Не отпусти нас (СИ)

«Не бросай меня… Умоляю, не бросай… Без тебя меня нет…»
Цепляясь за его крепкие пальцы, я молила его и плакала.
«Не глупи, Наденька! – хрипло шептал он. – Без меня ты выживешь. Рядом со мной – нет. Для меня нет ничего важнее твоей жизни… Если… если что-то изменится, я найду тебя. Но лучше – начни все сначала. Сейчас я – твое проклятие».
Превозмогая слабость после ранения, он обнимал меня дрожащими руками, дарил обжигающие болью прощальные поцелуи, а мне хотелось умереть. Мысль об отъезде в родной край, где кроме грубой тетки, владевшей закусочной на окраине города меня никто не ждал, казалась невыносимой.
…Я так и уехала к себе домой с подаренным им кольцом на пальце, а потом еще долго не могла заставить себя его снять. На мой счет в банке поступила крупная сумма денег, но я не смела к ним прикасаться. Разлука с Метелиным ныла в груди, жгла глаза и никак не отпускала.
Через месяц в прессе мелькнуло упоминание о Метелином и его новой пассии – красивой манекенщице Полине. Оправившись после ранения, Метелин улыбался журналистам, целовал Полину на камеру, и та сияла.
Мне в то время нездоровилось. А новости о любимом мужчине, выбравшем себе другую невесту, только усугубляли ситуацию.
– Может, у тебя кишечный грипп? – с подозрением посматривала на меня тетка.
Я отмахивалась.
– Запишись на прием к терапевту! Больно странные у тебя симптомы! Заразишь меня, кто в закусочной работать будет?
Измученная непонятной простудой и бессонницей, я записалась на прием в медицинский центр.
– Мне нужны какие-нибудь успокоительные таблетки. Меня мучает депрессия и плохое самочувствие, – устроившись на стуле для посетителей, сообщила терапевту я.
– Давайте начнем со сдачи анализов.
– Может, просто выпишете мне успокоительное?
– Нет таких таблеток, которые могут вылечить душу. Давайте, все же проведем небольшое обследование.
– Хорошо, как скажете.
Я тогда раздражалась. К чему мне обследование? Я здорова. Просто нервы расшалились, и изжога по утрам покоя не дает…
– У вас будет ребенок, – как приговор, прозвучали слова врача.
– Нет, нет… вы, наверное, ошиблись, – сжав в руках сумочку, я попятилась к выходу. – Не может этого быть…
– Мне лгать ни к чему, – покачала головой она. – Сходите на УЗИ.
Измученная токсикозом и бессонницей, я рассматривала в интернете фотографии цветущей соперницы и мужественный профиль еще недавно такого родного Владимира, и не находила себе места.
Скрининговое УЗИ первого триместра показало, что я жду близнецов.
Брошенная на обочине его жизни с двумя детьми под сердцем, я больше не хотела просыпаться по утрам.
В феврале известный бизнесмен и его новая фаворитка сыграли шумную свадьбу, о которой не трубил, разве что, ленивый. Обсуждали все – и украшенное бриллиантами платье невесты, и программу свадьбы, и галантность мужественного жениха.
Предательство любимого мужчины сожгло меня дотла. В тот день, когда он женился на другой, у меня открылось кровотечение, и меня забрали в больницу. Преждевременные роды удалось остановить, но меня больше не отпускали домой. Запертая в палате, я стеклянными глазами рассматривала февральскую оттепель за окном. Мне казалось, что такая бесформенная и отекшая, с бледным, заплаканным лицом, – я превратилась в некрасивую статую, которая застыла после вынесенного любимым мужчиной приговора.
Владимир прошелся по моей жизни, и в довершение всего оставил двойной подарок: в начале марта я родила слабых девочек – Марию и Александру. Новорожденных тут же забрали в реанимацию и еще месяц выхаживали в барокамере.
После рождения дочек у меня пропала гордость. Какая гордость, если детей двое вместо одного, их надо чем-то кормить, а цены на детское питание и памперсы заставляют нервно вздрагивать?
Когда девочкам исполнился месяц, их разрешили забрать из больницы. Я сняла со своего счета деньги, которые Метелин швырнул мне, желая откупиться за смерть брата.
Часть денег мы с теткой использовали для обустройства детской комнаты и на бытовые нужды, а другую часть я вложила в теткин бизнес. Мы продали ее закусочную на окраине города и выкупили помещение под ресторан рядом с городским парком. Ресторан назвали «Азалия». В парке азалии были повсюду, и мы долго не раздумывали над названием.
 
Сейчас, несколько лет спустя, наш семейный ресторан считался одним из лучших заведений. Местные жители и гости предгорья любили завтракать, обедать и ужинать, любуясь красивым парком на фоне заснеженных горных вершин, а мы с Ярославой заботились о том, чтобы блюда в ресторане были такими же вкусными, как и пейзажи за окнами.
Как странно – владея самым лучшим на всю округу отелем «Гранд», за пять лет Метелин ни разу не появился в городе. Я знала – он вычеркнул из жизни жуткие воспоминания о смерти Сергея и заменил меня красивой манекенщицей по имени Полина, чтобы больше никогда не возвращаться в тот сентябрьский кошмар, в котором он побывал несколько лет назад.
Но неделю назад у «Гранда» появились новые владельцы – Омаровы. А накануне у Метелина умерла мать.
«Вряд ли его приезд связан с продажей отеля. Скорее, он приехал на похороны, – таращась на свои ногти, бессвязно размышляла я. – Скорее бы он уехал и больше никогда не возвращался».
…Парадная дверь детского сада захлопнулась – воспитательница увела детей в корпус. А я так и сидела в своей машине, позабыв о том, куда собиралась.
  
Глава 2
 
Я ни разу не ездила к его отелю, желая забыть произошедшее не меньше него, но все эти годы тоска по отцу моих дочек сжигала меня изнутри, и от нее не было никакого спасения.
Сейчас мне казалось, что затянувшуюся тонкой коркой рану безжалостно вскрыли вновь, позабыв дать наркоз. Сны, в которых я снова и снова возвращалась в тот сентябрьский день, едва угаснув, вспыхнули с новой силой.
На панели управления завибрировав, едва не упал мобильник, и я, вздрогнув, впилась в него пальцами.
– Надя! С Омаровым через полчаса встреча, ну, где тебя носит?! – вопила тетка Ярослава на другом конце провода. – Возвращайся немедленно в ресторан!
– Еду уже, – сквозь зубы процедила я. Поправила безупречно уложенные длинные темно-русые волосы, подвела губы гранатовой помадой и повернула ключ в зажигании.
Я знала, почему тетка злится: чета Метелиных пренебрежительно отклонила ее предложение устроить поминки по усопшей в ресторане «Азалия». Заказ уплыл в другой ресторан.
«И очень хорошо, что он уплыл», – радовалась в душе я. Черт с ними, с деньгами! Я бы не вынесла на своей территории госпожу Метелину и ее полный презрения взгляд. Я до сих пор с отчаянием вспоминала те дни в больнице, когда фотографии красивой невесты и статного жениха заполонили интернет, а я осталась без поддержки и едва не потеряла своих дочек.
«Как бы там ни было, это только мои девочки. Выбросив меня из своей жизни, Владимир, сам того не ведая, оставил сокровище, которое я никогда ему не отдам. Моих дочек»,– мелькнула мстительная мысль.
Повернув ключ в зажигании, я поехала в ресторан, встречать новых владельцев «Гранда».
Заняться организацией делового приема в новом доме Шерхана Омарова было необходимо. Ведь дружба с таким крупным клиентом на вес золота, а конкуренты ресторана, которым владеем мы, не дремлют. Если удастся завоевать симпатию Шерхана, клиентов у семейного ресторана будет достаточно.
К тому же, у тетки были на Шерхана Омарова свои планы: в свои пятьдесят три тот был холост и сказочно богат, а она в сорок четыре тоже еще ничего – привлекательная, пышущая жизнерадостностью жгучая брюнетка. Отчего бы Шерхану не присмотреться к Ярославе?
Я к симпатиям тетки относилась со скептицизмом. У меня свое правило – никаких шашней с заказчиками.
Я подъехала к ресторану «Азалия» как раз в тот момент, когда тетка во всей красе встречала делегацию от Омаровых.
Но зря моя родственница укладывала волосы и покупала стильное платье из последней осенней коллекции. Шерхан не приехал, прислал вместо себя племянника.