Сделка с ректором. Секреты древнего континента (СИ)

– Лия, – он развернулся всем телом, спокойно посмотрел в мои полные тревоги за него глаза, помолчал немного, а затем сказал простое, но такое важное: – Мы – те, кем сами себя считаем. Я – неплохой боевой маг, лучший в академии, но прекрасно осознающий, что мне ещё учиться и учиться. Я – будущий военный маг со званием генерала, потому что я этого хочу и потому что я работаю над этим с пятнадцати лет. Я – король Ингареда, потому что я хорошо знаю, что такое ответственность, и потому что я намерен серьёзно исполнять свои обязанности, под которыми подписался собственной рукой. Я – это я, и мне хорошо известно, что я из себя представляю.
Я слушала молча и крайне внимательно, и когда Аед замолчал – улыбнулась ему. Лорд Аграэд улыбнулся в ответ и насмешливо поинтересовался:
– Успокоилась?
– За тебя – да, – ответила честно, – но за Ренара всё ещё очень страшно.
– Я отправил ему послание, – сообщил маг, криво улыбнулся и хулигански добавил: – Обзавёлся артефактом, как у тебя. Хорошая вещь. Сама придумала?
– Мне помогли. Так что с Ренаром? – он меня волновал куда сильнее всего прочего.
– Да чего с ним, – а вот Аеда архимаг не беспокоил ничуть, – сейчас при…
Окончание его фразы потонуло в нарастающем гуле, через мгновения справа от нас вспыхнул увеличившийся из искры в полноценный человеческий рост портал и в коридор дворца решительно ступил лорд Ренар Армейд.
С тревогой бегло оглядел меня, удовлетворённо кивнул, повернулся к Аеду, его осматривать не стал, у него спросил:
– Как?
Растянув губы в довольнейшей из улыбок, король загадочно пожал плечами и весело подмигнул мне. Я тоже улыбнулась и сокрушённо покачала головой, вспоминая, как именно.
– Понял, – усмехнулся Ренар.
И вскинул руку.
Портал поглотил мгновенно, неожиданно резко подкинул вверх и поволок куда-то вниз – быстро, зло как-то и совсем неосторожно.
– Вот Тьма! – раздался напряжённый голос провалившегося вместе со мной Аеда, которого я сразу и не заметила.
Спросить что-либо или сказать я не успела.
Вспышка, рывок! Нас подкинуло вновь и выбросила на ледяной неровный каменный пол.
Я застонала от разлившейся по всему телу боли, Аед, игнорируя собственную, резко вскочил на ноги, мгновенно оказался рядом и рывком поднял и меня, крепко удерживая и тем самым не позволяя упасть.
Но, как оказалось, причина его хватки и близости крылась не в моём пошатывающемся состоянии.
– Наконец, – прозвучал недовольный женский голос в стороне, – почему так долго?
– Виноват, – сухо отозвался… Ренар.
Резко обернувшись, я увидела медленно меняющего вид метаморфа, черты лица которого расплывались и становились более резкими, сужалась фигура, становился чуть ниже рост.
Здесь же, в большом каменном гроте с неровным высоким потолком, обнаружилось ещё около трёх десятков представителей данного вида.
И Альвхейда.
На нас колдунья даже не обернулась, продолжая вырывать содержимое каменного шкафа на пол. Уже разорёнными были каменный стол, книжный стеллаж, открытая в стене потайная комната. Вещи валялись всюду на полу, метаморфы стояли молчаливые и обречённые, бывшая королева, совершая резкие движения, от чего дёргалась её длинная чёрная коса, рычала себе под нос:
– Вот же хорг! Проклятый Армейд! Надо было сразу его убить. Убить! Так нет же, пожалела, дура – столько силы в никуда уйдёт! Жадность – вот, что наш мир погубит. Жадность и самонадеянность. Да где ты?!
Мы с Аедом обменялись напряжёнными взглядами.
– Попали, – одними губами проговорила я.
– Умная, – сморщившись, без звука высказался боевик, кивнув в сторону колдуньи.
– Умная, умная, – не поворачиваясь к нам лицом, каким-то образом услышала она сказанное и тут же досадливо сплюнула, – а что толку? Архимага недооценила, себя, наоборот, переоценила, девку эту, – остановила поиски, обернулась через плечо, мрачно на меня посмотрела, – тебя, в смысле, в расчёт не взяла вообще. И вот вам интересный вопрос: что станет с сознанием мага, если в течение десяти лет его держать под заклинанием лишения воли? А ничего не станет, если ты и мага этого недооценила тоже, а он артефактор, и жена у него алхимик, и оба с самого начала тебе голову дурили, убедив в том, что привели к тебе и позволили убить их единственную дочь. Вот дура!
 
Последнее Альвхейда практически прокричала, искренне злясь… на себя.
Отвернувшись, продолжила методично выбрасывать на пол всё, что попадалось ей под руку.
– Самонадеянность, – недовольный голос, – самонадеянность всё погубит. Проклятое слово!
Не понимая вообще ничего, я повернулась к Аеду, надеясь, что хоть ему ситуация была яснее, но боевик ответил мне столь же напряжённо-недоумевающим взглядом. Он не знал, что происходит, и это его очень нервировало.
Мне тоже было страшно, но Аед… он боевой маг, их учат анализировать ситуацию и быть готовым ко всему, я же лишь маг природный, мы в военные дела не лезем и потому не сильно печалимся, когда не удаётся просчитать следующие шаги врага. Да и врагов у нас не бывает – с кем нам воевать, если мы по деревням да лесам сидим, природе помогаем и с духами беседуем?
– Ага! – ликующий возглас древней колдуньи вырвал из судорожных размышлений. Её радость мигом приобрела оттенок гнева: – Наконец-то, хорг!
И прекрасная женщина с грацией развернулась, утратив к шкафу всяческий интерес. В её руке ярко сверкнул клинок из чёрного металла с инкрустированной изумрудами рукояткой.
Артефакт.
Не знаю, какой и для чего, но артефакт в орудии я определила сходу.
– Вижу огонёк узнавания в твоих глазках, – улыбнулась колдунья, причём весьма дружелюбно.
Покачав головой, я решилась негромко ответить:
– Я не знаю, что это, но отчётливо ощущаю, что клинок – артефакт.
– Вот как, – она с интересом подняла правую ладонь, спокойно и уверенно сжимающую рукоять, вгляделась в сверкающее чёрное лезвие и удовлетворённо проговорила: – Значит, он не прячется. Тем лучше, не придётся тратить силы на пробуждение.
Невероятное осознание заставило пошатнуться в крепко удерживающих руках Аеда.
– В клинке дух? – выдохнула шокированная я.
– А? – Альвхейда подняла голову, словно вырывая себя из размышлений, недоумевающе посмотрела на меня, но сама запоздало осознала прозвучавший вопрос и легко ответила, пожав тоненькими плечиками: – А, да. Одна старая коронованная мразь, принимавшая у меня клятву. Ведьмы требовали, чтобы я убила его сразу после ритуала, но мне это тогда показалось странным, и потому я поступила иначе, отправив душу твари не за Грань, а вот сюда, – она подняла руку, пошевелила пальчиками, покачивая клинок и показывая, куда именно «сюда». Улыбнулась, опять же, весьма по-доброму, даже почти дружески, и добавила: – Я бы провела тебе урок истинной истории, но я всё же не настолько самонадеянна, чтобы раскрывать карты, пусть даже и трупам.
И она, не стирая этой светлой доброй улыбки с лица, подняла вторую руку, направив раскрытую ладонь в нашу сторону.
Я и понять не успела, что происходит, но Аед не медлил! Резко дёрнув назад, он спрятал меня за свою спину, намереваясь принять удар на себя, и с невероятнейшей скоростью принялся выстраивать щиты. Первый, второй, третий…
Слетевшая тёмно-синими искрами с кончиков женских пальчиков магия сформировалась в шевелящийся сгусток и полетела к нам, с лёгкостью минуя все выстраиваемые боевиком линии защиты.
– Знаний не хватит, – покровительственно уведомила колдунья.
И Аед отлетел в сторону!
А прошедшее сквозь все щиты заклинание ударило в мой живот.
Боль! Тело скрутило болью, словно меня перерубило пополам! Я задохнулась от этой боли, не в силах даже закричать, не в состоянии пошевелиться, не сумев удержаться на ногах.
И, падая на камни, слышала Аеда, кричащего моё имя, видела исчезающих вспышками света метаморфов и ощущала, как раскаляется браслет на руке.
– Минуты полторы, – прозвучал безразличный голос Альвхейды, – и твой архимаг будет здесь.