Все ясно! Обычная прохвостка, которую нанимают в качестве отвлекающего маневра!
Тадеуш, почувствовав свою значимость в столь деликатном вопросе, даже приосанился.
— Да тьфу! Чтоб я так просто остался голодранцем? Я верну себе имя любой ценой! И дом! Точнее, заполучу то, что и так принадлежит мне по праву! А эти двое пускай довольствуются малым! — метал гром и молнии я. — Поехали!
Не спрашивая согласия, я подцепил толстяка предводительским жезлом за шиворот и повел за собой. Всю дорогу в моей голове созревал гениальный план мести. Не просто отыграться — подставить эту разбойную шайку ничуть не хуже! Компаньон был найден по умолчанию, как и временное жилье. Оставалось выждать момент…
Но планам моим не суждено было сбыться. То ли фортуна избрала нового любимчика… то ли таинственная Олюсик обладала даром проклятия.
Еще одна подстава подкралась незаметно. В лице дедушкиного слуги, уже ждавшего меня у ворот.
— Господин Готи! — услышал я, как только ступил на землю. — Ваш дед обязал меня проследить за тем, чтобы ни одна лишняя вещь не была вывезена из особняка, и передать вам это письмо.
По задумке, компаньон мой должен был брать на себя всю «грязную» работу, для которой я просто не подходил по габаритам. Но когда он с кряхтением выполз из кареты, чуть ли не свалившись в лужу, я понял, что план и здесь трещит по швам!
Ничего не сказав, с раздражением схватил письмо и быстро пробежался по строкам.
«В городе ты не останешься. Знаю, что будешь беспризорничать и доставишь мне куда больше хлопот. Есть другое предложение: реабилитироваться. Честным трудом и искренним сожалением», — тут я уже почуял неладное. — «Был у меня один хороший знакомый… пан, держащий земли у подножия Карпат. Связался я с ним. Оказалось, у него там целое хозяйство развернуто, даже какое-то учебное заведение мирянам построил. Одна проблема только — вечный недобор кадров. Недавно завхоз захворал, без помощника трудно ему обходиться. Старый уже. А ты молодой, сил в тебе достаточно. Даже девать их некуда. А там, обещаю, лишний раз не присядешь! Занятие для тебя уже имеется! В общем, я обо всем договорился. Твое дело — снарядиться в трехдневную дорогу. Адрес внизу».
И приписочка под этим. От всего сердца: «Уж если надеешься на мое прощение, даже не думай улизнуть. Найду — прикопаю».
Смяв бумагу, я зарычал от бессилия. Завхоз, колхоз… и, видимо, психоз впридачу!
— Будь проклят этот день! — прорычал я, рванув в сторону дома. — Ишь, чего старый удумал! Избавиться от меня!
— Чего-чего? — бежал за мной запыхавшийся Тадеуш.
— Господин, мы куда-то уезжаем? — Тильбо был на пределе своих возможностей: семенил так, что аж штаны слетали! Приходилось придерживать!
— Ага — в ссылку! Сам погляди! — Запустил в него смятым шариком.
Тут перед Тильбо возникла настоящая дилемма: то ли выполнить поручение, то ли… спасти гоблинскую честь. Как верный слуга, он выбрал первое. За что окончательно поплатился штанами.
— Тильбо, кхм… Мы, конечно, теперь оборванцы… но бегать с голыми задницами это нас не обязывает! — Я даже остановился от столь волнительной картины.
— Из-звините, г-господин… — Горбун покраснел до кончиков ушей и, подобрав штаны, развернул письмо. — Чертова заводь? Hе припомню, где это…