Проект «Наполеон» (СИ)

— Храбрые, значит, да? – нахмурился Антонио, скрестив руки на груди. – Если вы такие крутые — докажите это в «круге чести»!
Жозеф и прежде не мог справиться с Антонио, а сейчас, пережив такой стресс, и подавно не имел ни шанса. Он побледнел и сделал неловкий шаг назад. Дело пахло керосином. Нужно срочно вмешаться. Не доводилось раньше бить детей, но ведь и я сейчас даже не подросток.
  
Совесть приняла мои аргументы и послушно утихла. Я же уверенно шагнул вперед.
— Я принимаю твой вызов! – для пущего эффекта пришлось выпятить грудь. Или сделал это неосознанно, ведь мой соперник был гораздо крупнее меня. Инстинкты, что с них взять.
Тон моего голоса и появившаяся твёрдость в глазах заставили всех замолчать. Тихо перешептываясь, дети в предвкушении интересного зрелища встали в круг, в который я вошёл с уверенным видом, хотя и сомневался. Я не очень любил драки и умел при желании решать вопросы дипломатически. Как-то в молодости сумел договориться с целой компанией корейцев, которые спутали меня со скинхедом, убившим их друга, и явились бить меня толпой.
Вкус уличных драк долгие годы я имел удовольствие чувствовать только в играх. Теперь не слишком здоровому морально и физически вымотанному мальчишке предстояло испытать это в жизни.
Не успел начаться бой, как с моим организмом случилось что-то странное. Покалывание в груди, куда попали осколки, усилилось, и электрический импульс от них бодрящей волной устремился в сторону сердца. Пульс зашкаливал, отзываясь в ушах дробными ударами, как сошедший с ума метроном. Неожиданно муха, пролетавшая мимо, замедлилась, словно воздух вокруг стал киселём, и я видел каждое движение её крыльев. Время притормозило своё течение, как в той легендарной сцене, когда Ртуть спасал школу профессора Ксавье. Мог ли я еще вчера, попивая чай за рабочим компьютером, подумать, что буду достоин оказаться в Людях Икс?
Гулко взревев, Антонио шагнул ко мне, словно вразвалочку, не сомневаясь в своем превосходстве. Плавно подпрыгнув, он потянулся левой рукой к моей шее, а правую начал заносить для удара по лицу. Чисто болливудское кино, мелькнуло в голове. Увернуться от растопыренной пятерни было нетрудно — просто сделав шаг в сторону. Я видел движения Антонио словно в замедленной съёмке и легко избегал его атак. Пока соперник восстанавливал равновесие после неудачного выпада, я набросился на него, как маленький терьер на большую собаку. Уворачиваясь от замедленных ударов, я бил его кулаками и пинал ногами, неумело, но яростно и быстро, норовя попасть в болевые точки. Костяшки пальцев я почти сразу разбил, но в пылу драки не обращал на это никакого внимания.
Антонио был потрясён расторопностью соперника. Было видно, как самодовольная усмешка постепенно сползает с его лица, уступая место непониманию, а затем и страху. Драка продлилась недолго, и после очередного пинка мальчишка упал на землю. Он даже не пытался подняться, просто сидел в пыли.
Я остановился, тяжело дыша и чувствуя, как замедление времени постепенно отпускает. Дети вокруг замерли в ожидании. Тогда я протянул руку Антонио, и он, немного подумав, принял помощь и поднялся на ноги.
— Думаю, нам не имеет смысла враждовать. Вместе мы сможем больше, чем по одному, — сказал я.
Антонио помолчал, а потом качнул головой, как бы соглашаясь принять братьев в свою банду и разделить со мной лидерство.
— Приходи сегодня ближе к вечеру в гости. У нас есть пара занятных вещиц из Индии, я с удовольствием покажу их тебе, — предложил я Антонио в надежде, что это укрепит нашу зарождающуюся дружбу.
Антонио утвердительно кивнул, явно довольный этим приглашением.
— Мы живём в Casa Buonaparte, это в двух улицах от цитадели. Спроси любого — каждый укажет тебе наш дом.
На этих словах мы расстались с новыми друзьями.
Бредя с Жозефом домой, я раздумывал, что очень мало знаю о жизни и характере Наполеона. Не прочёл ни одной книги, ни одного фильма не смотрел — даже нашумевшую картину Ридли Скотта, которую хвалили в соцсетях. Вечно на это не было времени — то заседание совета директоров на шесть часов, то переговоры с китайцами, то срочная планёрка с командой одной из моих игр. Теперь же мне придётся полагаться лишь на память этого тела, да на обрывки знаний по истории, всплывающие в голове.
Кто знает, может быть, эта дурацкая борьба за власть и лидерство с мальчишкой — лишь краткая прелюдия перед тем, что меня ждет. Теперь у меня новое тело, новые способности и, возможно, новая судьба. Но каким путём она поведёт? Ответа на этот вопрос не было.
 Глава 3 
Мы с Жозефом брели домой в молчании, он до сих пор пребывал в шоковом состоянии, но иногда бросал на меня восхищенно-удивленные взгляды. Воздух был тяжёлым, влажным, пахло морем и зеленью, а мои мысли, словно корабль в шторме, все метались между будущим и настоящим. Хорошо, что людей моей прежней жизни игры, литература и кино хоть как-то подготовили к попаданию в иную реальность! Как средневековая церковь готовила людей к раю или аду. Между прочим, попадание в рай или в ад потрясло бы меня намного больше.
Интересно, как там мои друзья и родные? Посчастливилось ли кому-то пережить тот злосчастный метеоритный дождь? Жена, вероятнее всего, успела найти укрытие, родители не уверен. Никто из друзей в моем районе не жил, посему выходит, что не повезло только мне.
Тут я задумался: а вдруг меня вернет в мое настоящее тело? Изломанное, непригодное для жизни, да еще и засыпанное тоннами обломков рухнувшего дома! Я живо представил себе эту картину и содрогнулся. Лучше об этом не думать.
Примем как аксиому, что назад дороги нет. Значит, вперед и с песнями. Унывать — последнее дело. Горевать будем тихонько, когда никто не видит. А сейчас делаем первый шаг к выживанию.
Так, надо напомнить себе главную направляющую прошлой жизни.
Я, конечно, не воин из игр, но и не просто офисный сиделец, а матерый генеральный продюсер! Красноречие – мое оружие, слово – мой клинок. Зажечь огонь в глазах, наполнить сердце мотивацией и направить людей туда, куда мне нужно — вот в чем сила продюсера. Если бы пришлось отдать команду прыгать, то все подчиненные с энтузиазмом взлетели бы вверх, даже не спрашивая, как высоко. Я при желании способен на все либо сам, либо чужими руками. И с кучей прокачанных базовых навыков!
Может, не зря я оказался именно в теле будущего императора? Оно мне действительно подходит: его судьба — быть руководителем; его талант — ораторское искусство. Хвала всем известным богам, что мне достался Наполеон, а не другой, не менее известный лидер, мечтавший стать художником.
Подведем промежуточный итог. Стрессоустойчивость: 100%. Ведь не впал в истерику, хотя и очень хотелось. Активность: 100%. Собрал на старте все возможные плюшки. Коммуникабельность: 100%. Набил морду и потом убедил стать союзником руководителя команды будущих соратников. А еще вывел из шока члена своей команды – брата. Ну а наглость, мое второе счастье, всегда со мной. И ниже ста процентов никогда не падала. Это мне в плюс!
Теперь минусы. Драка с Антонио напомнила, что этот мир полон опасностей, к которым я не готов. И она будет лишь первой из многих. Хотя новые способности помогли мне, нельзя надеяться, что так будет всегда. Надо качаться. Надо развивать это слабое больное тело. Наполеон справился с болезнью, даже со своими познаниями XVIII века — значит, и я смогу.
Пока я размышлял, мы с братом добрались до четырехэтажного каменного дома, смешно напоминавшего хрущевские панельки. Это был не просто старый дом, а живое существо со своими тайнами, как будто осколок «Гигахрущевки» из вселенной «Самосбора» – в моем прошлом мире ее придумали на «дваче», а потом использовали в игре «Клеть». Мы с Жозефом подошли к двери, и я невольно задержал дыхание перед тем, как ее открыть. За ней уже слышались приглушённые голоса, среди них выделялся нежный женский голос, который я сразу узнал — мама Наполеона.