Солдат Империи (СИ)

Всего в комнатах, отведённых для проживания персонала жило уже полтора десятка бывших офицеров и сержантов, списанных по ранению или признанных негодными к службе. Государство оплачивало восстановление утерянных конечностей, но за время службы у людей накапливалось огромное количество проблем, и многие предпочитали брать деньгами. После выяснялось, что решение было мягко говоря не бесспорным, но поезд уже ушёл. Здоровые куда легче находили себе непыльную службу.
Новость о том, что работодатель будет за свой счёт восстанавливать здоровье работников причём не в счёт контракта, а просто так. всколыхнула людей. Народ постоянно обсуждал случившееся, а первого вылеченного только что не обнюхали, рассматривая выращенную руку от локтя.
Кое-кто даже отвёз договор к юристам, но никаких скрытых пунктов или подводных камней никто не обнаружил. Даже сам бланк найма, купленный в магазине деловых товаров был стандартным соглашением о приёме на работу. Причём номерным, защищённым от подделки, и изготовленным в типографии Госбанка.
От такого отношения, парни тащили службу что называется от души, и поместье превратилось в небольшую крепость. Тем более что денег на снаряжение и оружие не жалели. Постепенно подтягивались люди других специальностей, и на территории имения начали строить дом для их проживания.
В один из вечеров. К Владимиру подошёл Григорян, и согласившись выпить вместе чаю, дождался пока служанка принесёт второй прибор.
— Владимир Алексеевич. Тут в связи с тем, что вы за свой счёт подлечиваете парней возникли несколько вопросов. — Он глотнул крепкий чай без сахара. — А могу я, к примеру, пообещать такую же историю другим людям? Не ветеранам, а просто интересным специалистам. Например, есть такой Мохендаро Жилгар, из Желторосии. Так вот у него дочка без ножек. А девочке уже пятнадцать, и сами понимаете, на протезах ей замуж не выйти. Его выгнали со скандалом с прежнего места работы. Причём виноват был не он, а сынок одного деятеля. Так его выгнали, а после чуть не убили. Сам остался цел, а дочка лишилась ног.
— При таких делах, я бы ему помог просто так. — Владимир кивнул.
— Просто так не надо. — Адмирал улыбнулся. — Даро специалист по охранным системам, причём уникальный и как бы не лучший из всех, кого я знаю. И он готов принести вам клятву верности в храме.
— Если нужный специалист, давайте. — Владимир кивнул. — Но вы, сказали несколько вопросов.
— Да, есть ещё дедушка один. — Григорян почесал затылок. — Грехов на нём, словно блох на барбоске. Сидел даже пару раз. Но всё как-то выкручивался. А дедушка интересный. Он в своё время работал аж заместителем финдиректора Имперского банка. А это такие деньги, что просто ой. Я случайно его встретил. Развалина развалиной, а глаз твёрдый. Меня сразу узнал, поговорили… И как-то он словно почувствовал, что я снова при деле. Посмотрел так тоскливо…
— Финдиректор это конечно нужный кадр. — Владимир кивнул. — Только как обеспечить его верность?
— Так в храм потащим, да пусть клятву даст как мы. — Адмирал развёл руками. — Клятва в храме, она такая. Если клятву крови хоть чуть преступить, вся кровь в теле мгновенно свернётся. А ему мы предложим самую жёсткую из всех возможных. Клятву на единстве души. Говорят, смерть лютая. Но Гаврила Егорыч всё равно пойдёт на это. Но вариант недешёвый, сразу скажу. Двести тысяч будет стоить омоложение, и ещё тысяч триста, лечение всех болячек.
— А дешёвые варианты, только в сказках бывают. — Владимир кивнул. — Делайте. И если ещё какие кадры будут мимо пробегать, дайте знать. Нам всё сейчас нужно.
Для будущего предприятия выкупили старый завод, автохозяйство, и ферму рядом. Площадь получилась большая, больше квадратного километра, но с учётом планов, не чрезмерная. Строительная компания сразу приступила к сносу и разборке строений, и закладке фундаментов под цеха. В первую очередь должны возводить исследовательский центр — шестиэтажное здание, со всеми необходимыми коммуникациями, и сервисными службами, следом опытное производство, а после него уже три производственных помещения.
 
Но в первую очередь конечно поставили два десятка строительных вагончиков, для строителей и охраны, приезжающей на объект посменно.
Строители быстро возвели высокий шестиметровый забор вокруг всей территории, и приступили к собственно стройке. Новым для Владимира было то, что перед установкой сваи, на место энергет, чего-то делал с землёй, после чего сваю просто погружали в землю словно в болото, а через пять минут, земля вновь твердела и бетонный столб схватывало насмерть.
Временами набегали какие-то шустрые начальники младшего и нижесреднего уровня, с требованиями чего-то предъявить показать и вообще прекратить стройку, но Альбина Галимова, дочь сооснователя юридической конторы «Сидоров, Шульман, Галимов и сыновья» быстро их отправляла по разным адресам, демонстрируя нечеловеческое знание норм, правил и актов, а также оформленные по всем правилам документы.
Через месяц после попыток сделать всё законно, начались попытки незаконного проникновения, хотя что там может быть интересного на стройплощадке, Владимир решительно не понимал. Но оставнички дело своё знали на отлично и всех визитёров хватали и совершенно случайно пару раз роняли в воспитательных целях, и сдавали страже, где шустряки вдруг узнавали, что залезли на территорию, считавшуюся личным владением, а значит, проникновение, есть приготовление к краже, и получив три года работ, отбывали замаливать грехи. Разница между частными владением и личным составляла всего тысячу рублей при оформлении, но одна эта тонкость помогла Владимиру, многократно отбив свою цену. Потому что теперь его завод проходил по статье «личное строительство», а значит большинство проверок шли мимо.
Владимир метался между стройкой, академией, и делами по организации производства, но такая жизнь ему даже нравилась. Да, приходилось учитывать, что теперь за ним везде ездили две машины охраны, на внедорожниках «Волгах — Вездеход», но так было намного спокойнее, и не приходилось разбираться с разными придурками.
Тем временем минула осень, и наступила зима, что сразу повлекло за собой смену транспорта, и Доминатор, укрытый двумя слоями брезента, встал в гараже, рядом с отремонтированным Сендстормом, а в качестве постоянного автомобиля Владимир взял такую же как у охранников «Волгу-Вездеход», только в люксовом исполнении с более мощным мотором и всякими дополнительными опциями.
Помолодевший на двадцать лет, и вылеченный от всех болячек Гаврила Егорыч Парин, принял дела организации, и буквально сходу, предложил несколько схем оптимизации налогов, и прочие тонкости, в которые Владимир уже не вникал. Формулировка клятвы «Единства души», не предполагала ни малейших действий, могущих навредить работодателю, что очень удобно для хозяина и непросто с психологической точки зрения для работника, потому что смерть в случае нарушения клятвы была действительно лютой. Человек в течение недели заживо сгнивал, оставаясь в рассудке до последней минуты.
Но Гаврилу Егоровича такая ситуация устраивала полностью. Вместо медленного умирания, он в силах, здоров и занимается серьёзным делом с серьёзными деньгами. И с первого аванса, новый финдиректор поехал и полностью сменил гардероб, на глазах превратившись из старичка, донашивающего «похоронный» костюм, в немолодого, но элегантного мужчину.
Магическое омоложение обычно «отматывало» десять лет, но Владимир немного добавил, и проводивший обряд энергетик расстарался, убрав у финансиста ещё десять лет, что по его внутреннему ощущению было правильным. И фактически пятидесятилетний, а по документам семидесятилетний мужчина бодро взялся за дела.
К моменту окончания строительства, требовалось нанять два десятка физиков, химиков, и энергетов — специалистов по металлургии, что достаточно непросто. За перспективных специалистов шла настоящая война. Но Владимир сразу поставил зарплаты выше рынка, и это позволяло даже отбирать среди кандидатов.