Синеглазка для Грома

Спустя минуту, оба горе-ухажера сидели на асфальте, держась за разбитые носы.
Я же, наконец-то придя в себя, подбежала к девушке. Она все так же сидела на лавочке и роняла беззвучные слезы.
– Ты в порядке?
Незнакомка подняла на меня испуганные глаза.
– Да, все хорошо.
Я взяла с пола ее сумку, собрала все выпавшие учебники и протянула незнакомке.
– Ну что, все живы? – перед нами появился здоровяк. Он выглядел совершенно спокойным и даже не запыхавшимся!
  
– Да, спасибо вам огромное, – улыбнулась в ответ. – Вы – настоящий офицер. Спасли девушек.
Здоровяк выглядел смущенным.
– Я Вита, – протянула ему ладонь. Он пожал ее и посмотрел на девушку.
– Я Сабина, – проговорила она тихим, нежным голосом.
– Молот, – представился мужчина, пожимая девушке руку.
– Они что-то сделали тебе? – спросил, присев на корточки рядом с Сабиной.
Она все никак не могла успокоиться.
– Нет, я просто испугалась. Несколько мужчин мимо прошли, никто не помог. Спасибо вам, – она всхлипнула и вытерла слезы платком.
Молот кивнул, почесав задумчиво затылок.
– Вас довезти?
– Ой, я на машине, – только сейчас я вспоминал о Родичеве, посмотрела на часы. – Может, Сабину проводите?
– Нет-нет, спасибо вам. Я дойду, – девушка попыталась подняться с лавочки, но, по всей видимости, Молоту слишком понравилась идея проводить Сабину. Он не собирался ее отпускать.
– Отставить, – проговорил беззлобно. – Конечно, провожу, мало ли кто еще по дороге пристанет.
Он схватил сумку Сабины и подал ей руку. Девушка бросила на меня вопросительный взгляд, в ответ на который я кивнула. Думаю, что этот здоровяк уж точно не обидит. Тогда Сабина вложила свою ладонь в его, и они направились вдвоем к выходу из парка.
А я, поняв, что опаздываю уже на минут десять, быстрым шагом направилась к условленному для встречи с Родичевым месту.
 
Глава 7
 
– Какая удача, я успела на склад! Успела забежать туда за пятнадцать минут до конца рабочего дня. Хорошо, хоть Сан Саныч, добрый человек, задержался и выдал мне форму, иначе Гром завтра бы устроил, – последнее слово я проговорила, с ужасной отдышкой. Подниматься по лестнице на второй этаж с огромной стопкой вещей оказалось сложной задачей.
Женька тащила вторую часть выданной мне формы. Взяв свободной рукой ключ из моей сумки, она открыла замок, и мы наконец-то попали в комнату.
– Что с жильем? Тебя уже оформили? – подруга положила стопку на кровать и уселась рядом.
Я же, оставив свою ношу на стульчике, наконец-то смогла выдохнуть.
– Да, Сан Саныч все оформил, так что теперь нам с тобой, подруга, осталось принять присягу.
Мне было немного тревожно думать о предстоящей процедуре, но несмотря ни на что, настроение было замечательным. Не терпелось подшить рубашку и надеть уже новенькую форму!
Выудив форменную юбку и пакета, скинула платье и стала ее примерять, крутясь перед зеркалом. Посмотрев на подругу, вдруг поняла, что Снегирева выглядит расстроенной.
– Что случилось, Жень? Ты чего такая тихая?
Женя молчала.
– А где Ванька то? Уже вечер, а ты не с ним, – я только сейчас поняла, что Снегирева все это время сама не своя.
Подруга нахмурилась.
– Где Ванька, где Ванька? А мне почем знать, где этот Ванька?! Вообще не интересно, – пробурчала, отворачиваясь к окну. – Я может, уволюсь скоро и вернусь обратно в Красноярск!
А вот это заявление мне совсем не понравилось. Я подвинула стул ближе и устроилась на нем.
– Давай, рассказывай. Что у тебя случилось?
Женя метнула в меня сердитым взглядом.
– Ничего не случилось. Свадьбы не будет. Я уезжаю.
Мне казалось, еще чуть-чуть ее ворчания, и я ее тресну.
– Снегирева!
В глазах Женьки блеснули слезы.
– Он такая сволочь! Я перлась сюда через всю страну! Я устроилась в эту армию, терплю отвратительную начальницу, которая даже в туалет сходить не разрешает! Мои родители уже купили билеты, чтобы прилететь сюда, на нашу свадьбу! А он берет и переносит ее на неопределенный срок! – Женя выкрикивала обвинения, и с каждым словом ее глаза все больше наполнялись слезами. В итоге она и вовсе разрыдалась.
– Как переносит?
Я пересела к ней на кровать, обняла Снегиреву. А она еще больше расплакалась.
– Вот так! Он уезжает в «Герань», будет проводить срочникам курс молодого бойца! А это значит, что его два месяца не будет!
Я не могла понять, о чем она талдычит.
– Что за «Герань»?
Женя бросила на меня обиженный взгляд. В ее глазах я выглядела невеждой.
– Это учебный центр! Его еще «Долиной смерти» называют.
– Бр-р-р, ну и название, – меня даже в озноб бросило. Не хотела бы я там оказаться.
– Вита, что делать-то? Что я маме скажу, а папе? Два месяца! Сейчас ведь начнется! Когда вернется, отправят еще куда-нибудь, к примеру, на ротные учения. Это что, мы зимой будем жениться? А как же платье и красивые фотографии?
Женя была в истерике. Сердце сжималось от того, насколько несчастной она выглядела.
– А почему он вдруг едет? Это ведь не было запланировано.
– У комбата один из ротных гепатитом заболел, сегодня Гром вызвал Ваньку и сообщил ему, что вместо того больного едет он.
Ну и дела. Я еще крепче обняла подругу.
– Ладно, ты не плачь. И Ваньку не ругай! Он-то не виноват. Мы что-нибудь обязательно придумаем.
– Что ж тут придумаешь? Приказы начальства не обсуждаются, – завывала Снегирева.
– А мы и не будем их обсуждать. Но с комбатом я попробую поговорить. Все-таки свадьба бывает раз в жизни. Что ж он, не человек чтоли?
***
На следующее утро я была полна энтузиазма и уверенности. Выглядела я на все сто. Неустанно крутилась возле зеркала, любуясь собой. Как мне шла форма! Завязав хвостик, надела пилотку и отправилась в казарму.
На сегодня главным пунктом плана был разговор с комбатом насчет Вани и Жени. Я ночью даже мини-речь набросала, дабы не ударить лицом в грязь. Подумала о том, что надо бы подмаслить Грому. Может чего испечь в скором времени? Все-таки, путь к сердцу мужчины лежит через желудок. И этот не исключение.
На подходе к казарме, на небольшой площадке заметила Грома, занятого тренировкой. Его торс был оголенным, и я могла наблюдать, как от каждого движения его рук, мышцы спины перекатывались под кожей. Я смотрела на него, затаив дыхание. Он нагибался, делал выпады вперед, словно сражался с невидимым противником. А потом просто взял и сделал сальто.
После этого Гром перешел на брусья и принялся подтягиваться на них. Он делал упражнения с такой легкостью, казалось, что они не составляют для него труда. Его загорелая кожа блестела от пота, русые волосы были влажными, я видела, как с их кончиков стекали капельки воды на лоб.
Я все стояла и смотрела на бугрящиеся по рукам вены, на крепкие пальцы, держащие перекладину. Боже, столько силы и мощи сконцентрировано в одном человеке! Это поистине потрясающее зрелище!
В этот момент я, почему-то, подумала о том, что у такого как он обязательно должна быть женщина. Разве может быть он одинок? А потом я вспомнила о его характере…
Почувствовав мой взгляд, Гром вдруг обернулся и посмотрел на меня. Я испуганно вздрогнула, боясь, что в очередной раз получу нагоняй.
– Доброе утро, – мужчина прошелся по мне придирчивым взглядом. – Ну вот, другое дело, теперь вы настоящий боец.
Что это? Ободрение? Он похвалил меня? Боже, ничего с неба не упадет?
– Доброе утро, товарищ комбат. Вы тоже отлично выглядите, – послав мужчине широкую улыбку, развернулась и гордой походкой направилась в казарму. Клянусь, я чувствовала его взгляд, пока не зашла в помещение. Сердце выпрыгивало из груди.
  
***
День был жутко суматошным. Но, стоит отдать должное Грому, больше он не ворчал на меня. Только работой заваливал так, что я не успевала изучать порученные мне документы. Поговорить с ним о Сугробове пока не выдалось возможности, и я надеялась, что после обеда он будет менее загруженным и сможет меня выслушать.