Гонки со смертью

Внизу Арчи, без конца подтягивая штаны, торопливо шагал навстречу незнакомцам в костюмах.
— Эй, ребята! Погодите-ка, не исчезайте!
А между тем люди, пересекавшие вестибюль, уже выходили через вращающиеся двери на улицу. Перец с Солью пристроились за ними. Когда я наконец спустилась по лестнице, они уже шагали по улице, слившись с толпой.
Я бросилась следом, но мне преградили путь какие-то входящие с улицы люди. Я метнулась вбок, стараясь не упустить из виду агентов, смешавшихся с уличной толпой. И вдруг почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Какой-то мужчина смотрел на меня из-за стеклянной двери. Я поглядела в его сторону, но он отвернулся. Я только мельком заметила бейсболку на светловолосой голове.
Выскочив на улицу, я на мгновение зажмурилась от яркого солнца и бросилась в объятия знойного и шумного города. Где же мои федералы?
Меня охватило какое-то неприятное чувство. Что-то здесь было не так…
Я оглянулась на здание. Вращающаяся дверь пришла в движение. Блондин в бейсболке направлялся в вестибюль. Сейчас я видела его только со спины.
Мне сделалось не по себе.
Почему он так пристально смотрел на меня? Я до сих пор чувствовала на себе этот взгляд, подобный слабому удару тока. Очень странный взгляд и даже будто бы знакомый — такое впечатление, что когда-то очень давно он уже останавливался на мне.
Все звуки куда-то исчезли, остался только убийственно-яркий свет. А между тем дверь перестала вращаться. Художники на строительных лесах спускали на лебедке банки с краской. Незнакомец удалялся прямиком в сторону Джесси, который рулил к боковой двери.
Джесси хмурился, и по движению губ я поняла, что он бормочет мое имя.
Щурясь от яркого солнца, я приложила руку ко лбу. Незнакомец прошел мимо Джесси, и тот оглянулся ему вслед. Потом снова посмотрел на меня, будто спрашивая: «Ты ведь хочешь, чтобы я это сделал, так?» Он окликнул незнакомца, но тот как ни в чем не бывало продолжал идти.
Джесси поехал за ним и, догнав у строительных лесов, тронул за руку. Незнакомец застыл как вкопанный.
Да, конечно, я совершила большую ошибку. Я поняла это, когда услышала донесшийся из вестибюля грохот, и бросилась к вращающейся двери.
Незнакомец отдернул руку, шарахнулся к лебедке, схватил банку с краской и швырнул ее в голову Джесси.
Джесси пригнулся. Банка пролетела мимо, угодив в окно. Раздался чудовищный грохот, и стекло покрылось белесой паутиной трещин. Краска зияла в ней алым пятном, словно кровавая рана.
Один из художников выругался.
А незнакомец схватил Джесси за плечи и поволок его вместе с коляской. Он пятился задом и поэтому врезался в строительные леса. Те закачались, художники наверху орали и матерились.
Один из них, потеряв равновесие, полетел вниз. На лету он пытался за что-нибудь ухватиться, но только обрушил на пол еще целую кучу банок и всякого барахла. Ему все-таки удалось зацепиться за перекладину и повиснуть на ней. Он болтался в воздухе, отчаянно матерясь. А к месту происшествия уже бежали трое — Арчи, кто-то из охранников и я. По стеклу сползала вниз краска. Деревянные обломки и рабочее барахло художников валялись на мраморном полу под строительными лесами.
Посреди этого бедлама сидел в коляске Джесси. Сидел не шевелясь, схватившись руками за виски и зажмурив глаза. На одежде его виднелись красные пятна.
Я подбежала к нему.
— Милый!
Он тяжело дышал, хватая ртом воздух, как выброшенная на сушу рыба.
Примчавшийся охранник первым делом испуганно спросил:
— Это что, кровь?
Я схватила Джесси за плечи:
— Ты ранен? Что он тебе сделал?
— Черт, да у него кровь! — воскликнул охранник.
Я растерянно смотрела на алые пятна на рубашке и джинсах Джесси, потом пощупала пальцем.
— Это краска… — В моем голосе прозвучало не столько облегчение, сколько смятение и испуг. — Он что, ударил тебя или чем-то брызнул? Что он сделал?
Я оглянулась по сторонам. Незнакомец исчез. Я махнула охраннику в дальний конец вестибюля:
— Скорее найдите этого человека! Блондин в бейсболке. — И заорала: — Ну не стойте же просто так! Давайте! Он ведь уходит!
  
Секунду тот колебался, потом бросился бежать, на ходу вытаскивая из-за пояса рацию.
Джесси отчаянно хватал ртом воздух. Ноги у него дергались, а правая рука, скрючившись, начала трястись.
Художник смотрел на него с сочувствием.
— Ой, Боже, мужчина!..
Арчи в ужасе попятился:
— Ай-ай-ай! Да у него припадок!
Руку у Джесси свело, и она продолжала трястись. Ему не хватало воздуха, он задыхался.
— Дайте мне бумажный пакет! — закричала я.
— Надо просунуть ему что-нибудь между зубов, а то как бы он не прикусил язык, — посоветовал художник.
— Бумажный пакет! Дайте же скорее! — Я обхватила ладонями его лицо. — Успокойся!
У него произошла гипервентиляция легких. Я склонилась над ним:
— Успокойся и повторяй за мной!
Арчи взмахнул руками:
— Вставьте ему в зубы мой ремень. Нет, лучше положите его на пол.
Джесси зажмурился.
Арчи бросился к своему столу.
— Все, я вызываю «скорую»!
Глаза Джесси распахнулись.
— Нет! — крикнул он, но звук походил скорее на кашель.
Он смотрел на нас умоляюще и смущенно.
Арчи покачал головой:
— У него настоящий приступ. Это же видно! Нет, я вызываю девять-один-один!
— Не надо! — Джесси смотрел на свой трясущийся кулак. Он сделал выдох, потом глубокий вдох. Нога его по-прежнему дергалась. Он прижал ее рукой, пытаясь унять дрожь.
— Я не хочу неприятностей из-за того, что у него случился приступ в моем вестибюле, — заявил Арчи.
Джесси стиснул зубы.
— У вас не будет неприятностей. Вызывайте медиков.
Он с усилием растопырил пальцы. Нога все еще дергалась. Я вспомнила, как такое же произошло однажды со мной, когда у меня случилась гипервентиляция легких. Переизбыток кислорода, недостаток углекислого газа ведут в таких случаях к нарушению химического баланса, и в результате — мышечный спазм.
Умоляюще воздев руки, я попросила Арчи:
— Пожалуйста, не надо! Все будет в порядке.
— В таком случае, леди, ответственность ложится на вас.
Джесси раздвинул локти и посмотрел на себя, только сейчас заметив, что джинсы перепачканы краской.
Я положила руку ему на плечо.
— Что тебе сделал этот мужик?
Он покачал головой:
— Прости. Просто тот звук… — И глубоко вдохнул.
Я вопросительно посмотрела на Арчи:
— Человек в бейсболке… Что он сделал Джесси?
И Арчи, и художник только растерянно моргали.
— Вы что, его не видели?
Художник покачал головой:
— Я только почувствовал, как леса затряслись и все полетело вниз.
— А я наблюдал за теми парнями, что направились к выходу и не откликнулись, когда я к ним обратился, — указал Арчи на входную дверь.
Я огляделась по сторонам. Незнакомец исчез. И охранник, бросившийся за ним вдогонку, тоже.
— Свяжитесь с тем охранником. Узнайте, нашел ли он его, — попросила я Арчи.
Тот схватил со стола рацию и нажал кнопку.
— Рамос?
Джесси коснулся моей руки:
— Да ладно, забудь. Я в порядке.
— Ты не понимаешь! — Нервы мои были на пределе. — Это был он!
Из дальнего конца вестибюля донесся голос моего отца:
— Котенок, какого черта тут у вас происходит?!
Размашистой походкой он шагал к нам вместе с Морин Суэйзи. Она нахмурилась, увидев этот погром и разбитое окно.
Арчи жал на кнопку рации снова и снова.
— Рамос, ответь!
Волосы у меня на затылке зашевелились.
— Мне кажется, Койот здесь. — Я повернулась к Арчи. — Этот человек опасен. Предупредите охрану.
— Что вы такое несете? — возмутился недоумевающий Арчи.
Суэйзи скрестила на груди руки:
— Я тоже считаю, что это бред.
У моего отца вид был не менее недоверчивый. Я схватила его за руку:
— Вам придется мне поверить!
Отец внимательно посмотрел на меня, потом на Арчи.