Верравия. Рассказы (СИ)

— Ты показал себя очень достойно, — сказал эонар.
— А временами выглядел и вовсе намного лучше, чем его отец в твои годы, — насмешливо сказала подскочившая Коя, сестра Хло.
— Когда-нибудь твой язык сослужит тебе дурную службу, — сурово сказал фейра.
— И что, меня не допустят до прохождения эона? — Поинтересовалась девушка.
— Коя, ты знаешь, что женщины не проходят эоны, — ответил ей Хло.
  
— Вот именно что. Самое страшное, что могло со мной произойти, уже случилось. Я фейра-женщина. Вот говорят, в Империи любой может стать правителем, невзирая на пол.
— Посмотри, что с ними происходит. Сплошной упадок и деградация, — ответил отец, — они забыли свои корни, погрязли в разврате.
— И заодно завоевали и присоединили к Верравии Тиире.
Эонар замолчал, потому что это была больная тема. Хло постарался скрыть смешок. Сестра у него была такая, что ей палец в рот не клади. К тому же еще и умная. Она могла стать гегемоном при должном упорстве, вот только законотворчество и соблюдение традиций навевали на Кою смертельную скуку. А в эонары или хотя бы эонарики ей путь заказан ровно по той причине, о которой Коя и говорила.
Благо разговор не перерос в крупную ссору, как и всегда, когда отец и дочь начинали спорить о вещах, в которых не собирались друг другу уступать. Их встретил лес, густой, шумный, живой, за которым не было видно ничего. С пальцев эонара сорвались золотистые искры, что пролетев, коснулись листвы. И ветви расступились, обнажая лесной город, построенный на деревьях. Крупные мощные стволы были облеплены домиками на разных ярусах, соединены между собой подвесными мостами, и освещены яркими крыльями летающих фей (от которых и пошло название самих фейр).
Здесь, на Тиире, в объятиях Леса, маленький народ был силен как никогда. Воюй имперцы честно, они никогда бы не покорили фейр. Но подлые люди стали уничтожать их дома, жечь леса, осушать болота. И тогда эонары решили, что лучше сохранить свою обитель, став несвободными, чем показать собственную силу, но потерять кров.
И в то же время Хло не мог сказать, что относится с ненавистью ко всем имперцам, как остальные его соотечественники. Люди ему были как минимум любопытны. И магия их представлялась совершенно другой, завязанной исключительно на стихии, а не на формы и природу, как у фейр. Хло думал, что не родись он на Тиире, то обязательно стал бы изучать магию, только уже имперскую.
— Ну что? — Мать, лазуревоглазая фейра с роскошными большими ушами, на которые украдкой заглядывались все мужчины рода, встретила их у хижины.
Она не ходила на эоны. Слишком переживала и волновалась даже за чужих детей — возмущала магическое поле природы — что уж говорить, когда этот этап должен был пройти ее сын.
— Он прошел, — с гордостью сказал отец.
— Еще как прошел, ты бы видела! — Влезла Коя. — Уделал старика-Бурона как тупоголового подростка из лесов Низовья! И Шарли посадил в лужу! А как сражался с Нортином! Эх…
— Ты в порядке⁈ — С тревогой спросила Хло мать, а пространство вокруг нее уже начало потрескивать от копившейся, но не находящей свой выход силы.
— Наланта, конечно он в порядке. Еще никто не умер при прохождении эонов. Круг не допускает такого.
— Ага, только покалечились, — беззаботно ответила Коя, но тут же получила подзатыльник от брата, — айя… Ты чего?
— Со мной все в порядке, — сказал Хло матери.
— Ну хорошо. Тогда через полчаса чтобы все были дома. Я приготовила хвощевый суп, а Олкри принесла с дальней поляны жимолость.
— Отдохни сегодня как следует, — сказал отец, — завтра предстоит тяжелый день. И не забивай себе голову тревогами и заботами. Твой разум должен быть предельно чист…
— Думаю, с предельно чистым разумом проблем не будет. — Сквозь зубы проговорила Коя, как только родители удалились. — По-другому и никак, если жрать все время одну траву.
— Нельзя познать природу, убивая живых существ. Ты же знаешь.
— Фигня это все. Знаешь, настанет время, и я сбегу отсюда в Ильтерстоун. Наймусь в охрану к какому-нибудь купцу или стану наёмницей. Отправлюсь воевать, посмотрю другие земли, разбогатею, в конце концов. А уже потом, приеду сюда, знаменитее чем этот треклятый Нортин. И все будут с обожанием смотреть на меня, даже дурацкие эонары.
— Какая же ты еще маленькая, — с теплотой сказал Хло.
— Конечно, все вам маленькая. Никто не воспринимает меня всерьез, а вот я всем докажу. Еще увидишь!
— Что там этот недомерок должен увидеть? — Раздался позади гнусавый голос.
Хло повернулся, вскидывая руки в защитной форме. Барши Кро Легру стоял вместе с тремя молодцами из своей банды, презрительно глядя на брата с сестрой. Он был ненамного старше Хло, но уже прошел эоны и именовался воином. Барши всегда задирал сына эонара, но делал это исподтишка, не выходя в открытую конфронтацию.
— Завтра я пройду последний эон, и тебе придется отвечать за свои слова.
— Если пройдешь, — злорадно усмехнулся Кро Легру, — там не будет папочкиных помощников.
— Хло сам прошел все испытания, без чьей-либо помощи! — Вскинулась Коя.
— Твоей сестре не помешало бы поучиться манерам. Думаю, займусь этим в ближайшее время.
— Ах ты, — Хло вытянул руки.
— Только тронь меня, выскочка. Ты всего лишь мальчик, а я мужчина, вот и не забывай об этом…
— Клянусь матерью-природой, как только я пройду эон…
— Прежде пройди, — усмехнулся Барши Кро Легру, и с видом наигравшегося дикого кота лениво махнул своим сопровождающим и пошел прочь.
— Не стоит тебе лишний раз задирать его, — с ненавистью глядя вслед их недругу, пробормотала Коя.
— Да я тут причем? Ты же сама видела.
— Барши точит на тебя зуб, а после сегодняшнего дня…
— А что произошло такого сегодня?
— Не хотела говорить, чтобы не волновать лишний раз, но, — младшая сестра заговорщицки оглянулась и продолжила шепотом, — после того, как ты одолел Нортина…
— Не одолел, а лишь прошел его испытания.
— Не перебивай! После того, как ты одолел Нортина, к отцу подошел глава рода Та. Я стояла рядом с ними, потому все слышала. Он сказал, что ты достойный сын и бла-бла-бла. Но суть-то в чем. У него есть три младших рода без правителя.
— Я слышал об этом, — спокойно сказал Хло, — Барши Кро Легру встанет над ними.
— Скорее Тайнори увидит вновь свой нос целым.
— Коя!
— Ну вот, слушай. Он и правда признавал семью этого недоноска выше других. И хотя ничего не говорил в открытую, ходили слухи, что именно Барши станет эонариком. Но он сказал отцу, что, когда ты пройдешь последний эон, он призовет править тебя младшими родами Та. Понимаешь, почему так взбеленился Барши?
— Это чудовищный позор, как для него, так и для его семьи.
— Вот именно. Поэтому тебе надо ждать какой-нибудь гадости от этого слизняка.
— Не обижай слизняков, сравнивая их с Барши.
— Все тебе весело! Ты же знаешь этих Легру. Они не остановятся ни перед чем ради достижения цели.
— Они не могут мне помешать на последнем эоне. Ты же знаешь.
— Хотелось бы мне на это надеяться. Пойдем, а то чего доброго мать опять «искрить» начнет, что ее мальчик куда-то запропастился.
Хло лишь улыбнулся в ответ. И они отправились наверх, на третий ярус — где жили лишь самые важные семьи родов. В хижине, как и всегда, на ужин собралось множество гостей. Байджа Тер Бларт, как раз из того самого младшего рода Та, не сводила взгляда с Хло всю трапезу. Это еще хорошо, что он не прошел эон, а что будет потом? Она же от него не отстанет. С другой стороны, если он станет эонариком, то ему будет нужна жена.
Фейра лишь изумился своей прагматичности. Надо же, у себя в фантазиях он уже женился на Байдже, возглавил младшие рода Та, лишь только полновластным эонаром еще не стал, а между тем предстояло самое сложное. К слову, Хло, конечно же, знал почти все о последнем эоне. И он для него был гораздо легче, чем предыдущий. Тут все оказывалось завязано на внутренней концентрации, а этим претендент владел в совершенстве.