Осколки света
А у этого мужчины прошлой ночью был секс с двумя женщинами. Он заснял их на телефон и сегодня хочет загрузить видео на порносайт. Я решительно велю ему удалить запись и предлагаю купить «Ничью жертву»[28] Кэрри Голдберг. А раз уж заглянула, разделяю с ним вкус сэндвича с беконом и приятную сытость – я сегодня не успела пообедать. А люди все идут и идут. В любой другой день они просто прошли бы мимо, а сегодня голосок нашептывает им: книги – решение всех проблем.
Молодой парень. Еще живет с родителями. Подписан на Вуди в «ТикТоке». В гостиной его «дома» уже настоящий алтарь, посвященный Вуди. Парень считает, что Вуди говорит весьма здраво. Я оставляю маленькую записку с объяснением: Вуди верить нельзя, а МК2 – миф. Теперь ясно, как глубоко пустили корни идеи Вуди. Одна юмористическая заметка в газете вызвала череду других. Журнал «Спектейтор» связывает историю Вуди с самоубийствами среди молодых мужчин и приходит к выводу: всему виной размывание традиционных ролей мужчин и женщин. Продажи «Мега Качка» и те подскочили: витрина магазина напротив «Все для спорта» им просто заставлена. У Алекс «Мега Качка» в наличии нет – слишком агрессивная реклама, жирный шрифт и крупные бутылки. Судя по всему, дизайн направлен только на мужчин. Слоган «ВПЕРЕД К ЦЕЛИ!» подчеркивает серьезность намерений.
А в реальном мире я уже неделю занималась с беговым клубом. Салена следит за временем по секундомеру и говорит, когда бежать, а когда передохнуть. Рахми поддерживает беседу. Леони подбадривает: у меня все получится. Как ни удивительно, она права. Похоже, я делаю успехи. Алекс пробегает дистанцию первой, а потом возвращается за нами. Иногда угощает нас вкусненьким: злаковыми батончиками, сатсумой, лимонадом. Судя по ее «дому», она долго страдала от расстройств пищевого поведения, хотя эта часть ее жизни тщательно скрыта, как и исчезнувший близнец. Стыдно, что я когда-то плохо о ней думала. Алекс совсем не похожа на девочек из «Малберри». Она рада приветствовать всех, кто поддерживает ее клуб. Платим мы мало: еженедельного взноса едва хватило бы на перекус.
– Почему ты этим занимаешься? – спросила я Алекс после вчерашней пробежки.
– Потому что мне в свое время никто не подсказал, как добиться мечты. Я была ужасно неспортивной…
– Шутишь!
Она пожала плечами.
– Бегать мне приходилось разве что от обидчиков. Поверь, в моей школе их было полно.
– Тебя обижали?! – Алекс не любили в школе? Как же так?
Алекс следила за мной взглядом.
– Трудно быть девочкой, когда все видят в тебе мальчика. Даже собственное тело будто бы не твое. Но мы сами решаем, кем нам быть, и сами создаем себя.
Я задумалась. Интересная мысль. Можно быть кем захочешь? Мне вдруг стало очень радостно. Можно очистить свой «дом» от мусора. Избавиться от лишнего. Выбросить груз чужих ожиданий.
– Я за тебя очень рада. Жаль, я не такая смелая.
Алекс мягко улыбнулась.
– Выживать – это не смелость. Иногда это единственный выход.
К нам подбежала Леони.
– Только не говори, что арахисовых батончиков не осталось, не то я умру! – Она взяла протянутый Алекс батончик. – Никому не дам, – сказала мне Леони. – Если хочешь, догони! – Улыбнувшись, она побежала обратно, к воротам парка.
Удивительно, какая Леони быстрая! Медленно она бегает только со мной. Она меня научила: бегать можно в любом возрасте и при любом размере. «Дом» у нее уютный, теплый, в ярких тонах; в нем много смеха, готовки, радости и любви к своему телу – полному, сильному, здоровому. Леони определила в своем «доме» опасные места. Заперла комнаты, где таится неуверенность в себе, и теперь не нуждается в чужом одобрении. Мне нравится и она, и все «финалистки». Настоящая семья. Мне нравится, что в «доме» Леони есть место и для меня – не целая комната, конечно, но мои успехи гордо выставлены вместе с достижениями остальных.
Мэдди: первый полумарафон! Стеф: бег на 20 км. 02/06/21. А вот и я! Берни Ингрэм. Сегодня присоединилась к нам, одолев сорок лет стыда! Ее гордость теперь моя гордость, и когда я совсем выбиваюсь из сил, то вспоминаю Леони и не сдаюсь.
Когда я догнала ее у ворот, она улыбнулась и раскрыла объятья. Как мало в моей жизни осталось прикосновений… Мартин редко обнимается. Ребята в «Пог-Хилл» обнимались постоянно, однако Мартин был сдержаннее, а потому загадочнее и романтичнее. Очарованная Бронте, в шестнадцать лет я жаждала трагизма и мрачной романтики. Теперь, почти в сорок девять, я предпочла бы ласку. Объятия Леони крепкие и теплые, как и она сама. Приятно. И приятно впервые в жизни стать частью группы.
Перед зеркалом в ванной я тренируюсь говорить: «Это мои подруги». Иногда мне почти хватает решимости произнести это вслух. Но стоит только попытаться, и меня обдает жаром до самых корней волос, а внутренний критик шипит: Не глупи. Нет у тебя друзей. Такие, как ты, друзей не заслуживают.
Чей же это голос? Раньше казалось, что мамин. Или миссис Хардинг. Или Лорелей Джонс. А в последнее время он напоминает Мартина – Мартина, чей друг Вуди сейчас живет у нас. Интересно, что сказал бы муж, приведи я своих подруг? Айрис, Салену, Леони? Нет, ничего бы не вышло. Мартин никогда бы не позволил. Кто вообще назначил его главным в доме? Кто дал ему такое право?
Можно все изменить, – шепчет внутренний демон. – Возьми власть в свои руки. Сама знаешь как.
Жестоко… И заманчиво. Я отпихиваю мысль в «комнату тишины». «Дом» Мартина – запретная зона. Однако навязчивый вопрос не дает покоя: я боюсь ему навредить или боюсь узнать, что там таится?..
4
Пятница, 8 апреля
Вуди неделю как живет в гостевой. Я едва держусь. Из-за «Мега Качка», упражнений и белья недельной свежести воздух в комнате спертый, как в клетке хомяка. Ноутбук с веб-камерой Вуди поставил на стол Дэна и теперь ведет трансляции для растущей аудитории в «ТикТоке» и «Фейсбуке».
Похоже, людям нравится слушать про свои самые большие страхи. Тайный сговор с инопланетянами. Педофилы в высших кругах. Сатанисты, пришельцы, зловещие теории заговора… Вуди, например, заворожен теорией о MK2 – наркотике, с помощью которого женщины воюют с мужественностью. Ему эта теория кажется вполне логичной. Опять он жертва. Какая-то женщина, наверное, подмешала ему наркотик и сделала его таким. Пока он не называл Айрис. Думаю, забыл.
Он принимает стимулятор. Заказывает на наш адрес через «Амазон». Что бы там ни было, он помогает. Вуди не спит. Я слышу через стену, как он записывает очередные бредни. Видеть его не хочу. Увы, придется, пока не решусь заглянуть в его «дом» и увидеть таящийся там ужас.
– Они отняли у меня слова! – бессильно злобствует он. – Поставили в мозг ограничитель!
Признаться, в каком-то смысле он прав. Определенные слова вызывают у него приступы. Не знаю, почему и как. В любом случае Вуди стал осторожным и использует особый код. Женщин он называет «иксами». Из-за ХХ-хромосом? Впрочем, подозреваю, причина иная: женщины, которых он использовал и бросил, ему малоинтересны и потому становятся некой безликой группой. Феминистки у него «гендерные террористки», а иногда просто «враг» (включая «обабившихся» мужчин, которых он еще называет «лакеями», – они, согласно теории Вуди, переживут надвигающийся «гендерный переворот» и послужат новому миропорядку). У Вуди два типа трансляций: практические советы (как держать себя в форме, не выходя из спальни, как обезопасить себя от MK2) и личные истории (как после недавних событий он не может достичь оргазма, даже интернет-порно не помогает; как загадочные приступы повлияли на каждый аспект его жизни). Он рассказывает, как его пугает неизвестность, ведь потерять сознание можно в любую минуту, а обычная «икс» может оказаться гендерной террористкой!
– Это как ПТСР, – жалуется он. – Тебя снедает страх. «Иксам» не понять! Эта беспомощность… Неуверенность… Вроде бы все хорошо, потом – бац! Вот что хуже всего. Непонятно, когда начнется приступ. Непонятно, кому теперь доверять.