Мастер меча (СИ)

Улицы, сменялись одна за другой, петляли. Этот город почти ничем не отличался от Староярска.
«Дома такие же, а власть другая. Здесь хоть меня не ищут», — думал Илья, глазея по сторонам.
Они наконец-то доехали до дома и остановились. Дом был большой, по виду добротный, а вот огород какой-то запущенный. Все заросло травой.
Алевтина как-то быстро спрыгнула с телеги и кинулась к калитке, открыла и забежала внутрь.
  
Почувствовав неладное, Илья спешился и взял коня под уздцы. Весеня и малышня тоже слезли с телеги, ничего не понимая.
— Никого нет. Дом пустой. И вещей нет, — по бабьи заголосила Алевтина. 
На ее громкие причитания и плач вышли соседи.
— Алевтина, это ты? — к ней бросилась какая-то женщина и обняла, прижимая к себе. 
Это была ее подруга, жила через пару домов. Она все и рассказала.
Как раз пару лет назад в городе была эпидемия. Людей выкашивало через дом, если не каждый дом. Вот ее родня всем домом и умерла от этой болячки. И могил не осталось, заразных всех вывозили и сжигали за городом.
— Как же так? — в голос ревела мать четверых детей. — За что мне такое? Из одной беды в другую. 
Дети, обняв мать плакали вместе с ней, а Илья стоял как вкопанный и смотрел, словно остолбенев. Конь мотнул головой, дергая поводья и как бы намекая хозяину, что пора бы чего-то и предпринять.
«И что я стою? Вон конь и тот умней меня», — подумал Илья, подошел к несчастной матери и положил руку на плечо, соболезнуя ее горю.
— Поехали со мной, к моему другу. Он здесь человек влиятельный, что-нибудь подскажет. 
— Почто мы тебе Илья, такая обуза? 
— Мне не в тягость, пристрою вас. А здесь жить пока нельзя. 
— Усадите мать в повозку. А ты Захар езжай за мной. 
Рыдающую Алевтину кое как усадили на повозку и поехали от ее отчего дома.
Две процессии встретились буквально на дороге. С одной стороны Илья, впереди на коне, с другой Бажен впереди на коне и со свитой.
Они узнали друг друга, спешились и кинулись обниматься. Бывшего доходягу было и не узнать. Отъелся, окреп.
— Доехал Илья. Жив здоров! А кто это с тобой? 
— Принимай гостей Бажен, в дороге обзавелся семейством. 
Он вкратце рассказал историю Алевтины, не вдаваясь пока в другие подробности.
— Нужно бы пристроить их, помоги с домом, деньги есть! 
— Какие деньги Илья. Ну зови всех в дом, там и поговорим. 
Бажен устроил им баньку и настоящую пирушку. Жил он в настоящих хоромах. Ну что заказать, из княжеского роду.
— О разбойниках слышали, да найти не могли, даже леса прочесывали. А они вон где обосновались. Разберемся, — пообещал товарищ, когда Илья рассказал, что приключилось по дороге, — а себя не вини, спас семью. 
— Так куда их пристроить Бажен, не на улице же им селиться? — решил выбить Илья домик из города.
Его товарищ как-то хитро улыбался, глазки бегали, что-то он хотел сказать ему и не решался.
— Ну давай уж говори, не томи. По глазам вижу что-то задумал, — подтолкнул его Илья. 
— Понимаешь, дома сначала служивым людям строят, а потом уже всем остальным. 
— Так не дашь дом? — вспылил Илья и встал из-за стола. 
— Погоди, выслушай, — он рукой усадил его обратно на лавку. 
— Иди ко мне в дружину. Мне такие как ты смышленые и ловкие ужас как нужны. Не хватает грамотных и толковых людей. Понимаешь? Тебе сразу дом выделим большой. Вон стоит, через пару домов от моего. Так Алевтину с семьей там и поселишь.
Это было предложение, от которого нельзя было отказаться. Илья, конечно, отказаться мог. Даже уехать мог. А вот куда ехать горем убитой семье?
— Ну пойдем посмотрим дом. 
— Ох и купеческий ты сын Илья, но орел, — похлопал его по плечу Бажен вставая. 
Илья понял, что в переводе на современный язык его назвали меркантильным.
«Пускай знают наших, это не лаптем щи хлебать. Мы себе цену знаем», — посмеялся он про себя.
— Ну пойдем мать дом смотреть, — сказал он Алевтине, которая сидела с детьми ожидая, когда мужчины поговорят. 
Дом и вправду был хороший, большой, с конюшней. Земли вокруг было много. Тут и на огород, и на скотину места много.
Алевтина подошла к нему и дернула за рукав.
— Илья, ты хорошо подумал? В дружине служить ох как трудно и опасно. 
Да он все уже и сам подумал. Деваться ему было некуда. В Староярск ему дорога заказана. Домой вернутся он не может. Оставалась еще попытка проверить годовой портал, но до этого оставался еще почти год. Скоро осень и зима, а тут вроде и Бажен, княжеского роду в товарищах.
— Все я обдумал, идите в дом обустраивайтесь, а там глядишь все и наладится. А ну малышня, — гаркнул он, — осваивайте хозяйство. 
К нему подошла Весеня.
— Спасибо тебе. Мы отслужим. 
— Ты это брось! За матерью следи. Худой ей сейчас на душе. 
Он вернулся к своему другу, посмотрел ему в глаза и сказал:
— Дай мне три дня Бажен, Никиту привезу и на службу. 
— А, нашего спасителя. Езжай, кони у тебя есть. Да, с тобой отряд поедет в десять человек, до «Мозгухи» их проводи, до самого старосты. 
На том и порешили.
Всадники двигались намного быстрей чем повозка. Выехав с утра, к вечеру они уже были в разбойничьей деревеньке. Илья сменил лошадей и двинулся дальше, а что там происходило со старостой, его сейчас особо не интересовало. Но он точно получит свое.
Илья проскакал до деревни кузнеца, обогнув Староярск, но все равно приехал в темноте.
— А мы тебя еще позавчера ждали, думали опять чего стряслось, приветствовал его Кузьма, когда он тихонько зашел во двор и постучался в окно. 
— В этот раз обошлось. Я за Никитой приехал. 
Он рассказал ему о своих дорожных приключениях и поблагодарил за то, что тот всучил ему оружие.
— Смутные времена наступают Илья, — сказал кузнец, — Уже поползли слухи, что и до нас могут дойти вороги. Твои беглецы от войны не первые были. 
— А где малой-то, спит? 
— Так на кузне тебя ждет, никуда не уходит. Я уж его звал в дом, не идет. 
— Мы завтра с утра в город заедем, а потом в Серольск, долго теперь не свидимся. Прощай Кузьма. 
— Прощай, спасибо тебе за все. Ты добрый человек. Позаботься о Никитке. 
Мужчины обнялись, и Илья отправился на кузню.
Чтобы не будить мальчугана он прочти на цыпочках прокрался в постройку. Черныш встрепенулся было, но узнав второго хозяина опустил голову на пол и опять задремал.
Спать под крышей было хорошо и уютно. Устав за последние дни, Илья глубоко провалился в сон.
Ему снилась Весеня — они бегали по поляне, держась за руки и смеялись. Все было так хорошо и приятно. Зеленая трава щекотала босые ноги. Солнце над головой светило и грело. Она накрыла голову капюшоном и побежала вперед. Илья весело побежал за ней. Догнал, развернул к себе и снял капюшон. Перед ним стояла смерть. Его охватил ужас…
— Илья, — громко закричала она, — ты вернулся за мной!? 
От испуга он вскочил с лавки, как ошпаренный, приходя в себя. Перед ним стоял Никита.
— Фух ты черт, присниться же такое. Ты чего людей пугаешь сорванец, — поднял он его на руки улыбаясь. 
— Иди собирай наши пожитки, уезжаем в другой город. Но сначала заедем в Староярск. Ты принес мою бороду от бабы Тани? 
Пока Никита метался по кузне, собирая ихнее барахлишко, Илье пришлось опять нацепить ненавистную бороду.
— Вот дядька передал. 
Илья обернулся. Никита держал в руках две кольчуги, как видно, ему и мальчугану на память.
  
Ах… дядька, вот спасибо ему, — сказал он. 
Они проскакали мимо деревни, чтобы не привлекать к себе внимание деревенских жителей.
Когда в современном мире появились камеры — основная часть населения превратилась в рабов, за которыми следили круглосуточно и записывали видео. Здесь все еще была свобода от тотального контроля. Нацепи бороду и тебя никто не узнает.