Чужой спор 2 (СИ)

— Ты рискуешь, Ир, — покачал головой он, сложив руки на мощной груди. Голос у него был густым и низким. — Рискуешь.
Ледяной усмехнулся. Теперь уже по-драконовски.
Посмотрим… Возможно, кое-что и поменяется. Он еще не решил. Может все будет не так, как планировалось.
Над обледенелой крышей прошелестело задумчивое от одной из горгулий:
— Резерв.
Горящие синие глаза подозрительно сощурились.
— Ир, а ты что задумал, а?
Ледяной насмешливо вскинул бровь.
Стражу это не понравилось. Синий взор придирчиво всматривался в ледяную структуру магии подопечного. И чем больше всматривался, тем больше росли его подозрения.
— Нити резерва тянутся к Анабель, — мрачно подвел итог страж. — Ледяная тропа сияет так, что завидно. А рядом… Та-а-ак… А что это мы с магическим спором сделали, а?
Горящие сапфиры испытующе уставились на издевательски-спокойного ледяного. Голос был предельно невозмутим:
— Что-то не так?
— Все не так, — мрачно подтвердила бывшая горгулья. Взгляд потяжелел. — В последний раз, когда у тебя был такой вид тебе было двенадцать и мы с императором расколдовывали ледяные трусы с половины обитателей дворца. Некоторым драконам в полуобороте пришлось больше суток провести! Даже мы до такого не додумывались!
У Ириар дернулся уголок губ. Но это была его единственная реакция.
— Что с магическим спором, Ир?
— Ничего, — позволил себе легкую улыбку ледяной. — Абсолютно ничего.
Страж с сомнением посверлил его взглядом. Потом вздохнул.
— А ведь ты нашел информацию по спорам.
Ириар не ответил. Да и не успел бы.
В нескольких метрах от них прорвалось горячее пламя. Тихий хлопок. Взметнулись жаркие искры. Гибкий силуэт мелькнул в сполохах огня. И на крышу приземлился огненный дракон. Сложил пылающие алой чешуей в ореоле золотого пламени крылья.
Золотые глаза внимательно осмотрели обледеневшую крышу. И пристально уставились на Ириара.
— Все в порядке, Трей, — вздохнул он, прикрывая на миг глаза.
Огненный выгнул бровь.
— Правда? — мужские губы растянулись в саркастической улыбке. — А я-то думаю, чего это посольство трясет, а защитные артефакты с ума сходят… А это оказывается один ледяной… — не договорил, сдержался. Но взглянул остро.
И уже более сдержанно:
— Что-то разморозить надо?
Ледяной страж тихо фыркнул.
Трей тут же внимательно посмотрел на него.
— На меня твой огонь не действует, мальчик, — осклабилась бывшая горгулья.
Огненный закатил глаза. Потом еще раз пристально осмотрел крышу, особое внимание уделил ледяным барьерам. Задумчиво попинал снег.
— Я завтра же поставлю на Анабель огненную защиту, — вдруг сказал Трей, поводя плечами. Драконьи крылья осыпались алыми искрами, растапливая снег. Синие глаза серьезно смотрели на Ириара. — Меня или стражей может не оказаться рядом и… Лучше перестраховаться.
Страж поморщился, но возражать не стал. Не теперь. А Трей сильный огненный дракон и сможет поставить мощную защиту. Пусть и огненную.
А вот Ириар долго смотрел на дракона. Наконец глухо сказал:
— Ей ничего не грозит.
— Уверен? — шагнул Трей. И посмотрев прямо в зеленые глаза, произнес: — Анабель может случайно пострадать. Готов рисковать ею?
Ир молчал.
— В любом случае, я поставлю на нее защиту. Хочешь ты или нет.
Ледяной молчал некоторое время, а потом медленно кивнул другу. Страж рядом хмыкнул.
А на другом конце крыши вдруг раздалось негромкое:
— Опять мне крышу ремонтировать?! — возмущенно ворчал ледяной лев. Говорил он приглушенно, но отчетливо.
— Так, тебе не привыкать. Опыт. Быстро справишься, — отозвалась одна из горгулий.
Послышалось рычание.
— А давайте позовем огненных духов-стражей? Пусть за своим присматривают!
— Угу. А Анабель мы с ними тоже делить будем? Она только-только к ледяным привыкла. Пожалей девочку. Ее одну на столько яичниц не хватит. Огненные же. Жрут, как не в себя!
— И не толстеют. И парапет под ними не рушится, — горько вздохнул лев, уже магией обновляя крышу и защищая помещение от снега и сквозняков.
Анабель
 
Тётя свалилась с мигренью.
Поэтому за день до Второго Зимнего Бала по магазинам бегать и проверять все заказанное приходилось мне.
Магазины я возненавидела.
Может только тётины поручения я и пережила бы. Не впервой. Но тут случилась неожиданность в виде ледяных статуй. Точнее те, кто ожил.
Мало того, что Лисса осталась с ними. И чтобы поддержать-помочь, и потому что так было безопаснее для нее. Так эти сосульки… решили использовать меня в качестве посредника с внешним миром.
Началось все с невинной просьбы принести кое-какие мелочи. Я согласилась. Жалко девчонок было (с артистом мы не сошлись. Его почему-то очень бесило мое присутствие). Тогда я еще не предполагала в какую проблему это выльется.
Принесла. Сосульки были рады. Потом еще одна просьба… И еще одна. И еще.
В результате снова магазины, лавки, мастерские. Все приходилось именно покупать, так как даже подходить к домам бывших статуй и их родственников драконы запретили. Собственно, они все и оплачивали.
Мне еще пришлось успокаивать ледяных дев, когда им объяснили, что их родные и близкие не беспокоятся о них. Магическая заглушка на эмоции. Успокоили их тем, что как только они вернут себе нормальное состояние и вернутся домой, она снимется.
— Ана, не злись, — сказала как-то Лисса. Когда я уже готова была взорваться от негодования и раздражения на этих… этих сосулек!
Взглянула на подругу волком. Еще немного и взвою.
— Им просто страшно. Боятся, что их здесь закроют совсем. А так создается иллюзия свободы. Вот и гоняют тебя то за одним, то за другим, — тихо объясняла Лисса.
Мне от ее слов было не легче. Да я все понимаю! Но… не легче.
Однако глубоко вздохнула и пошла за новой порцией фигни. Решив заодно заглянуть в лекарский магазинчик и прикупить пустырника. Пусть нервы успокаивают! А то они уже у меня сдают.
Еще и Мартин все время пытался связаться через кристалл связи. А у меня не было возможности ему ответить. Но его упорство насторожило. Что такого могло случиться?
Я выскочила из очередного магазина, нервно закрывая сумочку. Все, это последний. Поспешила к углу, чтобы пройти между магазинами на соседнюю улицу.
Сейчас найду какое-нибудь кафе, закажу себе шоколад и отдохну. Гонку на выживание, скромно именуемое магазины перед очень-очень важным балом, я пережила.
Свернула за угол и… Уткнулась в черный мундир, на котором сверкали бронзовые пуговицы. Окутало знакомым ароматом зимней смородины.
Недоуменно моргнула. Странно. Как скрипит снег под подошвами не услышала.
— Простите, — пробормотала. И не поднимая головы, обогнула мужчину. Точнее попыталась обогнуть.
Меня схватили за руку. Пришлось обернуться.
Трей!
Возмущенный взгляд чешуйчатого не смутил.
— Анабель… — ослепительно улыбаясь начал он, но продолжить не успел.
Неожиданно щиколотку обожгло ледяным холодом. Холод стрелой пронзил тело до плеча, а потом до ладони.
И между перчаткой с мягкой опушкой и рукавом на открытом участке кожи сверкнуло серебристое пятно. Которое мало того, что подозрительно двигалось как жидкая клякса, так еще и узором напоминала чешуйки.
Мы с драконом изумленно уставились на мою руку.
Трей другой рукой без спроса поднял выше рукав, оголяя кожу. Но я даже не возмутилась его нескромным жестом. Потрясенно смотрела на то, что у меня было на коже.
Из моей руки, той самой, что удерживал дракон, появилась серебристая воронка. Мы удивленно посмотрели на нее. И из нее вылезла маленькая головка миниатюрного серебряного дракончика.
 
Аккуратный носик, большие умненькие глазки, волнистый сверкающий алмазами гребешок и матово-серебристые чешуйки. Головка дракончика напоминала не реальных представителей, один из которых застыл соляным столбом рядом, а искусную ювелирную работу.