Падение клана Шэ. Том 1

Прежде чем наложить повязку, он ещë раз осмотрел рану и недовольно цыкнул.
– Нехорошо. Слишком глубокий был укус, одни притирания не помогут. Но на время их хватит. Когда вернëмся в долину…
– О чëм ты, копчëное мясцо? Зачем мне ждать возвращения? – спросил Фэнбао, потрепав его по загорелой щеке. Чжоу Вэйянь отпрянул, недовольный. – Я просто проглочу Золотой бутон и исцелюсь!
  
– Как скажете, мастер. – Чжоу Вэйянь отëр щëку. – Я бы предложил ученику проводить вас вниз, но вижу, от состязания вы не откажетесь. Идëмте вместе. Кто знает, какие опасности ждут нас дальше?
– Мы согласны, – ответил Цзиньюань раньше, чем Фэнбао успел открыть рот. – Вы и так много сделали для нас, уважаемый Чжоу. Мы должны отплатить добром за добро.
– Я это услугой не считаю, – хмыкнул Чжоу Вэйянь. – Но и противоречить не буду. Приятно иметь в должниках таких мастеров.
Фэнбао бросил на Цзиньюаня неприязненный взгляд и молча последовал за ним.
– Чую, доставит он нам хлопот, – пробормотал он под нос.
 
Глава 7
 
По дороге то и дело попадались тела пауков, кабанов, даже оленей с испачканными кровью рогами. Трупы животных вперемешку с человеческими, словно страшная эпидемия вдруг накрыла эти места.
Время давно перевалило за полдень, начал собираться дождь: тучи плотно обсели верхушку горы, и холодный мокрый туман спустился вместе с ними.
Малыш Юань больше не заикался о похоронах. Он стал молчалив, но это и к лучшему – Фэнбао не собирался помогать поросёнку, который едва не сказал то, чего поклялся не говорить. Хватит благотворительности. Мальчишка – не Сюэцин: ни благородства, ни верности, одни слова и сожаления.
Он твëрдо решил, что, спустившись с горы, покинет его, ничего не объясняя. Агатовый владыка сможет справиться со своими подданными сам!
Правда, плечо слушалось всё хуже… но это ничего. Золотой бутон способен всë исправить!
Тела несчастных, прорвавшихся к обители раньше, свисали с деревьев и надвратных балок как огромные серые тюки.
Чжоу Вэйянь, увидев это, нахмурился сильнее обычного и немедленно отослал учеников вниз. Фэнбао не ожидал от него такого, но, видно, это были все ученики, которые прилепились к этой Небом забытой школе, и других не предвиделось.
Он подошëл к самому низко висящему тюку и ткнул его кнутовищем.
– Как думаете, кто здесь? Бедолага без роду и племени или, может быть, Феникс Золотой долины? – спросил он, чтобы как-то развеять уныние. – Мне вскрыть кокон и посмотреть, что там за шелкопряд?
Ответа он не дождался. Ну, не очень-то и хотелось.
Не оборачиваясь на молчаливых спутников, он прошёл в ворота, наклонившись, чтобы не задеть мертвецов.
Он не в настроении был красться и осторожничать – хотел, наоборот, приблизить встречу, которой так страшилось его сердце.
Гуйфэй… конечно же, она вернулась сюда. Каким дураком он был, что не подумал об этом раньше! Нет… может быть, он подумал? Может быть, не поверил в еë смерть и искал еë?
Он не мог вспомнить.
Фэнбао не надеялся встретить еë во внутреннем дворе, но и не ожидал, что увидит среди унылых серых камней и липких полотнищ паутины такое важное сборище: невзирая ни на холод, ни на дождь, воины сидели в кругу, погружëнные в медитацию. Стена ци колыхалась вокруг, словно горячий воздух.
Двое «фениксов» из Огненного Меча: тот, что с бородой, видно, глава школы, тот, что помоложе, – точно его сын. Девица из школы Тысячи Потоков, двое седобородых стариков в незнакомых Фэнбао цветах, видно, пришли за лекарством от ревматизма, и красотка Шэ Юэ. Ей, видно, недосуг было медитировать, потому что, услышав шаги, она тут же открыла глаза и вскочила.
– Шисюн!
Что за девчонка? Бросилась к этому копчёному куску мяса Вэйяню, будто только его и ждала, а на бедного малыша Юаня даже не посмотрела. Фэнбао заметил, как вытянулось его лицо.
– Шисюн! Оно… оно забрало Янь-яня! – девчонка схватила мальчишку Вэйяня за руки. – Мы медитируем, чтобы снести ворота единым ударом!
Мальчишка Вэйянь усмехнулся.
– Ну, теперь единым не получится. Ты же покинула круг! Дурочка…
Фэнбао закатил глаза. А вот и слабое место этого сухаря! Девчонка. И что же сделает малыш Юань?
Малыш Юань, конечно, не смог оставаться в стороне.
– Мой слуга сможет уничтожить эти ворота, – надменно произнëс он. – Бояться нечего.
Фэнбао закрыл лицо ладонью.
«Слуга»! Ну разумеется.
– Вряд ли другие герои согласятся уступить мне такую честь, – усмехнулся он. – Кто первый в ворота, тот первый за Золотым бутоном!
– Не совсем так, уважаемый Хуань Фэнбао. – Глава Огненного Меча подошëл и поклонился, приветствуя собравшихся. За его спиной сгрудились остальные, недовольные тем, что их медитацию прервали.
– Получит Золотой бутон тот, чей удар будет последним. Но мы не можем действовать опрометчиво: юный Шэ Янь в опасности.
Фэнбао на глаз оценил размер и крепость дверей. Они могли бы удар тарана выдержать, к тому же их так заплело паутиной, что она смягчила бы любой удар.
– Он знал, куда шëл, и, скорее всего, уже мëртв.
– Да как ты смеешь?! – Девчонка Шэ ткнула его острым кулаком в больную руку. – Он мой брат!
– Значит, ты должна была лучше присматривать за ним! Что же теперь сваливать всë на других?
– Фэнбао! – прикрикнул малыш Юань, словно пса воспитывал. – За этими дверями наверняка ждут полчища пауков. Я предлагаю нам разделиться: мой слуга и вы все отвлечëте их на себя, пока мы с барышней Шэ и Чжоу Вэйянем проникнем через крышу.
Воины переглянулись. Ясно, о чëм они все думали! Фэнбао только интересно было, решится ли кто сказать.
– Значит, мы поляжем в битве с пауками, пока вы незамеченными заберëте награду? – не удержался мальчишка из Огненного Меча. Малыш Юань нахмурился в ответ как грозовая туча.
– Я думал о том, как спасти ребëнка! Неужто вам жадность так глаза застит?!
– Моя мать при смерти, – сквозь зубы прошипел мальчишка. – Будь вы на моëм месте, господин стратег, вы бы не задумываясь обменяли любую жизнь на еë драгоценную!
– Иди на крышу, если тебе так нужно, Фэн Гуанмин. – Чжоу Вэйянь скрестил руки на груди. – Я привык встречать противника лицом к лицу.
На милом личике девчонки Шэ отразилось страдание. Неужто этот кусок вяленого мяса был ей так дорог? Растрëпанный, мрачный, лет на десять еë старше… а всë ж у него как будто больше шансов, чем у малыша Юаня.
Фэнбао мстительно усмехнулся.
– Всë, надоела мне болтовня! – объявил он, отошëл подальше для разбега…
Ему даже ци не нужно было собирать – ярость требовала выхода. Он наклонил голову, исподлобья глядя на дверь как на ненавистного врага, напружинившись…
Ах, как давно он не бегал вот так, чуть не отрываясь от земли, летя как огненный шар, неостановимый! Кажется, двери разлетелись в щепу за его спиной, несколько тварей попытались вцепиться в него, но с визгом отлетели, пылая.
Он думал, это будут пауки, но нет – в мрачных коридорах обители несли стражу волки.
Гуйфэй любила собак. Этого она, видно, не забыла.
Волку, вылетевшему навстречу, он оторвал голову, морщась от запаха палëной шерсти. Второго удавил кнутом.
– Гуйфэй!
Нет ответа.
Он вышиб одну дверь, вторую, но ничего, кроме серости запустения и волчьего помëта, не находил. Паутина липла к его лицу, колыхалась вокруг шëлковыми пологами.
– Гуйфэй!
Забытая кумирня, заплесневелые таблички с именами на алтаре.
  
Её имя тоже было там.
Как она, должно быть, напугала всех! Благородный род Шэ бежал с горы так, что забыл своих предков!
– Покажись! Неужто не узнаëшь меня?! Гуйфэй!
Мраморный экран в главном зале упал, рассечëнный его кнутом, поднимая клубы пыли.
– Ш-ш-ш… Ты разбудишь его… – прошипел голос из тьмы, оттуда, где склонилась над водами яшмовая ива барельефа. Еë каменные ветви колыхались от ветерка, но, присмотревшись, Фэнбао понял, что это колышутся паутинные космы. А за ними, двигаясь плавно…