Расколотая империя (СИ)
Имперских теней, обещанных Кессом Родором, Тар не заметил. Но на то они и тени. Хотя все же странно, что они даже не пытаются его остановить.
Перемахнув низкую стену, он немного прошелся, удаляясь от поместья Пятой императрицы. Удостоверился, что его никто не видит, снял «скрыт» и неспешно направился в сторону Зеленого двора.
Белый город постепенно отходил от череды траурных мероприятий. Людей на прямой как стрела центральной улице стало больше. Но это не успокаивало, а ровно наоборот. Слишком многие из этих людей носили на поясе мечи. Кланы стягивали бойцов в столицу.
На звук конских копыт, что настиг его неподалеку от ворот в Зеленый двор, он поначалу не обратил никакого внимания. Как оказалось зря. Занавеска проезжающей мимо повозки откинулась. И взгляд Тара наткнулся на Тибера.
— Стоять! — приказал вознице Третий принц. — Свободен! — добавил он, выбравшись из повозки, небрежно отсылая ее прочь.
— Братец Тар, какая неожиданная встреча, — на его губах появилась хитрая понимающая усмешка.
— Тибер, — приветственно кивнул Тар брату. — Тебе пора переехать в Зеленый двор. Все равно ты постоянно ошиваешься где-то рядом.
— Хорошая попытка отвлечь меня, братец. Но речь сейчас не об этом. Судя по твоей до омерзения довольной роже, эту ночь ты провел в чужой постели, — заметил Тибер. Склонившись вперед, он поводил носом. — Розы, мускат и шалфей. Какие знакомые духи. Ты был с…
— Молчание — золото, Тибер, — строго напомнил Тар, остановив брата.
— Так значит, я оказался прав, насчет снежных ягров, — хмыкнул Третий принц. — Рычите друг на друга, деретесь, а кончится одним… Смотри не попадись своей ученице. Кэра будет ревновать.
— Это не ее дело.
— Думаешь? — вздернутая бровь показывала, что Тибер с этим утверждением не согласен. — Не буду спорить… Ты еще не забыл, что через два дня у нас первое заседание Палаты Власти? Завещание, голосование и все такое прочие? — резко сменил он тему, сделав вид, что полностью потерял интерес к ночным похождениям старшего брата.
— Думаешь, кто-то в империи способен об этом забыть?
— Всякое бывает, — пожал плечами Третий принц. — Влюбленные создания часто совершают глупости. А умные мерзавцы этим пользуются.
Глава 9
Сладкий яд
— А где Кэра? Ты опять ее от меня прячешь? — Едва оказавшись на территории Зеленого двора, Тибер вытянул шею и начал вертеть головой по сторонам, в поисках объекта своего интереса.
— Мой дорогой брат, я только что вернулся, так откуда мне знать? — лениво отозвался Тар.
— Учитель в ответе за своего ученика, — наставительно заметил Тибер.
— Ответственность и забота не равно опека. Опекают только детей, да и то так делают только глупые родители, а Кэра вышла из этого возраста.
— Что планируешь сегодня делать? — спросил Тибер, перестав вертеть головой по сторонам, словно любопытная сова.
— Я не знаю, что собираешься делать ты, а я планирую хорошенько выспаться.
— Ну да, сегодня ночью кто-то мало спал.
— Завидуй молча.
— Я не завидую, братец. А восхищаюсь… Кстати, ты слышал про ночную суету в Медном городе?
— Нет, — не моргнув глазом соврал Тар. — А что там произошло? — спросил он, добавив заинтересованности в голос.
— Да так, — Тибер небрежно поводил ладонью, — небольшая стычка между Красным и Синим двором. Искали мятежников, а нашли друг друга. Несколько трупов, в том числе и старшего наследника одного из родов. Дядюшка Элай вне себя от ярости. Лорс расстроен. Видимо тем, что мамочка приказала ему сидеть дома. Ну а Третья императрица раздражена, словно у нее эти дни. Так что спасибо, братец.
— За что ты меня благодаришь?
— А просто так, за то, что ты есть, — хитро сощурился Тибер. Выражение его лица говорило о том, что он не просто доволен, а практически счастлив.
Улыбка на его лице стала еще шире, когда у входа в главное поместье их встретила Кэра.
— А вот и твоя ученица… Лари Овейн, как приятно вас видеть.
— Учитель. Ваше Высочество.
Девушка склонила голову, но Тибер успел отметить, как ее глаза сверкнули легким раздражением и гневом. Он посмотрел на брата, но Первый принц ничего не заметил или не придал значения.
— Все подготовлено? — спросил он, вместо приветствия.
— Да, еще вчера закончила. — В ответе Кэры слышался нескрываемый упрек.
— У меня были дела, — туманно пояснил Тар.
Тибер фыркнул, явно желая поделиться своими мыслями насчет этих самых дел, но все же пересилил себя и смолчал. В сторону Кэры улетел извиняющийся и немного сочувственный взгляд.
— Был рад тебя видеть, Тибер…
— Понял, понял, — экспрессивно замахал руками Третий принц. — В дом меня не пригласят. Обед не предложат, спать не уложат. Уже ухожу. Отдыхай, братец.
Впрочем, помахав на прощание, Тибер не стал уходить, а остался в парке. Но Тару было все равно.
Откладывать больше нельзя. Этой ночью он прошел по опасной грани и был очень близок к срыву, поддавшись ненужному азарту.
Четкие линии и строгие рунные цепочки магемы были обновлены.
— Все верно, — сказал Тар, проверив правильность сложносоставной печати. — Ты делаешь успехи.
Когда-то даже такая скупая похвала вызывала у Кэры прилив тепла. Приятно, когда твой труд оценивают по достоинству. А теперь ее охватил приступ раздражения. Она много раз рисовала эту магему и не разу не ошибалась. А слова Тара говорят о его сомнении в ее силах.
Часть охвативших ее эмоций все же отразилась на лице Кэры, прежде чем она сумела их обуздать. Первый принц оказался совсем рядом.
Крепкие пальцы аккуратно подхватили Кэру за подбородок, заставив поднять голову. Черные глаза смотрели бесстрастно. Но в них всегда сложно было уловить даже тень эмоций.
— В последнее время ты выглядишь расстроенной и подавленной, — заметил Тар.
— А не должна? — с вызовом уточнила Кэра. Пугающего взгляда учителя она давно не боялась. Привыкла к этим похожим на два куска камня глазам.
В ответ Тар только усмехнулся, небрежно поведя шершавой ладонью по щеке девушки.
Отпустив ученицу, он споро избавился от большей части одежды. Слишком часто его гость вымещал кипевшую в нем злость именно на одежде. В подвале было довольно холодно, но холод для Тара давно стал чем-то родным, привычным. Холод притупляет боль. Он вновь внимательно проверив правильность нанесения рун и печатей и только затем напитал их силой. Получив подпитку, магема загорелась тусклым светом, превратившись в темницу.
Тар поморщился. Ритуал матери так сроднил его с гостем с нижних планов, что тот стал практически его вторым «Я». А помимо завидной регенерации, улучшенного обоняния это принесло также и определенные проблемы со школой света. Вот и в печати, безобидной для обычного человека, но ослабляющей и сковывающей всех выходцев с нижних планов он чувствовал себя неуютно. Словно заноза в пальце — не больно, не опасно, но неприятно.
Да, проверку Белых жрецов печатью света он бы точно не прошел. Ну да белые фанатики и без всяких проверок мечтают затащить его на костер за один только цвет волос и черные глаза.
Скрип камней по камням не стал для Тара неожиданностью. Как и появление из подземного хода Дорга. Возвращать остатки мятежного легиона в поместье было опасно. Но разместить их где-то еще за такой короткий срок он не смог, как и бросить.
— Ваше Высочество? — с интересом оглядев магему, легат посмотрел на принца.
— На столе деньги, — сообщил Тар, прикрыв глаза и готовясь провалиться в сосредоточение. — Отбери десять человек. Из тех, что помоложе. Раздай им часть серебра, пусть пытаются как-то обустроиться в городе.
Лишних вопросов легат задавать не стал. Раз надо значит надо.
— Задача? — сухо уточнил он, прикидывая, чьи физиономии в городе вызовут меньше подозрений.
— Просто смотреть и слушать чем дышит столица, — пояснил Тар.
Пусть всех легионеров легализовать в Хагронге нельзя, деньги все же открывают многие двери. А человек десять, которые станут его глазами и ушами среди людской толпы, пристроить можно. Если Дорга и остальных офицеров Второго Крепкого активно ищут, то простых легионеров вычислить не так просто.