Как перевоспитать вампира за 30 дней (СИ)
Страницы зашелестели быстрее. Рыжая с головой погрузилась в сюжет. Казалось, за выдумку она переживала больше, чем за собственную жизнь. Подступившись с другой стороны, я решил подождать пару минут. Может, повезет и в комнату еще кто-то зайдет.
Небольшая спаленка была заставлена чем ни попадя: котлами, сундуками, кухонной утварью (даже чугунок затесался). Дина жила как минимум с двумя соседками, занимая скромный угол у двери. В тесноте да не в обиде, как говорится.
Удача была явно не на моей стороне. Эпицентр интереса находился двумя окнами правее, и, судя по безудержному хохоту, возвращаться соседки не собирались.
Луна, как назло, нескромно выпятила бок из-за тучи — видимо, решила посмеяться надо мной! Отступив назад, я не придумал ничего лучше, чем ошарашить противника и, воспользовавшись заминкой, чухнуть отсюда как можно скорее.
Прицелился так, чтобы букет попал точно на книгу, и, резко бросив, юркнул за угол. Из окна раздался короткий вскрик, затем последовало раздраженное:
— Это что за шутки?!
Кажется, васильки она не любила!
Створки ударились о стены — рыжая уже перелезала через подоконник.
— Черт! — позвал я, оббегая дом. — Че-е-ерт!
Шаги за мной становились отчетливее, и, если бы рогатый не опомнился, миссия могла считаться проваленной! Земля под ногами заходила ходуном, и через секунду я влетел прямо в лохматого помощника.
— Да тьфу на тебя! — оттолкнув меня, он воровато огляделся. — Ну че?
— Кинул! — сказал, переводя дыхание.
— Кого?! — схватился за сердце черт.
— Букет!
— Зачем?! — теперь уже за голову.
— Она в комнате одна была. Сразу бы заметила, — развел руками я.
— Так она по-любому узнает, кто приходил. Ведьма же! — Хвост черта негодующе изогнулся, а кулаки сжались. — Подошел бы и сказал "Для настроения!".
— Для настроения бокальчик игристого берут, а не вениками с грядки разбрасываются! — Тут взгляд упал на старое сооружение с пристройками, за стенами которого вовсю переговаривались пернатые. — Ты птичник ремонтировать собирался?
— Отходил. По нужде, — скрестив руки на груди, обиженно отвернулся рогатый.
— Это по какой? — в который раз оглядев его, так и не обнаружил "нуждающихся" мест.
— У чертей свои нужды! — щелкнули меня по носу и засеменили к "объекту".
— Между прочим, больно! — пожаловался я, но за чертякой пошел.
— Надо бы курей заговорить… — вновь потер он ладони. — А то еще все селение на уши поставят!
Похлопав пару раз, рогатый со скрипом открыл двери и что-то зашептал. Квохтание с гагаканием вмиг стихли, и из птичника повалил целый пернатый легион. Все — куры, петухи, гуси, утки — воинственно шли прямо на меня! Причем, с таким благоухающим ароматом, что аж слезы на глаза навернулись!
Две особо наглые курицы сразу заняли места на моих плечах. Остальные молча окружали птичник в несколько рядов, глядя абсолютно отсутствующими взглядами в никуда.
— Мама мия… — только и смог выдавить я, переглянувшись с одной из несушек.
Глаза так и разбегались — на улицу высыпало не меньше сотни голов! По-моему, даже в пару раз больше! Яблоку негде было упасть! Места хватало не всем — кому-то пришлось садиться на крыши соседних сооружений.
— Спокойно! Работает нечистая сила! — авторитетно заявил рогатый и, расправив плечи, вошел в птичник.
То, что нечистая, особенно ощутилось, когда черт стал выносить оттуда ведра грязной соломы, перьев и пуха. Каждое самоочищалось и возвращалось в птичник пустым. Я лишь смотрел на все это с зажатым носом, боясь сдвинуться с места. Еще накинутся со всех сторон и поклюют… В жизни бы сам не справился — просто б задохнулся, а потом еще и в обморок бы упал! От впечатлений!
После ведра десятого я сбился со счета. Ускорившись, черт вскочил на крышу и недовольно цокнул:
— Ай-ай! Кто ж так близко кладет! Вот они и покоробились!
Стоило ему свистнуть, как в когтистую руку откуда ни возьмись упал лом. Распевая на манер душевной народной, черт стал поочередно выдергивать непригодные дощечки.
— Раз — жизнь молодая! Два — горя-я-я не зная! Три — эх, любила меня ты, шалопа-а-ая!
Со стороны могло показаться, что рифмоплетство так тронуло меня, что я аж прослезился, зашмыгав носом. Но нет! Тому была другая причина! К тому же, он еще и фальшивил!
Подхватив цыпочек под мышки (уж какие были!), я подобрался ближе к запевале.
— Долго еще? Мне дышать нечем!
Рогатый вопрос проигнорировал. Взмахнув рукой, он подозвал к себе рой деревянных черепиц, которые тут же заняли пустующие места.
— Вот и вся забота! — Отряхнувшись, хвостатый мастер спрыгнул на землю. — Ну, я пошел! Дела остались… — Поросячьи глазки подозрительно забегали.
— А с птицами что делать?! — остановил его. Да и не ушел бы далеко — дорогу преграждал пернатый легион.
— Так это… посиди с ними до зари! Заклятие само сойдет! — "обрадовал" помощничек.
— Я что, нянька для куриц?! — от злости скинул с себя ни в чем не повинных бабонек. — Расколдовывай их немедленно!
— Барышни и кавалеры! — Черт снова хлопнул в ладоши. Все присутствующие синхронно подняли головы. — Шагом марш в птичник!
Послушались безукоризненно!
— Посидишь с ними внутри! — как ни в чем не бывало продолжил рогатый. — Ну, нельзя их оставлять! Напугаться могут, еще и заголосят мне раньше времени! Колдовство рассеется, если петухи не по заре горланить начнут!
— Я спать хочу! — всем нутром противился я.
— А я туда уже сена свеженького принес! Специально для тебя! — расплылся он в довольной улыбке. — Как петухи три раза прокричат, отправляйся домой. Тебе прямёхонько на противоположный конец, через все село! Заодно вместо меня утренний обход проведешь.
— А ты где будешь?! — схватил пройдоху за шкирку.
— Меня хозяйка звала! Еще награду свою, честным трудом заработанную, у тебя забрать надо! — вырвался он, как котяра. — А вообще, не твоего ума дело!
Рогатый топнул оземь копытом, да и испарился.
— Вот же… черт! — Со злости пнул булыжник. Угораздило же остаться наедине на всю ночь с глупыми пернатыми!
Походив туда-сюда, я почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. Птичник, как и теплица, стоял на отшибе. Кругом тьма и тишина. Ближе всего было безлюдное (а может, и не очень) поле, в котором мог прятаться кто угодно. То ли черт навел на меня страху, то ли эти мысли заставили шагнуть в сторону птичника…
Зарывшись носом в воротник, я присел на небольшой стог сена. Внутри сооружение было просторным и уходило далеко вперед.
На меня, не мигая, смотрели сотни светящихся от заклятия глаз.
Глава 12. Скандалу быть!
Глава 12. Скандалу быть!
Вскоре мне стали чудиться шаги вокруг птичника. "Ших-ших-ших", — приминал кто-то траву. Черту возвращаться было незачем…
— Ветер, — утешил самого себя, на всякий случай задвинув засов.
Дабы совсем не впасть в панику, я решил развлечься единственным доступным способом — светской беседой.
— Чахнете вы тут целыми днями и даже не подозреваете, насколько прекрасен мир за дверью вашей будки! — начал любезничать я с завороженной толпой. — Ах, как я тоскую, вспоминая родные края, свой дом… — горько сказал я и добавил: — Двухэтажный, с просторной гардеробной, садом и фонтанами. Да мне тоска душу рвет! Здесь и воздух другой, и народ мне не мил, и еда какая-то… неполноценная! Быть может, если отъехать на пару десятков километров, станет лучше… Но все равно это будет не то!
Тут я прервался. И с кем я откровенничаю?!
Шаги снаружи участились, послышались глухие хлопки. Обведя взглядом молчаливых собеседников, я шутливым тоном приказал:
— Отряд, становись!
Вот уж не ожидал, что пернатые вновь соскочат со своих мест и повалят со всех углов! Судя по прищурам, настроены они были воинственно.
— Если меня начнут бить, клюйте так, чтоб мало не показалось! — воспользовался я положением. Но противник опередил — со стороны узенького окна раздался громкий стук.