Слеза Рода (СИ)

— Пошли, у ворот электрокар стоит, отвезу тебя к входу, — отпустила меня Марина, — а потом начну ждать.
— Чего?
— Когда ты позвонишь. Чего же еще?
Танька нарисовалась перед нами тогда, когда мы почти дошли до ворот.
— Никак уезжаешь? — осведомилась она, упирая кулаки в бока. — Чего так?
— Время, — ответил я. — Юбиляра поздравил, потанцевал, пора и честь знать.
— Честь! — расхохоталась она. — Ну да, это слово отлично с тобой монтируется.
— Максим, а это кто вообще? — недобро сузила глаза Марина. — С чего она к тебе цепляется весь вечер?
— Я цепляюсь? — свистяще уточнила моя бывшая одноклассница. — Я? Вообще-то это ты невесть откуда появилась и…
— Нам пора, — взял Белозерову за руку я. — Пошли. А ты, подруга, иди к столам и покушай чего-нибудь жирного. Или вон два пальца в рот засунь. Поверь, это то лучшее, что ты сейчас для себя можешь сделать. Пока не наворотила и не наговорила такого, о чем завтра сильно жалеть станешь.
— Завтра? — Накрашенные губы Таньки растянулись в недоброй улыбке. — Уж поверь, завтра я ни о чем горевать не буду. И никого жалеть не стану!
— Странная она какая-то, — сообщила мне Марина, усаживаясь за руль.
— Она не странная, она пьяная, — поправил ее я. — Это разные понятия.
— У тебя с ней что-то было?
— Было, — не стал скрывать я. — Сначала десять лет бок о бок, а потом еще разное всякое.
— Не поняла? — нахмурилась девушка. — То есть — «бок о бок»? Она твоя бывшая жена? Еще одна?
— Все очень просто — мы учились в одном классе. Что ты смеешься? Поехали, а? Без обид, но я в самом деле уже крепко опаздываю.
Марина дошла со мной до самой машины, дождалась, пока я подвешу ножны на пояс, а после спросила:
— Надеюсь, ты не в последний раз к нам в гости приезжал?
— Надеюсь. Да, слушай, извинись за меня перед отцом. Не думаю, что он мое отсутствие заметит в принципе, но все же.
— Хорошо. Макс, а ты ничего не забыл сделать?
— Нет, — я обнял ее за талию и привлек к себе, — просто оставил главное на сладкое.
Да, блин, фраза, конечно, так себе, истрепанная и истерзанная сотнями дамских романов, но если она в данном случае к месту, то чего бы ее не пустить в ход?
Карельского шамана я, надеясь на то, что Аркадий пока до него не доехал, набрал сразу после того, как навигатор проложил маршрут, а автомобиль, свирепа рыча, двинулся в сторону Москвы.
— Паушши? — услышав по громкой связи «да», осведомился я. — Это Максим Чарушин, приятель Троицкого.
— И узнал, и помню, — отозвался собеседник, в очередной раз удивив меня своим заупокойным голосом. — Орест мне все рассказал, думаю, я смогу вам помочь. Единственное, хотелось бы сразу уточнить…
— Сколько потенциальный клиент вам предложил за работу?
— Триста тысяч, — моментально ответил шаман. — Наличными.
— Мое предложение — пятьсот. Правда, скорее всего переводом.
— Наличные предпочтительней.
— Ну, значит, будут наличные. Думаю, вы в курсе, что я всегда держу свое слово и плачу по счетам. Если есть сомнения, тот же Орест вам это подтвердит.
— Ваша репутация известна, — заверил меня Паушши. — И еще одно — не знаю, что у вас за счеты с этим человеком, но убедительно прошу, даже настаиваю — не делайте с ним ничего в моей квартире. Точнее — ничего такого, что потом могло бы создать для меня проблемы.
— Мы постараемся, — пообещал я. — Но если что, то все неприятности будут должным образом компенсированы.
— Хорошо, — выдержав паузу, произнес шаман. — Я оставлю дверь в квартиру открытой. Код подъезда…
В трубке эхом раздался звук дверного звонка.
— Решетка четырнадцать пятьдесят семь, — протараторил Паушши. — Поспешите. Я время потяну, но кто его знает? Вдруг возьмет да уйдет?
Ну да, а с ним полмиллиона, и придется обходиться небольшой компенсацией.
Первым на место прибыл Слава, после чего сразу мне отзвонился.
— К подъезду не подъезжай, не свети машину. Мало ли как ситуация повернется? — посоветовал мне он. — Левее от дома есть небольшая парковка, причем, что чудно, на ней даже места есть. Сейчас фотку пришлю.
  
Судя по ней, обитал карельский шаман в местах старой застройки, до которых еще не добралась реновация. Это плохо, в таких хватает бабушек, которые спят мало, а в окна смотрят часто и могут углядеть то, что не следовало бы. Случались прецеденты.
— Привет, — протянул мне руку Баженов, опирающийся спиной на дверцу потрепанного «Санта-фэ», рядом с которым я припарковался. — Ну чего, клиент еще там?
— Думаю, да, — кивнул я. — Уйди он, так шаман мне позвонил бы.
— В том случае, если бы смог, — уточнил напарник. — Аркаша запросто может его устранить. И дело даже не в деньгах, просто он ему живой зачем? Если только тот догадается наплести небылиц о том, что снадобье надо в три-четыре приема употреблять, причем всякий раз с пылу с жару.
Блин. А я даже про это не подумал как-то.
— Пошли уже, — поторопил меня Слава. — Если он прямо из-под нашего носа улизнет, то сильно обидно будет.
Дом действительно оказался из старых, пошарпанная бело-серая девятиэтажка. Вот только в пятый подъезд, тот, который был нужен, зайти не получилось. Вернее — нам не дали этого сделать.
  
Глава 11
 
— Вот так-так, — раздался откровенно глумливый голос, а после мы увидели и его обладателя — темную тень, отлепившуюся от подъездной двери. — Как там говорится? Нечаянная радость. Думали, только денег заработаем за то, что этот подъезд посторожим, а тут — нате вам, бонус. Да какой приятный — Максим Чарушин собственной персоной. Живой и теплый.
Говорившего поддержали смехом еще несколько человек, один из другим выныривающие из темноты под тусклый свет фонарей. Хотя каких, ко всем чертям, человек? Вурдалаков, эту нежить ни с кем другим не спутаешь.
— А ведь слух прошел, что ты сдох, — продолжил их главный, тот, что прежде подпирал собой подъездную дверь. Лица я разглядеть не мог, но голос показался знакомым. — Но Самвел данный факт отрицал, прямо с пеной у рта доказывая всем, что это неправда. Он, знаешь ли, в некоторых вопросах романтик, всегда верит в лучшее. А что может быть прекраснее, чем медленно и с удовольствием по капле сцеживать жизнь из своего врага?
— Поймал мыша — души не спеша, — дополнил его слова девичий голос, причем говорила его обладательница с изрядным таким кавказским акцентом.
— Верно, Ануш, — одобрил комментарий старший. — Молодец, что изучаешь культуру страны, в которой обитаешь, так ассимилироваться проще. А мы тут ведь надолго собираемся осесть. Может, даже навсегда.
Все, вспомнил я его. Обладатель этого голоса присутствовал в кабинете Самвела тогда, когда я свои претензии снимал, безбожно при этом ерничая.
— Это ты сильно размахнулся, — невозмутимо произнес Баженов. — Прямо как Давид Сасунский какой-то, прости меня, Господи, грешного. Гляди куртку не порви под мышкой.
— Поживем — увидим, — сделал несколько шагов вперед вурдалак, и я наконец увидел его лицо, убедившись, что оказался прав. — С маленькой такой поправкой — мы поживем. Тебе подобное обещать не стану, поскольку не люблю врать. Ведь ты, русский, уже почти мертв.
— Предлагаю один раз — добром сваливайте с нашей дороги, — не обращая внимания на услышанное, невозмутимо изрек Баженов. — Тогда еще какое-то время сможете ночное небо коптить.
— Ты дурак? Не понял, с кем дело имеешь? — удивился старший, развел руки в стороны, а после продемонстрировал свои белые длинные клыки, выдвинувшиеся из десен. — Чарушин, объясни своему приятелю, кто именно у него жизнь заберет.
— Не надо мне ничего объяснять, — хмыкнул Слава. — Я что, вурдалаков не видал? Хотя нет, кое-что мне непонятно — вы какого тут вообще забыли? Для чего подъезд сторожите? Вернее — от кого?
— Какая любопытная еда. — Кровосос подал знак, после чего шестеро его сородичей, не особо скрываясь, начали брать нас в «клещи». — С другой стороны, последнее желание свято, чего бы и не ответить? Впрочем — нет. Я голоден, разговора не случится.