Дом ста детей. Семья Императора-Дракона (СИ)

И сейчас она лишь неопределённо повела плечом.
– Может, – проронила просто, – попозже…
– Вот бы и правда, – вздохнула Ася, – побольше было здесь знатоков!
– Да у нас и так Гейл с колдуньей, – фыркнул Славка. – И у Марьяны дар то останется. Это лучше, чем просто народная медицина.
– Чем что? – не поняла Ася. – Почему?
Я улыбалась, слушая их голоса.
Может Рейн и не напрасно перестраховался и едва ли не буквально запер меня дома…
  
Я и чувствовать себя стала лучше, и в душу чаще приходило спокойствие и чувство безопасности, а не тревога.
Так бы и сидела, пока над кружками сизой дымкой поднимался пар, а дети мирно разговаривали вокруг. Сидела бы в предвкушении запаха яблочного пирога, скорого возвращения любимого мужа, гладя горячую тяжёлую голову пса на своих коленях, почти задремав… Когда за окном, вдали, над крышами отстраивающегося городка поднимался тонкий дымок – знак того, что там, где ещё недавно были руины, теперь снова жили люди.
И за Гейла, самого сложного из моих подопечных, теперь не болело сердце.
Хотя что-то и неумолимо надвигалось… И дети, которые некогда были к жрецу ближе остальных, узнали об этом раньше меня.
  
Глава 19.
 
Прошло несколько месяцев.
Снег таял, уступая место яркой зелени и теплым ветрам. Приют – наш старый Дом – перестал быть одиноким островком среди руин. Вокруг него, словно грибы после дождя, поднялись новые и отремонтированные дома, зазвучали голоса, задымились печные трубы. Городок, который мы начали восстанавливать, теперь жил своей жизнью и почти не требовал нашего участия в этом.
Я стояла у окна на кухне, наблюдая, как Ася с Софи возятся в огороде. Они посадили ранние овощи и теперь зелень аккуратными рядами тянулась к солнцу. Точнее, очень пыталась это сделать, раздвигая своими прозрачными, горящими под солнечными лучами листочками крупицы льда и снега.
Софи, закатав рукава платья, осторожно рыхлила землю, только в некоторых местах, опасаясь пустить под неё слишком много холода. Ива обеспокоенно ходил кругами, тщательно следя за тем, чтобы девочка не переутомлялась. А Ася, неугомонная, как всегда, что-то оживлённо рассказывала ребятам, размахивая руками.
– Марьян, – раздался за моей спиной голос Славы. – Шмель опять украл мой носок.
Я обернулась. Мой племянник стоял в дверях, скрестив руки на груди, а за его спиной замер, отчего-то виновато опустив взгляд, Арго.
– Хочет играть, – улыбнулась я, – ничего уж не поделаешь, либо развлекай, либо прячь свои вещи.
– Да, но я устал вылавливать свою одежду из его пасти, – проворчал Слава, хотя в голосе его и не было злости. – На улице уже теплеет, может во дворе ему будку сделаем?
– Лучше иди поиграй с ним, – предложила я. – Свежий воздух тебе не повредит. Заодно принеси дров для камина.
Слава фыркнул, но всё же развернулся и вышел во двор, где Шмель уже ждал его, виляя хвостом и держа в зубах злополучный носок.
Я вернулась к своему занятию – перебирала травы, раскладывая их по маленьким льняным мешочкам. Всё для городка. Там, среди новых жителей, уже работала небольшая лечебница, куда я время от времени наведывалась, правда, лишь в сопровождении Рейна. Чем ближе подходил срок к появлению на свет нашего сына, тем сильнее пробуждался мой дар. Теперь я могу делать лекарства и передавать их нуждающимся.
Арго, который сел в уголке и молчал, не трогала. Ждала, пока сам расскажет, в чём дело. Боялась спугнуть расспросами.
– Марьяна! – дверь распахнулась и в кухню ворвался Милах, запыхавшийся и розовощёкий. – Ты видела, как быстро растут деревья? Они уже выше меня!
– Так уж и выше? – улыбнулась я. – А ты небось снова туда один бегал?
– Конечно нет! – он гордо поднял подбородок. – Я Иву уговорил со мной ходить, а у новых местных ещё и семена на ножик выменял. Цветы посажу, так то! Говорят, если за ними ухаживать, они будут цвести всё лето. Будут цвести, а я их аккуратно срезать. Чтобы дарить маме и тебе, ма... Марьяна, – исправился спешно.
И, засмущавшись вдруг, выбежал из кухни.
– Молодец, какой, – проговорила я, жалея, что не успела потрепать малыша по светлым волосам.
А за окном слышался весёлый лай – Шмель гонялся за Славой, тот же, притворяясь, что не может от него убежать, громко смеялся.
Такой покой... Я и забыла, что в самом начале было иначе.
В печи тихо бурлила каша с пряностями, с треском жарились рёбрышки на огромной сковороде. Меня в самый жар не подпускали, конечно, но я издали следила, чтобы никто не забывал проверять готовность ужина.
– Мама... – наконец отозвался Арго и поднялся.
Ему было смелее говорить под какое-то дело, поэтому он принялся переворачивать мясо на сковороде, чтобы после залить его бульоном и оставить тушиться.
– Что-то случилось? – не сумела я всё же сдержать беспокойства. – Тебя что-то тревожит? Ты не заболел?
Он покачал головой:
– Нет, не волнуйся, пожалуйста, я и без того Рейну обещал...
– Обещал, что? – уже было встав, чтобы подойти, я всё же заставила себя присесть на лавку под окном и отложила от себя мешочек с травами.
– Ничего дурного, честно! – подошёл Арго сам. – Просто... В общем, я буду говорить, а ты выслушай сначала, хорошо? Потом ответь.
Я согласно кивнула, и тогда Арго начал свой рассказ.
– Это случилось ни так давно, ребята, которые изначально с Гейлом пришли, они... скажем так, начали себя вести странновато. И вот как-то вечером я подошёл к одной девочке, услышав странный звук в её комнате.
– Она, – продолжал Арго, – шепталась с подружкой, с той, что на куколку похожа. Точнее, мне так вначале показалось. Потом я понял, что она учила её заклинаниям, посвящённым богине Иттар. Это встревожило меня и я их прервал...
– А дальше? – внимательно слушая, подбодрила я его едва заметным кивком. – Что было дальше?
Арго вздохнул.
– Они мне признались, что Гейл снова подговаривает детей уйти с ним. Как когда-то он бродил по миру в окружении своих последователей, так собирается и теперь.
– Не так, – прозвучало недовольно в дверях и мы дружно вздрогнули, замечая Гейла. – Совсем не так!
Арго резко поднялся, будто готовясь защищаться, но ничего не сказал, кроме укоризненного и строгого:
– Ты вмешиваешься в мой с матерью разговор.
– В разговор обо мне! – парировал юный маг, наступая.
– Нет... – проронил Арго, но Гейл, похоже, уже не обращал на него внимания.
Он подошёл ко мне и опустил вдруг голову, словно чувствуя вину, а от того, простояв так какое-то время в тишине, с заметным трудом решился на меня взглянуть.
Но теперь разноцветные глаза его смотрели на меня спокойно, чего почти никогда не было. Если и вовсе было. Спокойно, с признательностью и тихой-тихой… нежностью.
– Ты всем здесь стала матерью. И даже мне. Хотя такому, как я, не положено говорить подобное. Как и иметь семью иную, чем мои сёстры и братья, да богиня Иттар. Марья, Марьяна… мама, спасибо.
Моё сердце будто сжалось, забыв биться, а затем по душе разлилось тепло.
Но если раньше я поспешила бы его обнять, то сейчас отчего-то смутилась, засомневалась, испугалась вдруг, что не получиться, что собью этим нечто удивительно-важное… А ведь мне так нравилось видеть Гейла именно таким, искренним, обычным парнишкой.
Да, сейчас и я на него смотрела по другому. Передо мной стоял не маг, не жрец со странной судьбой и проблемами, а просто мальчишка. Почти ничем не отличающийся от моего Славки, например, или того же Ивы. Или любого из обитателей Дома.
  
Похоже, Гейл чувствовал то же самое. И понимал, что я испытываю. Всё же порой он оказывался очень чутким…
Вот и обнял меня первым. Порывисто, с каким-то отчаяньем.
Тоже боялся, что поведу себя как-то иначе? Неужто думал, что могу оттолкнуть?
Я крепко обняла его в ответ, не удержалась и принялась трепать по непослушным волосам, похлопывая по спине другой рукой.