Академия Клементины (СИ)
***
На утро в медицинскую часть к Йеону пришел Элиас. Разумеется, после директора и учителя эльфийского, от которого пришлось спасаться чуть ли не за юбками врачей! Хорошенькая девушка, но больно липкая, особенно к его персоне.
Своему другу и боевому товарищу он рассказал всё то же самое, что и остальным — произошло что-то странное. Заколдованные мечи были нацелены его убить, и это не могло показаться. Плохо, что ученица попала под удар, но если бы не она, не получил бы Ридмус своего ранения, над которым лекари полночи сидели. Без крови и нормальной регенерации (кровь Евы ушла на «починку» органов и заживления сосудов) с профессором пришлось долго повозиться. И, судя по всему, он тут пробудет, пока не придет поставщик крови.
— Дверь была заперта магией, но это ты уже и сам прекрасно знаешь, — закончил свой рассказ Йеон, опускаясь обратно на кровать. Сидеть было из-за повязок неудобно, лежать — тем более. На ранах было просто невозможно. То и дело он ворочался и искал удобное для себя положение, чем сильно нервировал лекаря, что следил за порядком в крыле. — Возьмёшь с собой пару профессоров проверить это место? Всё-таки, твои ученики там часто ошиваются, мало ли…
— Я был там перед приходом сюда, — сообщил Элиас.
Суровый мужчина с парой боевых шрамов на лице сегодня выглядел более хмурым, чем обычно. И даже его добрые глаза не предвещали ничего хорошего для нарушителей, когда он их поймает. У него была дурная привычка, дергать короткий хвостик, в который была забрана копна ореховых волос на макушке, когда его что-то беспокоило. Вот и сейчас руки так и тянулись к нему. Заметив это за собой в который раз, Элиас тяжело вздохнул и почесал ухоженную бороду, лишь бы занять руки чем-то другим. Присев на край кровати, он поделился своим беспокойством с другом:
— Хотел по ещё не остывшим следам найти этих «шутников», но знаешь, что странно… Там было чисто! Никаких следов, что со вчерашнего дня, когда орки все разгрузили, кто-то был на складе. Ни следов крови — а ты залил почти всю комнату. Все оружие в своих ящиках. Кто-то явно прибрался, чтобы замести следы. Попрошу твоих преподавателей по магии проверить все ещё раз своим «третьим глазом». Есть тот, кому мы можем доверять?
В такой ситуации Элиас был готов подозревать всех, даже преподавателей. Йеона серьезно ранили, а то, что он до сих пор не излечился, говорило о многом. Он обязательно найдет того, кто это устроил, знать бы, где искать.
— Тебе что-нибудь нужно? — Элиас на время откинул свои думы и улыбнулся Йеону, похлопав слегка по ноге.
— Да, запри это крыло от Лехлаэ, — попытался пошутить профессор Ридмус. — Её все лекари пытались от меня выпроводить, а она ни в какую. Если вечером придёт, то я тут повешусь на собственном поясе.
Но шутки шутками, а то, что рассказал Элиас, было не просто странным, а страшным! Ридмус мог допустить мысль, что это Ева затеяла уборку, но… Черная кровь там была правда везде, а он был осторожен, высасывая её алую — ни одна лишняя каля не упала на пол. Это было просто бессмысленно. Либо правда кто-то хороший из третьекурсников решил поиграться, но переборщил, либо… Даже думать не хотелось о другом варианте.
— Детей всё равно пока туда не пускай. Да и за инвентарём кто-то пусть ходит не один. Я поговорил с директором — ребята будут вольны сами выбрать себе завтра практику, так что на пару голов у тебя точно будет больше.
И так не первый раз. Бедолага Элиас часто возился с архаровцами Ридмуса по той причине, что он отсутствовал по делам с королем (но это было давно, еще когда сам был под подозрением, как хищник), то из-за голода пропадал. А вот дисциплина друга поражала. Умрет, но духом своим на уроки явится.
— Как твои-то? — решил окончательно перевести тему в спокойное русло декан магии. — Мы за обедом так и не обсудили. Изъял духи у девочек?
— Подрядил на это дело парочку парней с третьего курса. Здоровые лбы, таким перечить побоятся, — кивнул Элиас. — Из-за этих духов вонища жуткая. Как они так быстро распространились? Буквально три дня назад ещё ничего не было. А теперь представь, что происходит на моих тренировках, когда сладкий запах какой-нибудь девицы смешивается с потом тридцати загнанных учеников.
Он смешно покривил носом, будто бы прямо сейчас учуял эту гремучую смесь. Если он ещё хоть день в такой обстановке будет преподавать, начнет обливать помоями каждую студентку. Показав свою неприязнь ещё парочкой забавных рожиц, Элиас посмотрел на чуть приоткрытую дверь, где в проёме был виден коридор.
— А чем тебе Лехлаэ не угодила, — спросил он. Ему нравилось подкалывать друга на эту тему. — Она девчонка видная, красивая эльфка, а на тебя смотрит, словно ты Суна, богиня любви и красоты, принявшая мужскую форму. Тебе лет-то сколько, жениться пора?
Стон Йеона было слышно даже на первом этаже в столовой. Если он сейчас опять врубит музыку по поводу брака, точно повесится. И даже воин не сможет его остановить. А чтобы показать свое отношение к теме этого разговора, он повернулся на бок спиной к Элиасу.
— От вечного холостяка слышу… — буркнул Йеон. — Я тебе уже говорил, она не тот тип женщины, которую я хочу видеть перед собой. Слишком нежная, слишком… эльфийская. Что хорошего в эльфах? Только мордашка видная, а о чем поговорить — неизвестно. Что не обед, так обязательно вопрос про мой день… О себе и пары слов сказать не может, то стеснятся, то её чего…
Да и не до женщин было декану. Он не постесняется и выкажет своё внимание, но лишь той, которая его зацепит. Которая может дать ему не свою смазливую мордашку, но что-то намного больше и ценнее. А вот про возраст вопрос проигнорировал. Йеон так много крови потерял, чтобы сохранить свой самый главный секрет — тайна его возраста. Так забавно было слушать, как ученики делают ставки и на протяжении трёх лет пытаются узнать его возраст!
— Сам-то ты чего без женщины ходишь? — перешёл в нападение Йеон, поворачиваясь к другу. — И не говори, что академия не богата красивыми женщинами! А если на постоянные лица тошно смотреть, взгляни на третьекурсниц.
Он, что, сейчас это сказал вслух? Откуда вообще эта дурная мысль? Йеон и не скрывал свои глаза — они показывали, насколько был поражен декан собственным вопросом.
— Э-э, дружище, да ты совсем плох, — громко засмеялся Элиас. Для человека его строгих правил, трогать учениц — это табу. К тому же в академии практически все ученики благородных кровей, один донос — прощай репутация и работа. — Ученицы неприкосновенны. Я пытался приударить за Лехлаэ, когда она только устроилась к нам, но сам понимаешь… А вообще, если так уж чешется, можно заглянуть в ближайший городок. У дочки пекаря такие булочки! — Он даже жестом продемонстрировал, какие.
Разговаривать с другом было весело, но время неумолимо приближалось к началу занятий, а Элиас не любил опаздывать сам и не позволял этого своим ученикам. Поэтому, пожелав скорейшего выздоровления, он вышел из палаты и плотно прикрыл за собой дверь, чтобы друга ничто и никто не беспокоил. Хотя чуткий слух Йеона все равно мог уловить разговор из коридора, который развернулся сразу после этого.
— О, мисс Хемстел, а вы что здесь делаете? — спросил Элиас, столкнувшись с Евой за дверью. — Всё-таки что-то болит?
— Нет-нет, — заверила она и чуть смутившись пояснила: — Пришла проведать профессора Ридмуса. Он ведь меня спас вчера.
— Наш герой, — усмехнулся Элиас, а сам подумал, что больно много внимания уделяют Йеону, у его дверей пора охрану ставить, чтобы отваживали посетителей. Уже на больничном полежать не дают! — Ему нужен отдых, а ты должна быть на занятиях через полчаса. Да, Йеон мне сказал, что передает вас в мое распоряжение на сегодня. Ты ведь не собираешься на практику к певцам?
Жречество он не особо любил, но уважал, хотя все время старался переманить учеников к себе на тренировки, если выдавалась такая возможность. Под его напором не могла устоять даже Ева, он постепенно уводил ее все дальше от Йеона и даже слова возражения вставить не позволял, все приговария: