Не отпусти нас (СИ)

– Нельзя позволить ему развернуться в нашем крае!
– Надо крепко подумать, как со всем этим быть. На носу новые выборы главы края. Следующий сентябрь будет жарким в этом плане. Ты в игре? Сейчас у нас есть хорошая поддержка – нынешние управленцы за пять лет окончательно утратили доверие народа. Но если Шерхан возьмется за дело, без твоей финансовой помощи нам не справиться.
Метелин напряженно взглянул на Хамзата. В игре ли он? Последние выборы лишили его лучшего друга и заставили расстаться с Надей. Прошло четыре года, и судьба снова швыряет его к тому, от чего бежал. И здесь есть два выхода: вернуться в Москву и закрыть дорогу на родину и к Наде навсегда. Или остаться. Со всеми вытекающими последствиями.
Крепкая рука с силой сжала серебряную стопку.
– В игре. Я остаюсь.
  
Глава 10
 
Ранним утром в пятницу я гладила девочкам вещи в садик.
Мои малышки только что открыли глазки и сонно побрели в ванную комнату. Не знаю, почему, но каждое утро они ходили умываться вместе.
Спустя пару минут из ванной послышался веселый смех – прохладная вода будила, а мятная зубная паста пощипывала язык и окончательно прогоняла сон.
Отгладив одинаковые шерстяные платьица, я аккуратно повесила их на плечики и улыбнулась. На сердце было радостно от их веселых голосов. Но мысли об их отце никак не давали мне покоя. Прошлой ночью я так и не смогла сомкнуть глаз. Мысль о том, что Владимир уже покинул город, была невыносима.
«А ведь я могла сказать ему, что это его дети… Могла! А теперь он уехал, так и не узнав, что у него есть две маленькие дочки», – разрывали душу горькие мысли.
«Изменилось бы хоть что-то, если бы он узнал о дочках?..»
«Он женат! Слишком поздно…» – одернула себя я, и заторопилась на кухню, там Ярослава взялась на завтрак варить овсянку.
– Доброе утро!
Ярослава деловито кивнула и продолжила непрерывно мешать овсянку на молоке, чтобы не пригорела.
Я достала из шкафчика глубокие тарелки с нарисованными на дне принцессами из сказки и начала накрывать на стол.
Отставив готовую кашу с огня, она включила кофемашину.
– Организацию завтрашнего банкета у Омаровых возьмете на себя с Дамиром.
Я непонимающе взглянула на тетку.
– А ты?
– А я пойду на банкет в качестве гостя. Секретарь Омаровых прислала мне приглашение. Вернее, она прислала его для нас с тобой, но ты возьмешь на себя гадкую часть праздника – его организацию. Наденешь самое неприметное платье из всех возможных и будешь следить за процессом из кухни, пока я буду обхаживать Шерхана. И не вздумай высовываться в зал, Надя! Я заказала самое лучшее вечернее платье из всех, что смогла найти в округе, а стилист готова создать мне неповторимый образ. Постарайся не испортить мою охоту на миллионера с глазами хищника.
– У него и имя, как у хищника.
Нахмурившись, я взяла в руки половник и разлила овсяную кашу по тарелкам. Потом быстро намазала булочки джемом и сливочным маслом.
Во сколько обошлось ее новое платье? А услуги стилиста? И это плюс к ненужному ремонту гостиной и установке камина!
– Послушай, так ли тебе нужен этот Шерхан?
– Ты его видела? Этот огонь в глазах ничто не заменит!
– Нет, я его не видела. Честно говоря, не хочу видеть. Достаточно его развязного племянника.
– Вот и хорошо, что не хочешь!
В холле послышался топот маленьких ножек – Маша и Саша торопились на завтрак. В своих пижамах и детских тапочках-единорогах, с едва приглаженными темными волосами, они были похожи на фарфоровых куколок.
– О, каша… – забравшись на стул, Маша подавила разочарованный вздох. – Чем это тебе не нравится моя каша? – Ярослава угрожающе приподняла тщательно выведенную у стилиста бровь.
– Не люблю овсяную… Мам! Ну, почему овсянка?
– А я люблю!
Пухлые губки Саши расплылись в радостной улыбке, и она уверенно взяла ложку.
– Так, юная леди, ешьте, что подано! – Ярослава бросила в Машу испепеляющий взгляд. – Иначе отправитесь в детский сад голодной!
– Там тоже будет каша, – скривившись, Мария взяла ложку и принялась смешно давиться нелюбимой овсянкой. – Мам, положи мне сахар!
 
Улыбнувшись, я придвинула дочкам булочки с джемом.
– Я положила достаточно сахара! Если есть его слишком много, испортятся зубы. По-моему, в последний раз у стоматолога мы с твоей матерью держали тебя вдвоем! – топнула ногой тетка.
Щелкнула кофемашина, сообщая, что готов ароматный кофе.
Накладывая кашу себе в тарелку, краем глаза я заметила Машу, которая упорно потянулась к сахарнице за теткиной спиной. Саша испытующим взглядом молча следила за сестрой. Видимо, ей было интересно, удастся ли Марии утащить ложку сахара.
«Отчаянная», – мелькнула у меня мысль.
Одна, вторая, третья… Тетка резко обернулась. Вздрогнув, Маша выронила полную ложку сахара из ловких маленьких ручек.
– Я же сказала, сахара и так достаточно! – всплеснула руками Ярослава. – Ты что, хочешь стать толстой?!
– Как ты? – отчаянно сгребая маленькими ручками сахар в кучку, Маша окончательно перепачкалась.
– Я что, по-твоему, толстая? – округлила глаза Ярослава.
– Так, все. Маша, быстро пошла в ванную комнату отмывать липкие руки! – я со стуком поставила на стол свою порцию каши и строго взглянула на дочку.
Нахмурившись, маленькая вредина выбралась из-за стола и гордо затопала в сторону ванной комнаты.
К тому времени, как у молчаливой Саши тарелка была пуста, Маша все еще кривилась над своей порцией каши.
– Ты будешь есть, или нет? Мы опоздаем! – взорвалась я.
– Она слишком сладкая, эта каша! Меня от нее тошнит, мам!
– Больше не буду для тебя ничего готовить, – обиженно фыркнула Ярослава, и первой поднялась из-за стола. Из наших двойняшек Мария была ей ближе, чем спокойная Сашенька, но ее вредность частенько доставляла нам хлопоты.
– Даже булочки? – испугалась Маша.
– Даже булочки! На всех испеку, а ты сама для себя их пеки, раз ты такая умная!
Широко распахнув глазки, наша Маша начала уверенно давиться овсянкой.
– Вот, доела! Смотри! – она ткнула Ярославу пальцем в бок.
– Так-то лучше. Смотри, чтобы у тебя там ничего не слиплось от такого количества сахара, – едва сдерживая улыбку, покачала головой та.
Я повела дочек переодеваться. Нас всех ждал сложный день – завтра банкет у Омаровых, и сегодня я вряд ли освобожусь раньше позднего вечера.
Всю дорогу до садика меня продолжали захлестывать отчаянные мысли, и от них не было никакого спасения.
«Если бы я сказала ему о детях… Если бы только сказала… Остался бы он?»
Я отвезла дочек в садик и поехала в наш ресторан. Вряд ли я заберу девочек раньше закрытия. Но чем больше у меня будет хлопот, тем лучше. Работа отвлечет меня от горьких размышлений.
Перед глазами против воли поплыли воспоминания. Метелин возвращается домой. Поднимается в спальню. Накануне выборов в офисе задерживались до полуночи, и это никого не удивляло.
…Он медленно расстегивает пуговицы на рукавах белоснежной рубашки. Его пальцы принимаются за остальные пуговицы, и я нервно сглатываю. Дыхание сбивается. Взгляд из-под опущенных ресниц пристально следит за его пальцами. Его торс. Упругие мышцы. А ведь он даже еще меня не коснулся. Он всего лишь снял рубашку.
«Надя, ты спишь?» – звенит в ушах его голос.
«Нет», – шепчу едва слышно. Губ касается полусонная улыбка.
Он садится рядом со мной. Медленно и уверенно вдавливает меня в постель, и его губы обжигают меня поцелуями. Мои пальцы касаются его темных волос, и я тону в его внезапно потемневших изумрудных глазах…
Кто-то громко посигналил. Стряхнув с себя оцепенение, я прибавила скорость. Автомобиль продолжал отчаянно сигналить, а водитель кричал мне вслед какие-то ругательства. Кажется, я его подрезала. Черт, впредь надо быть внимательнее.
Я свернула на перекрестке и вскоре показался парк, а за ним и наш ресторан.