Инженер 3 (СИ)

— Я предлагаю где-нибудь в другом месте. Где меньше посторонних людей, — уклончиво сказал я.
Шорохов посмотрел на меня внимательно, прищурившись. Потом усмехнулся:
— Хитрый вы, Александр Дмитриевич. Ну ничего, Николай Федорович тоже не промах. Хорошо. Где встретимся?
Я подумал:
— В гостинице «Московская». Там есть отдельные комнаты для переговоров. Хозяин Терентий Савельевич меня знает, даст хорошую комнату.
  
— Ладно. В семь вечера в «Московской». Я передам Николаю Федоровичу.
— Передавайте.
Шорохов встал, взял шляпу и трость:
— Тогда до вечера, Александр Дмитриевич. Не опаздывайте. Николай Федорович ценит пунктуальность.
— Не опоздаю.
Мы пожали друг другу руки. Шорохов вышел, закрыл дверь за собой.
Я остался сидеть за столом в задумчивости. Совместное дело с Баташевым. Пять тысяч рублей. Половина прибыли. Заманчиво. Очень заманчиво.
Но надо быть осторожным. Внимательно прочитать договор. Условия обдумывать. Баташев купец богатый, влиятельный. Может придавить, если что.
Нужен совет. Хороший юрист или человек опытный в торговых делах.
Я встал, посмотрел по сторонам. Семен сидел у верстака, чинил какой-то инструмент.
— Семен, — позвал я.
Он поднял голову:
— Да, Александр Дмитриевич?
— Сегодня вечером уйду пораньше. В семь встреча с купцом Баташевым. Дело обсуждать будем. Мастерскую закроешь?
— Закрою. А встреча по какому делу?
— Да тоже самое, что и раньше. Совместное предприятие предлагает. Мастерскую по производству насосов и машин. Он деньги вкладывает, я работаю.
Семен задумался, покачал головой:
— Смотрите осторожнее, Александр Дмитриевич. Купцы народ хитрый. Обмануть могут. Но дело хорошее.
— Знаю.
— Правильно. Дай Бог вам удачи.
— Спасибо.
Я сел за стол, раскрыл тетрадь с расчетами. Вечер обещает быть интересным.
Мы с Семеном проработали в мастерской до вечера. Разбирали насосы, проверяли детали, чинили инструмент. Работа обычная, повседневная.
Вскоре пришли остальные работники. Трофим продолжал работать у горна, ковал что-то. Филипп принялся точить втулки на станке. Гришка с Иваном убирали стружку, мели пол.
Я работал за верстаком, собирал клапан для насоса. Медные детали, пружины, прокладки. Все подгонял, проверял размеры.
Семен рядом чертил деталь по моим указаниям. Карандаш скрипел по бумаге, линии ложились ровно.
Часы на стене пробили половину седьмого. Я отложил инструменты, вытер руки тряпкой.
— Семен, заканчиваю на сегодня. Надо собираться.
Семен кивнул:
— Хорошо, Александр Дмитриевич. Удачи вам на переговорах.
— Спасибо.
Я умылся из таза холодной водой. Вытерся, переоделся в чистую рубаху. Надел сюртук, поправил галстук. Причесался, посмотрел в зеркало. Вид приличный, деловой.
Взял портфель, положил туда записную книжку, перо, чернильницу. Может, договор сразу подписывать будем, надо быть готовым.
Вышел из кабинета. Семен стоял у верстака, смотрел на меня:
— Как князь нарядились.
Я усмехнулся:
— С купцом встречаться. Надо солидно выглядеть.
— Понятно. Ну, идите. Мы тут закончим, мастерскую закроем.
— Хорошо. Всем спокойной ночи.
Вышел на улицу. Вечерело, солнце клонилось к закату. Жара спала, подул легкий ветерок. По улице шли люди, торопились домой после работы.
Я зашагал по Заречной в сторону центра. До гостиницы идти минут двадцать неспешным шагом.
Шел, обдумывая предстоящий разговор. Что спросить у Баташева? Какие условия выдвинуть? Главное не соглашаться сразу, торговаться, выбить себе лучшие условия.
Пять тысяч рублей большие деньги. Но половина прибыли это справедливо? Может, потребовать больше? Или наоборот, согласиться на меньшее, но получить полный контроль над производством?
Надо послушать внимательно, что предложит Баташев. Потом решать.
Прошел мимо губернского правления, там уже темные окна, чиновники разошлись по домам. Свернул на Киевскую улицу. Впереди показалась гостиница, двухэтажное здание с вывеской.
Окна первого этажа светились, трактир работал в полную силу. Народу внутри много, слышны голоса, смех, звон посуды.
Я поднялся на крыльцо, вошел. В прихожей пахло щами, жареным мясом, табаком. Справа дверь в трактир, оттуда доносился гул разговоров. Слева лестница наверх. Прямо стойка, за ней сидел молодой парень в жилетке, тот самый, что всегда тут дежурит.
Увидел меня, вскочил:
— Добрый вечер, ваше благородие! Александр Дмитриевич!
— Добрый вечер. Хозяин на месте?
— Сейчас позову!
Парень побежал куда-то в глубь здания. Вернулся через минуту, за ним шел Терентий Савельевич Савельев, хозяин.
Увидел меня, расплылся в улыбке:
— Александр Дмитриевич! Вот и вы! Здравствуйте, здравствуйте! Рад видеть!
Он подошел, крепко пожал мне руку.
— Здравствуйте, Терентий Савельевич. Мне нужна отдельная комната. Для переговоров. На час-два.
— Конечно, конечно! Есть хорошая комната на втором этаже. Тихая, удобная. Стол, стулья, лампы. Чай подать?
— Подайте. И что-нибудь перекусить. Закуски легкие.
— Будет, будет! — Терентий Савельевич хлопнул в ладоши. — Пирожки свежие, ветчина, сыр, огурцы соленые. Водочки поставить?
Я задумался. Водка на переговорах может помешать, голова затуманится. Но с другой стороны, может Баташев не откажется выпить.
— Поставьте. Но немного. Графинчик небольой.
— Хорошо! — Терентий Савельевич вдруг осекся, посмотрел на меня внимательно. — Александр Дмитриевич, а вы помните, мы с вами о каретах разговаривали?
Я кивнул:
— Помню. Вы хотели, чтобы я еще одну такую же сделал. Даже не одну, а побольше, если получится.
— Вот-вот! — Хозяин оживился, глаза заблестели. — Только теперь у меня идея получше появилась! Я тут мастера одного нашел, Артемия Скобова. Каретный мастер, опытный, руки золотые! Тридцать лет кареты делает, экипажи всякие. Раньше у помещика работал, теперь на себя трудится, заказы берет. Хотя в последнее время у него трудности, мало кто ему заказывает.
Терентий Савельевич наклонился ближе, понизил голос:
— Так вот, я с ним разговаривал. Показал ему вашу коляску, объяснил, как вы ее переделали. Он посмотрел, все осмотрел внимательно, и знаете что сказал? Говорит: «Это не просто ремонт, это новая конструкция! Рессоры так поставить, ремни так натянуть — я тридцать лет работаю, такого не видел!». Восхищался, одним словом!
Я молча слушал. Куда клонит хозяин?
Терентий Савельевич продолжал:
— И вот я думаю, Александр Дмитриевич: а что, если нам совместное дело организовать? Вы инженер, светлая голова, придумываете конструкции новые. Матвей Ильич опытный мастер, руки умелые, любую карету собрать может. А я деньги вложу, мастерскую дам, заказы найду. Втроем работать будем! Кареты делать, экипажи, коляски диковинные! Спрос огромный будет, народ такого не видывал!
Он выжидающе смотрел на меня, в глазах горел азарт.
Я задумался. Предложение интересное. Кареты действительно нужны, спрос есть. Моя коляска всем нравится, расхваливают. Можно наладить производство, деньги зарабатывать.
Но времени нет. Совсем нет. Разорваться на части не получится. Мельницу надо строить, полгода работы. Насосы для пожарной части делать. Теперь еще с Баташевым дело новое открывать. Когда кареты делать? Если только делегировать полномочия этому мастеру, Скобову.
— Терентий Савельевич, — сказал я осторожно. — Идея хорошая. Но сейчас у меня времени нет. Заказов много, все руки заняты.
Хозяин замахал руками:
— Да не сейчас, Александр Дмитриевич! Не сейчас! Я понимаю, вы человек занятой. Потом, когда сможете. Главное, подумайте, согласны ли в принципе? А Матвей Ильич пока чертежи готовить будет, инструмент подбирать, место искать под мастерскую.
  
— А мастер этот где сейчас? — спросил я.
— Здесь! Рядом живет! Я его адрес на всякий случай узнал, думал, сначала с вами поговорить, потом позвать. Хотел вас познакомить!