Правила отхода (СИ)

— Ступайте к жене, мистер Робинсон. И мы сделаем вид, что вас не слышали.
— Мы даже не станем рассказывать о ваших фантазиях мистеру Оттаму — добавил Карл — так что идите, и не благодарите.
Вернувшись к танцам и веселой болтовне с пятидесятилетней женой губернатора, леди Джорджиане, я испытал легкий шок. Радо ВВС поздравило всех с добрым утром!
В Род — Тауне в этот момент было начало десятого вечера. В Лондоне, скорее всего — второй час ночи, но никак не утро.
На недоуменные вопросы, губернатор с досадой пояснил, что у них, на острове, есть радио. А вот персонала на эту радиостанцию, государственная корпорация ВВС все никак не пришлет. Экономят. Есть только технический специалист по связи, что заодно обсуживает и общественную радиостанцию. И такое положение с радио, во многих английских колониях.
В связи с этим , на ВВС, недавно, возник новаторский проект. В Лондоне, централизованно, на десяток долгоиграющих пластинок, записывают всю суточную музыкальную программу. С рекламными джинглами универмага Селфриджа, Хэрродса, Компании GP J Baker, и тд. И даже репликами как бы ведущих, создающих впечатление эфира. Месячные комплекты этих пластинок рассылаются по колониям. Ставятся на студийный проигрыватель, и пускаются в эфир. Там, где есть хотя бы начальник местного радио, — все просто.
А на Тортоле, менять пластики вменяется специалисту, обслуживающему радиопередатчик. Строго по номерам. Создавая у слушателей ощущение полноценного радио.
Вот только Киран Макриди, радист, забил на это дело. И пластинки меняет пожилая черная уборщица, которая не умеет даже читать. Так что не удивляйтесь, джентльмены.
Айрин Паттерсон, несколько фраппировав островных дам своим женихом, в остальном легко вписалась в эту светскую тусовку. С удовольствием обсуждала с местными женщинами всякую фигню. В возникшей болтовне на эту тему, она, и гад Бигот нас заложили. Грин и Хофман — видные продюсеры, выдумывающие передачи между парой глотков бурбона. Наверняка и здесь что то придумают! И я поднял перчатку. Отпил брэнди, и сказал губернатору:
— Почему нет, сэр Джеральд? Мы с Карлом, с удовольствием поднатаскаем для вас пару ребят, что задаром будут торчать на станции. Если вы признаете результат удовлетворительным, Джек Бигот, устраивает на острове праздник! И задаром поит город ромом, со своего местного завода!
Так мы с Карлом, спустя пару дней оказались в здании администрации Тортолы. В двух больших комнатах, выделенных под местную радиостанцию ВВС.
Все было удивительно солидно. Местная администрация использовала радиостанцию один раз в день, в восемь утра. Какой либо клерк зачитывал по радио объявления. Или по необходимости. Штормовые предупреждения, распоряжения губернатора, сообщение о прибытие судов из метрополии, и прочую фигню. Все остальное время по радио крутили присланные из Лондона пластинки. В одиннадцать вечера радиостанция закрывалась на ключ.
При этом, в наличие была эфирная студия, и тысячи пластинок музыкальных хитов. С начала пятидесятых и по сегодняшний день. Правда, не было магнитофона. На это была ерунда. С учетом того, что само радио слушали на острове повсюду. И дома, и в магазинах, и в барах с ресторанами.
В общем, мы с Хофманом, взялись вести передачу. Уже спустя сутки а Род— Тауне, Карл заскучал, а торчать на острове было нужно еще дней десять, минимум. Двухчасовой прямой эфир, сразу после сиесты, стал неплохим развлечением.
Предложенная мной концепция, поначалу, вызвала у него скепсис. Треп в прямом эфире, обсуждение новостей, фильмов, книг и сплетен, с перерывами на музыку. Совершенно не заморачиваясь ни лексикой, ни темами. Да кому это нужно, Грин?!
Но уже спустя три дня, наша болтовня стала культовым явлением, ради которого, весь остров включал радио погромче.
По большому счету, я ввязался в эту историю исключительно от скуки. Договоренность была о том, что лишь полностью разместив наличные, Бигот зачислит деньги на наши счета. Джо с Айрин, восприняли все как репетицию своего медового месяца. А мне и Карлу было тоскливо.
 
Мы несколько раз сходили на рыбалку. Мы облазили весь гористый остров. Мы изучили ромовый завод Бигота. А вечерами торчали Village Cay Bar, принадлежащем Кею Смиту, выходцу из деревни в Южном Уэльсе. Остальное время я беседовал с Джейком.
Эти беседы, что мы вели у Джейка Бигота на работе, сыграли важную роль в дальнейшем. Отделение Королевского Банка Шотландии Род-Тауна, не сильно большое. А работы, требующей участия управляющего, и того меньше. И поэтому мы сидели, пили мохито, что я ввел в обиход от скуки, , и обсуждали создание оффшорной зоны на Британских Вирдгинских Островах.
Для начала, Джейкоб Бигот меня поразил. Его поездка в Соединенные Штаты была не совсем тем, что я подумал. Он действительно искал гламурных голливудских клиентов. Но, скорее, для оживления светской жизни на острове.
А на самом деле, пока мы готовили презентацию кхмерских сокровищ, он посетил бал банкиров. Закрытое мероприятие для своих, которое проводит раз в год Федеральная Резервная Система США.
Что такое ФРС, не знает только ленивый. Но вряд ли он представляет себе, как же это выглядит в реальности. А в реальности эта организация представляет и обеспечивает интересы банковского сообщества США. И председатель ФРС— вовсе не главный.
При всем при этом, билет, на это мероприятие для своих, сейчас стоит двадцать пять тысяч долларов. В конце семидесятых, цена поднимется до ста тысяч. А в нулевые, будет уже больше миллиона. Но и с оплатой, далеко не любого туда еще пустят.
Джейк честно мне рассказал, что заинтересовался мной сразу. Потому что я при знакомстве спросил, как там ваша оффшорная гавань. А он, тогда, еще и термин то такой -только слышал.
Придуманная нами телепередача, добавила интереса. Ты вкурсе, Грин, что это самая рейтинговая передача за все время телевещания? Показано пять выпусков, и Фрэнк подумывает на время завязать с кино и песнями.
Но, поразительнее всего то, что на банкирском балу, он был удостоен беседы с членами комитета ФРС. По их инициативе, Грин! Там, на его невнятные просьбы об увеличении кредитных лимитов для его отделения, его огорошили.
Ему легко и небрежно выделили двадцать пять миллиардов в год! Мелкому отделению, с оборотом пятьдесят миллионов. Доброжелательно пояснили, что его участие в телебизнесе оценили по достоинству. С удовлетворением констатируют, что, наконец-то появились банкиры, мыслящие на перспективу. Подумай, сынок, про оффшоры. В Британии, да и в Европе, сейчас деньгам грустно. С чем был и отпущен. И я снова вспомнил про тебя, Питер.
Выслушав все это, я , помнится, прифигел. Комитет ФРС, это монстр. Достаточно сказать, что мультимиллиардера Берни Мэдоффа, они спустили в унитаз после пятиминутной беседы. После чего случился всем известный обвал, и ипотечный кризис в США. Именно они потрепали Маска за холку, сочтя его прожекты удачной возможностью утилизировать свободные миллиарды «программы количественного смягчения». И вот теперь, они сказали Джейку занятся оффшорами. Когда он и не понимает толком, что это такое.
Первые зоны налогового благоприятствования появятся позже. Здесь, на Тортоле, лет через десять. Сейчас, в шестьдесят первом году, европейские банкиры что то такое пытаются замутить на Джерси. Но и там все идет методом тыка и со скрипом.
Шестьдесят первый год — это очень значимый год для человечества. Последствия сегодняшних событий, аукаются и в двадцать первом веке. Вспоминать можно долго. Но раз речь об экономике…
Гарольд Макмилан, премьер Англии, уступил требующим социализма толпам. С этого года, ввел девяностопроцентный подоходный налог. Поставив английскую промышленность на грань выживания.
Старцы из ФРС, давая Джейку Боготу ресурсы, не стали утруждаться, объясняя что тот должен делать, справедливо рассудив, что тот или поймет сам, или начнет мельтешить, и краник можно будет прикрыть.
Пришлось мне объяснять Джейку, что, приблизительно, от него хотят.