Правила отхода (СИ)

— Нужно успокоиться, Лим. В Америке все имеют право на ствол— сказал он…
И вот, мы стоим, уперев друг в друга пушки. А из дальнего угла, где я услышал каких-то людей, раздались шаги. Дело плохо, сейчас и вправду стрельба начнется. Тем более, что и Хофман достал свой люгер и проинформировал:
— При первом движении я начну стрелять — повисла пауза.
— Мы вас здесь положим. Всех. — сказал я, и, наконец, посмотрел полуголому негру в глаза. Он понял, что я вижу, что ему не хватит той самой миллисекунды.
-Дерьмо!!!— шаги, прекратившись, завершились восклицанием Луиса Артчера, появившегося сбоку — быстро опустили пушки, гребаные придурки!
А потом случилось волшебное! Из за его спины вышла ослепительно красивая негритянка. Обалдненная! Огромные глаза, чувственные губы, длинные ноги, высокая грудь. Лицо трогательно— страстное. А попа вовсе не огромно— негритянская, а гармоничная этой хрупкой красоте. Она подошла ко мне. Я видел, что ей страшно. Но еще и гонор, и какое-то любопытство, что ли. Потом сообразил, что не смотрю на этого Лима. А она сказала:
-Ты и меня тоже грохнешь? Не жалко, такую красоту?— и крутнулась на каблуке, взметнув легкую юбку.
Я выдохнул. Не, не будет стрельбы:
— Пф… где красота? Кожа, кости, пол-ведра крови — она стояла близко. Я резко отвел ствол в сторону, одновременно ставя обратно на предохранитель. Потом крутнул на пальце и, рукояткой вперед, отдал этому Лиму. А потом притянул девушку к себе за талию, и смачно и от души поцеловал.
Повисшая в воздухе потрясенная тишина, сменилась все возрастающим многоголосым ааааАААААААА, перешедшим в рев. Она, кажется растерялась, но не надолго. Потому что ответила мне неожиданно страстно. Я с сожалением оторвался, огляделся на скалящихся и хохочущих парней, и сказал:
— Джо,Карл. Вы тут поговорите… А у меня, с миссис…эээ..тебя как зовут?
-Дебора!— она, как закинула мне руки на шею, так и стояла.
— У нас с миссис Деборой срочное дело. Созвонимся. — потом, плюнув вообще на все, взял ее за талию, и повел вон из гаража. За спиной грянуло ржание, было стихшее, когда я говорил. И даже какое — то улюлюканье. Выйдя на улицу, она молча показала мне на красный кабриолет Де Сото…
Почти сутки, после столь захватывающего знакомства, мы с Деборой провели не только вместе, но и, в основном, в постели. Нет-нет. Я вовсе не мега-гигант, хотя ее страсность сделала меня гораздо круче, чем я мог предположить. Просто мы засыпали, просыпались, трахались, делали сэндвичи, выпивали, болтали, и снова трахались. Опять ненадолго засыпали, просыпались, смеялись, целовались, и пробовали готовить паэлью. В общем, было все то, чего никогда не даст быстрый перепихон после стремительного съема где-нибудь в кабаке.
Ее небольшой дом в Вествуде на некоторое время укрыл нас, позволив напрочь обо всем забыть. Лишь следующим утром, она рассказала, что работает стажером у Артчера в его адвокатском бюро. После окончания Fairfax High School. Своей школой она сильно гордится. Я про себя хмыкал. Именно эта школа имелась ввиду в сериале Мелроуз Плейс 90-210. Сейчас она работает, и учится в юридическом колледже. Еще она честно рассказала, что я первый белый, который на нее так смотрел. Остальные просто предлагают деньги. Только поэтому я тебе уступила, Питер!
Заодно я узнал, что она родная младшая сестра Дерила Колимана, по прозвищу «Лим». Перестань нервничать, милый. Вы, мужчины, все время не о том думаете. А еще она тоже входит в революционную ячейку. Ты белый, Питер, тебе не понять.
Я смешил ее, рассказывая про Китай с Вьетнамом, и всякие приключения. Надавал ей по рукам, и сам сделал цыпленка табака. Курица с рисом— негритянская еда, откуда ты про нее знаешь, Грин? Но все хорошее всегда заканчивается.
В моем случае, я вспомнил, что мне нужно позвонить в Сан –Диего. Когда я закончил говорить с сержантом Флетчером, ее рядом уже не было. Она появилась минут через пятнадцать уже одетая и даже причесанная. И поинтересовалась, куда меня отвезти. Я страшно удивился.
Я сказал ей, что почти влюбился, и почти готов провести с ней остаток жизни. И думал, что это у нас взаимно. Она грустно засмеялась, нежно меня поцеловала, и сказала, что я все сам потом пойму. Собирайся.
 
Пока мы ехали в этом ее дурацком кабриолете, она все же пояснила:
— Пойми, Питер. Я — американка. А ты даже сам не знаешь, кто ты. Совсем быстро ты меня возненавидишь. Я знаю.
— Слушай, мы можем уехать в Париж, или в Рио.
— И что изменится? Ты уже сейчас меня не понимаешь.
— Как угодно, Деби. Но знай, если тебя вдруг будут похищать, не пугайся. Это я, все подготовил, и тебя украл.
— Только попробуй. Я не потерплю насилия. — она так это сказал, что я понял, что нет. Не прокатит.
Она меня очень нежно поцеловала на прощание и уехала. Только тут я сообразил, что стою у дверей той же мастерской, куда мы с парнями пришли сутки назад. Солнце скрылось в океане. На Голливудских холмах зажглись огоньки. Толкнул дверь.
В этот раз было занято три подъемника. При моем появлении в ангаре раздалось громкое ржание и улюлюкание. Мне подумалось, что теперь я сюда могу ходить без пистолета. Откуда то вынырнул тот самый Лим, и сказал:
— Привет, Питер. Меня зовут Дэрил Колиман. Для своих— Лим. Ты меня тоже так называй.— мы пожали друг другу руки. — Пойдем.
Пока мы шли, он пояснил, что был не вкурсе. Поэтому решил, что Джо, который служил с людьми из мафии, не смог от них отделаться. И привел к нам. Ну, я и хотел пугнуть. Не обижайся. Мы вошли в классическую подсобку автосервиса. Длинный стол, уставленный бутылками, три пьяных негра и Хофман, пьяный до стеклянного состояния.
— Вы что, со вчерашнего дня пьянствуете? И где Джо?
— Карла не перепить— засмеялся Лим –хотя мы и старались. Джо сейчас встречается с парнем, что снимался с Френком. Тот обещал вас познакомить.
— Ты вкурсе?
— Да, я вхожу в Бюро организации — ответил он, протягивая мне мой кольт — выпьешь?
— Как думаешь, Деби выйдет за меня? — я проверил патроны, все на месте. Сунул за пояс за спиной.
— Вряд ли. Она еще ни с кем не оставалась. Ищет. Так выпьешь?
— Джо говорил, что у вас можно пикап взять. И пожрать бы.
-Пиццу сейчас закажут. Пойдем, посмотришь машины и выберешь.
Из пяти машин я выбрал Шевроле 3100. Вполне культовый американский пикап. Сел за руль, и сделал круг по двору. Что сказать? Чем то напоминает наш Газ— 51.
Вернувшись обратно к столу, я застал там ту же картину. Только сбоку ещё стояли коробки с пиццей. Мы с Лимом уселись друг напротив друга и принялись есть. Хофман все так же безучастно смотрел перед собой. Трое его собутыльников дремали привалившись друг к другу, или упав лицом на стол. Я пощелкал пальцами у Карла перед лицом.
— Он не с нами— засмеялся негр — крутой чувак. Ты бы слышал, как он на нас орал, когда вы с Деби свалили. Если бы не Джо, он бы пристрелил меня.
— Вряд ли— пицца с креветками, анчоусами, и ещё чем то морским оказалась страшно вкусной— ты извини нас, Лим. У нас был поганый день весь прошлый месяц. Я, если честно, слегка испугался.
— По вам и не скажешь— снова засмеялся Лим — а про чёрный хромовый сапог мне даже понравилось.
— Вот уж молчал бы, с нежным снежком то!
— Слушай, Грин. Ну вот такая у меня сестра! Любит мужиками крутить, не психуй. Если тебя утешит, не ты один страдаешь.
— Утешил. — я заставил себя собраться — Ладно, к делу. Мы, прямо сейчас, поедем в Сан-Диего. Вернёмся через пару дней. Сможете подготовить студию для фотосъемки?
— Лу уже с кем то договорился, так что без проблем.
Я полез в карман, и достал ключ от Порше, что так и стоял в мотеле, возле моего номера. Протянул негру.
— Да мы и так тебе верим. И Джо за вас поручился.
— Ты не понял. Мало ли. Жалко тачку. Если что— заберите.
Ещё я пробурчал, что мне не нравится публичность. Уже, наверное, весь Южный парк знает про белых, что у вас тут ошиваются.