Запретный плод (ЛП)

 — Пойдем, — приказывает он. — Не хочу заставлять брата ждать.
В его словах чувствуется укор, и на секунду я задумываюсь, не за этим ли он пришел. Он ревнует к Ориону? Или беспокоится, что Орион развращает меня? Я ухмыляюсь, когда думаю об этом. Уверена, что Лиам понятия не имеет о том, что сегодняшняя встреча - это манч. В Лос-Анджелесе они более распространены, но раз в неделю я устраиваю посиделки в местном пабе в Крествуде. В Лос-Анджелесе их больше, и темы там разнообразнее, но этот - свободный для всех, кто интересуется стилем жизни. Я стараюсь ходить, когда могу. Приятно пообщаться с Орионом и другими единомышленниками.
  
 — Уверена, он будет удивлен, увидев тебя, — говорю я, пряча легкую ухмылку.
Я вожусь с автомобильной магнитолой, пока она не подключается к моему телефону, и включаю одну из моих любимых песен My Chemical Romance.
Лиам молчит почти всю песню. Когда мы выезжаем на главную дорогу, он тихонько смеется.
 — У тебя интересный музыкальный вкус, — пробормотал он.
 — Ты оскорбляешь мой музыкальный вкус или... хвалишь его?
Я спрашиваю, скрещивая руки, губы подрагивают от двойного смысла. Как только слова покидают мой рот, включается следующая песня Sum 41.
Он молчит минуту, прежде чем ответить.
— Потому что эти группы давали концерты еще до твоего рождения, — говорит он, игнорируя мое грубое замечание.
 — И что? Я уверена, что "the Beatles" появились лет восемьдесят назад.
 — Скорее шестьдесят лет назад.
 — Я хочу сказать, что мне можно любить музыку, которая предшествует моему времени.
 — Я никогда не говорил, что тебе нельзя, — соглашается он. — Это просто интересный выбор.
 — Моему отцу она нравилась.
Лиам хихикает. — Я знаю, что нравилось. Как ты думаешь, кто его втянул в это?
Я смотрю на Лиама. Улыбка, которая украшает его губы, разрушительна и чувственна одновременно. В его глазах мелькает веселье, и я вижу, как его рука дергается на рычаге переключения передач. Как будто он хочет переместить ее на мою руку или на бедро, обтянутое сеточкой, может быть? Его глаза опускаются к моим бедрам, когда я думаю об этом, и что-то напряженное вспыхивает в его взгляде.
Только гудок сзади нас выводит его из ступора, и он прочищает горло и смотрит вперед всю оставшуюся дорогу.
Но я не упускаю из виду, как его пальцы отстукивают такт песням.
Лиам паркуется на небольшой стоянке за пабом и, как и раньше, наклоняется, чтобы открыть мою дверь.
Я резко вдыхаю, когда его плечо прижимается к моей груди, и чувствую запах лакрицы и дыма. Я игнорирую сильную дрожь возбуждения, поселившуюся у меня между ног от ощущения его прижатия ко мне. Когда он толкает мою дверь, он не отходит. Вместо этого он напрягается, и кажется, что он чувствует, как между нами возникает пьянящий, напряженный контакт.
Через секунду он отходит, оставляя внутри меня холодную и пустую пустоту. Я быстро вылезаю из джипа и иду к входу в паб. За спиной раздаются шаги Лиама, и я распахиваю перед нами дверь.
Орион сидит в одной из кабинок в задней части паба, и когда он видит, что я вошла, то машет мне рукой. Я узнаю нескольких человек, с которыми он сидит, и машу ему в ответ. Но тут его взгляд переводится на меня, и его глаза расширяются.
Я быстро подхожу к нему, надеясь объяснить, что Лиам настоял на том, чтобы прийти.
— Прости, он не принял отказа, — рычу я на ухо Ориону, когда обнимаю его. — К тому же, я забыла, что у него день рождения.
 — Все в порядке. Завтра мы с Майлзом пригласим его куда-нибудь, чтобы отпраздновать. Когда я разговаривал с ним вчера, он сказал, что сегодня не свободен.
Его слова дошли до меня. Он сказал, что не свободен? Вчера? Почему он отказался провести свой день рождения с братьями, чтобы пойти со мной на шоу?
 — Кроме того, меня не удивляет, что он здесь, раз уж он знает об этих посиделках.
 — Что? — шиплю я, оглядываясь, чтобы увидеть заинтригованного Лиама, сканирующего группу людей, сидящих в большой кабинке.
 — Он спросил. — Орион пожимает плечами. — Может, он найдет милую, маленькую подложку для удовольствия.
Меня пронзает неожиданная ревность, и я изо всех сил шлепаю его по плечу. — Мерзость.
 — Или, — мурлычет он мне на ухо, серые глаза сверкают. — Может, ты станешь его милой, маленькой подчиненной.
 — Эй.
Голос Лиама прорезает воздух, и Орион встает прямо. Я проталкиваюсь мимо него, немного слишком грубо, а затем, откашлявшись, говорю: "Ублюдок!", прежде чем найти место в конце кабинки.
К моему ужасу, Лиам подходит и садится прямо рядом со мной. Я хватаю меню напитков, чтобы отвлечься, делая вид, что полностью погружена в себя.
 — Ты еще недостаточно взрослая, чтобы пить, — рычит он, снимая фланель, чтобы продемонстрировать обтягивающую черную футболку.
Здесь вдруг становится душно.
Я откладываю меню и расстегиваю пуговицы на кожаной куртке, надувая щеки.
— Наверное, мне не стоит говорить тебе, что у меня есть поддельное удостоверение личности, — шепчу я, стягивая с себя куртку.
 — У тебя что? — рычит он, глядя на меня во все глаза. — С каких пор?
Я смеюсь, вытряхивая пиджак до конца и бросая его на полку над киоском. — С тех пор как мне исполнилось шестнадцать. А как еще я должна была развлекаться в Тэтчере?
У Лиама сводит челюсти, когда он смотрит на меня, но потом его глаза расширяются, когда он опускает их вниз.
Черт.
 — На тебе моя рубашка?
Я решаю вести себя непринужденно. — Да. Я обнаружила твою коробку с крутыми футболками больше года назад. Я думала, ты знаешь.
Если бы взглядом можно было убить, я уверена, что ледяной взгляд Лиама мог бы разрезать стекло.
 — Как часто ты заходишь в мою спальню?
Я пожимаю плечами, глядя на меню с пивом. — Нечасто.
Когда он ничего не отвечает, я поднимаю глаза и вижу, что он смотрит на... меня.
А его зрачки? Они почти черные.
Черт.
 — Привет.
Чувственный женский голос пугает меня. За то время, пока я сидела, женщина, которую я не узнала, придвинула стул прямо к Лиаму.
Он прочищает горло, обращая на нее внимание. — Привет.
Ее глаза переходят на меня. Она симпатичная. Взрослая-может быть, около тридцати. Прямые светлые волосы. Веснушки. Милая улыбка и очень полная грудь, которую она без проблем демонстрирует в светло-розовом кашемировом свитере. Если она пьёт “мунч” или “слоуш”, - значит, она, скорее всего, саб. Я не могу говорить обо всех в каждом районе, но в Крествуде новые люди обычно являются сабами, ищущими богатого Дома. Не всегда, но это мой опыт.
— Я новичок на этой встрече, — говорит она, выглядя застенчивой и скромной. — Ты уже был на таких встречах?
Лиам неловко смотрит на меня.
Отлично.
— Я пойду закажу нам напитки. Что ты хочешь? — спрашиваю я, мой голос звучит слишком резко, когда я достаю бумажник из куртки.
— Мне " Corona ". — Он лезет в карман и протягивает мне бумажник. Я игнорирую его.
Он смотрит на женщину. — А ты?
Я скрежещу челюстью так сильно, что зубы начинают болеть.
Она хихикает и делает удивленный вид. — Очень мило с твоей стороны. Я выпью бокал шардоне.
Я ухожу, прежде чем она успевает поблагодарить меня, и прежде чем Лиам снова пытается протянуть мне свой бумажник.
Я делаю заказ в баре, но бармен меня не узнает. Я прихожу сюда почти каждую неделю и знаю персонал. Моя нога сердито стучит о металлический столб барной стойки, и кровь закипает. Я не смотрю в сторону кабинки. Я не могу смотреть, как Лиам с кем-то флиртует. Я уверена, что это убьет меня.
Мои ноздри раздуваются, когда я думаю о том, что Лиам открывает свою доминантную сторону с кем-то еще. С другой подчиненной. С кем-то ближе к его возрасту. С кем-то идеальным, как она. Он - находка; я уверена, что она расскажет всем своим подругам о милом парне, с которым познакомилась сегодня в баре. Если она опытна, она сможет научить его. Если нет, они смогут вместе познать свои извращения.